Месть жреца-некроманта

Глава 15

                 Глава 15

   Тит Севериан собрал в палатке всех командиров: центуриона Флавия Левка и двоих опционов (1) Гая Марсия и Оппия Скрибония.  Все они были ветераны, опытные и бесстрашные воины. Им он изложил свой план.
- Откроем восточные ворота, но не широко, не более того, чтобы мог пройти один человек. Мертвецы начнут подтягиваться туда.  Их должны удерживать несколько солдат. Возможно, хватит десятка. Они должны удерживать ублюдков сколько смогут. Цель всего этого – оттянуть к  восточным воротам,  как можно больше оживших, так, чтобы около южных их  осталось как можно меньше или вообще не осталось.  Как только это удастся, распахнём восточные ворота полностью и пустим оживших в лагерь.  Когда большая их часть войдёт, а если повезет,  войдут все, нужно будет сделать сразу две вещи.  Первое: всем нам отступить через южные ворота и надёжно закрыть их. Второе: закрыть восточные ворота. Здесь, либо добежать туда, благо мертвые двигаются медленно, либо спуститься по веревкам вниз прямо с башен. Второй вариант я вижу более предпочтительным.  Таким образом, мы поймаем их в ловушку. После решим что сделать. Может так, и оставим, а может, сожжем вместе с лагерем. Вот мой план. Что о нем думаете? Я не отдаю прямого приказа. Я спрашиваю вашего мнения и совета, потому,  что вопрос стоит о нашем выживании и противник у нас теперь - особенный.
- План,  вроде бы неплох, - сказал Флавий Левк после минутного раздумья,  – Риск конечно большой, но сказать по-правде, я не вижу иного выхода избавиться от этих мертвых тварей. Если только, просто отступить отсюда.
- Об этом,  я тоже думал, - сказал Севериан. – Мы двигаемся быстрее оживших и если не дадим себя окружить, вполне сможем оставить их далеко позади. Но,  что нам даст простое отступление? Мертвые через пару часов дойдут до побережья и нам всё равно придется иметь с ними дело. Между тем не забывайте, наши корабли все еще нуждаются в ремонте и необходим запас свежей воды.
- Кто будет удерживать восточные ворота? – спросил Гай Марсий. – Этим людям придётся тяжелее всего. А когда ворота откроются, они рискуют погибнуть, если толпа оживших до них доберётся.  
- Защиту ворот я думал возложить на раненых, - сказал Севериан. – Терять им всё равно нечего.
- Не все из них это понимают, - покачал головой Флавий Левк.
- Нужно пообещать им, что возьмём  их с собой, - предложил Оппий Скрибоний.
- То есть обмануть их? – прищурился Севериан.
- Вовсе необязательно, - покачал головой опцион. – Мы и в правду могли бы позволить раненым пойти с нами. Вреда от этого не будет. Когда же с ними начнётся… это…  Мы будем готовы.
- Хорошо, - кивнул Севериан, поднимаясь.
Выйдя из палатки, он встал возле входа. Опционы по обе стороны от него, центурион Флавий Левк вышел вперёд и гаркнул:
- Солдаты, строиться!
Привычные к дисциплине воины быстро и слаженно образовали перед преторием построение в две шеренги. Здесь были все, кроме часовых на башнях и группы раненых, стоявших отдельно. Восемь человек,  были уже совсем плохи. Их затащили в одну палатку и тоже приставили часовых.
   Севериан вкратце изложил солдатам свой план и призвал их сохранять мужество и стойкость. Он сказал, что знает, как они устали, но отдыхать дольше, а тем более до утра - нельзя. Воины встретили речь трибуна одобрительными возгласами. Каждый из них понимал – трибун прав и промедление смерти подобно. Затем, когда возгласы стихли, Севериан обратился к группе раненых.
- Нет смысла напоминать  о том, что вас ждёт в скором времени,  – он указал на палатку, в которой стонали и корчились от боли их товарищи.  – Но я вправе напомнить вам, что вы всё ещё римские солдаты. Держать оборону возле ворот – вот что хочу предложить вам. Как видите это не приказ, хотя, я как трибун вправе отправить вас,  даже на верную смерть.  Кто останется, жив – пойдёт с нами к побережью.
- Значит, решили прикрыться нами? – зло прищурился Аррий Кальв. – Пока нас будут раздирать на куски, пока мы будем страдать и обливаться кровью, вы значит, спасетесь.  
- Я могу избавить тебя от страданий прямо сейчас, - прорычал Флавий Левк, выхватывая меч.
Аррий Кальв и несколько его сторонников, тоже взялись за оружие.
Севериан положил руку на плечо центуриону и призвал его успокоится. Опять назревала междоусобица. Допустить ее,  было,  никак  нельзя.
- Вы обречены, так уж распорядились вашими судьбами боги, - сказал Севериан разъяренному солдату. – Я вот вижу, как твоя рука начала гноиться. И дальше будет ещё хуже.
- Эта рана пустяк! – вскричал Аррий Кальв. – В лагере на берегу среди моих вещей  есть мазь, которая излечит эту царапину.
- А мне сдается,  что ты сдохнешь, а потом  обратишься и мне придется снести тебе голову, - глухо произнес Флавий Левк. – Так  может,  лучше это сделать сейчас?
- Прекратить! – рявкнул Севериан. – Вот, моё последнее слово: те из вас, кто согласится  защищать ворота, пойдут   с нами, остальных мы оставим здесь. – Трибун выразительно посмотрел на Ария Кальва и группу его сторонников. – Вы можете стоять в стороне. Отныне я не считаю вас римскими солдатами и своими подчиненными. Предоставляю вас вашей судьбе.
   Последние слова трибуна возаимели  нужное действие. Некоторые из сторонников Ария Кальва начали неуверенно переминаться с ноги на ногу. Вот, один из них шагнул вперёд, потом ещё один, ещё…
   Аррий стоял бледный с поджатыми губами, в глазах его была лютая ненависть. Возле него остались лишь четверо его сторонников из двух десятков.
- Вы не можете так с нами! – закричал он. – Грязные ублюдки!
Ещё мгновение и казалось,  он бросится на трибуна, но тут с одной из  башен раздался крик
- Наши! Наши за стеной!
Мгновенно позабыв о ссоре,  все ринулись к стенам и начали забираться по лестницам  наверх. Вокруг лагеря  толпились уже немалые толпы мертвецов. От них исходил ужасающий смрад,  за прошедшую ночь разложение начало проистекать сильнее и быстрее. Выглядели ожившие трупы отвратительно:  мертвенно бледная или пожелтевшая кожа,  тут и там покрытая синеватыми трупными  пятнами,  провалившиеся глазницы,  гной выступающий из рваных, колотых или резанных ран, выступающие зубы с распухшими дёснами, повсюду  засохшие корки крови. Бродили в толпе  и обезглавленные. Точно сказать, сколько собралось оживших вокруг лагеря,  было трудно. Никто их специально не считал. На первый взгляд более трёх сотен толкались и бродили у восточной стены и ворот. Около южной,   было около сотни  мертвых каннибалов.
  Севериан, как и все остальные  смотрел в северо-восточном направлении,  куда показывал часовой.  Там были невысокие холмы, прокрытые джунглями, но кое-где между скоплениями деревьев имелись просветы. В той стороне часовой и заметил нескольких людей в римских доспехах.
- Сколько их? – спросил трибун у часового.
- Я видел троих.
Вот, римляне снова показались. Теперь и Севериан их увидел. Но не троих,  а по меньшей мере шестерых. Они, спотыкаясь, брели в сторону лагеря, но были еще далеко. Впрочем,  одного из них, Севериан  узнал,  даже с такого расстояния. Позолоченный анатомический панцирь было трудно не узнать.
Марк Сабин!
 Солдаты, бывшие с ним,  видимо все кто уцелел.  Римляне,  были явно измучены, они шли, поминутно спотыкаясь, сам Сабин шатался из стороны в сторону и всякий раз хватался за стволы деревьев, чтобы хоть на мгновение перевести дух. Но снимать доспехи он не спешил, хотя это принесло бы ему некоторое облегчение. Рядом с Сабином трибун заметил и келевста Марка Петрия. Тот, в отличии от своего командира шёл налегке и был вооружён лишь мечом и длинным кинжалом, которым можно было,  как колоть, так и рубить. Двое солдат, также предпочли снять доспехи, но остальные не стали рисковать.
   Пробираясь между деревьев и кустов люди Сабина поминутно оглядывались.   В просветах между зарослями Севериан заметил  нелепые, медленно бредущие фигуры оживших.  Их было много, не меньше двух сотен.
Вот римляне приблизились к отмели.  Начали затравленно оглядываться. Потом,  застыли в ужасе,  увидев,  как много мертвецов скопилось возле лагеря. Но в этот же миг, беглецы  заметили на башнях часовых, которых  выдал блеск шлемов на солнце.  Громко крича и размахивая руками, люди Сабина устремились к лагерю. Несмотря на страшную усталость, они нашли в себе силы бежать, поскольку оказаться под защитой крепких стен,  было для них теперь единственной возможностью выжить.
   Появление живых вне лагеря,  было, тут же замечено мертвецами. Многие из них начали поворачиваться в ту сторону, откуда бежали солдаты. И вот, немалая  толпа устремилась к ним.
     Сабин,  что-то прокричал и махнул рукой,  показывая своим людям,  что толпу надо обогнуть. Он,  уже понял,  что к восточным воротам не прорваться и теперь  бежал к южным в надежде,  что там мертвецов будет не так много.
   Один из его солдат, отставший от остальных,  в изнеможении упал. Он попытался  подняться, но у него  не вышло. Силы оставили его.   
- Не бросайте! Помогите! – донёсся до лагеря его крик, полный отчаяния и ужаса.
Но никто не остановился. Теперь, каждый  был только сам за себя. Мертвецы медленно,  но неотвратимо приближались к упавшему.  Солдат, продолжая кричать вскочил, но пробежав шагов десять, снова упал. Лежа в траве, он тяжело дышал, как загнанная лошадь из груди его вырывались хрипло-свистящие звуки. Ожившие подступали со всех сторон, многие, даже ускорили шаг.  Солдат перестал кричать. Наверное, сил не осталось,  даже на это. Издавая всхлипы и хрипы, он пополз в сторону противоположную от лагеря. Но спастись, он уже не мог. В несчастного со всех сторон вцепились десятки гниющих рук. Он снова закричал, отчаянно в предсмертной тоске.  И тут просвистела стрела и пробила его грудь с левой стороны. Солдат повернул измученное лицо в сторону лагеря и умер с благодарностью в глазах. Он уже не чувствовал, как зубы живых трупов жадно  впиваются в его лицо и руки, не чувствовал, как холодные окостеневшие пальцы раздирают кожу, мышцы и вытягивают из его живота внутренности.
   На стене нескольких человек стошнило, а сирийский лучник Ариваз, подаривший товарищу милосердную смерть, отбросил лук и вытащил свой меч.
- Спи спокойно, брат, - прошептал он.   
Все, включая трибуна одобрили такой поступок.
- Что там у южных ворот? – спросил Севериан у поднявшегося на стену Флавия Левка.
-  Оживших все еще много, – сообщил центурион. – Некоторые пошли на встречу нашим, но пока,  не более десятка. Зато,  от восточных прёт большая толпа.  
- Проклятый Сабин может расстроить наши планы, - нахмурился Севериан. – Мы не должны допустить,  чтобы в той стороне было слишком много мертвецов. Южные ворота не открывать. Пусть Сабин и его люди  отступают к реке, а оттуда в сторону болот. Крикните им, как приблизятся.