Место, где живёт счастье

Размер шрифта: - +

Глава 19. К слову не пришлось. Часть 1.

                27 июня 2042 года, пятница

          На следующий день Трэвис перебрался с Эммой в отдельный коттедж, но большую часть дня они пока проводили у нас. За первую ночь мужчина умудрился выучить столько жестов, что ему вполне хватало для общения с Эммой, но он продолжал пополнять свой словарный запас, хотя в этом не было большой необходимости – ведь пройдёт совсем немного времени, и Эмма перейдёт на обычный язык. Ещё он изучал книги по психологии и воспитанию детей, ответственно подойдя к своей новой роли опекуна маленькой девочки.

          Так же Трэвис советовался со мной, имеющей большой опыт общения с особым ребёнком, с членами семьи, имеющими маленьких девочек, а чаще всего – с Джейми, одним из своих кузенов, который когда-то тоже в одиночку воспитывал свою половинку. То есть, с помощью всей своей семьи, конечно, но заботился о девочке сам. Джейми, вместе с женой Настей, когда-то бывшей той девочкой, тоже гостил в Долине, здесь постоянно жил их младший сын Эрик.

          Лет двадцать назад он, будучи ещё подростком, встретил здесь, в Долине, свою половинку. И хотя они с Вэнди календарно были ровесниками, но оборотни взрослеют на один год за три, гаргульи же намного быстрее, я пока ещё толком не разобралась, как именно, а специально не расспрашивала, там всё как-то сложно было, но в данный момент, хотя возраст обоих приближался к сорока, Эрик выглядел лет на двадцать пять, а Вэнди – всего на двенадцать, и всё ещё жила с родителями. Эрик тоже жил с ними, не желая выпускать свою половинку из поля зрения, трясясь над ней, как близнецы над близняшками, Трэвис над Эммой, а Кристиан надо мной. И я уже не удивлялась этому, половинки – это слово объясняло всё.

          Какое-то время после того, как Эрик встретил Вэнди и переехал в Долину, его родители тоже жили здесь, пока он не вырос, а потом регулярно приезжали в гости и, к удаче Трэвиса, сейчас был именно такой случай.

          Оказалось, что и Джейми в своё время похитил девочку, оказавшуюся его половинкой, но у него, в отличие от Трэвиса, который руководствовался скорее эмоциями, выбора просто не было – тяжелобольная Настя не дожила бы до того момента, когда Джейми смог бы забрать её официально. Особенно учитывая, что сама она была из России, и единственным вариантом забрать её, было усыновление, которое оформляется намного дольше опеки, а уж для иностранца вообще сопряжено с кучей сложностей и проволочек.

          Судьбы Насти и Эммы были удивительно схожи. От обеих родители отказались при рождении из-за тяжёлой болезни – у Насти был порок сердца, который сейчас стопроцентно излечим, а в то время был фактически приговором. Обе умерли бы, не встреться они своим половинкам, обеих эти самые половинки выкрали ради спасения. Так что Джейми смог дать Трэвису много полезных советов. Хотя ему в своё время было всё же проще – Насте на момент встречи было уже одиннадцать, к тому же, девочка сразу же «узнала» свою половинку, и это намного облегчило для неё все произошедшие в её жизни перемены. Ведь ей пришлось покинуть не только детский дом, в котором она жила всю жизнь, но и страну, в которой выросла. Но для Насти это было неважно, лишь бы Джейми был рядом.

          С Эммой было сложнее, особенно поначалу. Но, буквально за день, Трэвис сумел завоевать её доверие настолько, что она спокойно перенесла переселение в новый дом вместе с ним. Здесь свою роль сыграло несколько факторов. Во-первых, он теперь мог с ней общаться, что для девочки было очень важно. Он отвечал на её вопросы, рассказывал о её будущей жизни в пока незнакомой, но такой замечательной Долине. Языковой барьер был преодолён, одно это уже сблизило пару половинок.

          Во-вторых, слова Арти: «Большие люди – очень хорошие» тоже не прошли мимо Эммы. Поскольку поначалу она больше боялась неизвестности, теперь же, всецело доверяя Арти, осознала, что её страхи беспочвенны, и могла общаться с Трэвисом без предубеждения.

          И, наверное, самое главное – Трэвис дал ей то, чего ей так не хватало прежде, и что просто необходимо любому ребёнку – любовь. Эмма открывала для себя такое удивительное и непривычное удовольствие, как ласки, объятия, а ведь таким деткам, как она, это вдвойне нужнее. В обязанности персонала интерната объятия не входили, максимум – погладить по голове или по кисти руки – этот жест означал похвалу. Дети, имеющие родителей или родственников, получали свою долю ласки от них, Эмма – нет. Порой дети сами обнимались и сидели, прижавшись друг к другу, испытывая потребность хоть в каком-то физическом контакте, но это не шло ни в какое сравнение с тем чувством, которое теперь испытывала Эмма, когда Трэвис брал её на руки – а делал он это при любой возможности, – обнимал, покачивал, целовал в макушку. И к концу дня Эмма уже сама не слезала с его рук, ластилась, как котёнок, ощупывала его лицо и согласилась поужинать лишь сидя у Трэвиса на коленях.

           Возможно, она всё же стала «узнавать» свою половинку, а может, просто поняла, что её любят, впервые в жизни её по-настоящему любят, дети такое чувствуют. В общем, эта проблема решилась буквально за день, так что можно было больше не переживать.



Оксана Чекменёва

Отредактировано: 25.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: