Месторождение №3. Колыбельная

Размер шрифта: - +

Глава 7. Up to no good*

 

(англ.) замышлять недоброе

 

Я честно выбрала центр переквалификации и сдала докладную уже на следующий день. Вовремя. К вечеру второго дня в исследовательском центре (полном на удивление живых крыс) появились первые добровольцы.

Познакомиться с ними, правда, удалось только на третий день, после всех инструктажей и бумажной волокиты, в которой я, к счастью, никак не была задействована. К моему удивлению, первым добровольцем оказалась женщина средних лет, еще вполне симпатичная, темноволосая и немного пухленькая – как и большинство уроженок с Целинных равнин; а вторым – совсем молодой паренек, такой тощий, что, первой посетившей меня мыслью была корреляция между участием в эксперименте и возможностью пользоваться бесплатной столовой при исследовательском центре.

Разница в жизненном опыте и, вероятно, целях участия во всей этой магической авантюре добровольцев ничуть не смущала: утром я обнаружила их за свободным столом, дружно уткнувшимися в какой-то альбом и с энтузиазмом тычущими пальцами в страницы.

 - Здравствуйте, - внезапно оробев, поздоровалась я.

Зато Лют тут же вытянул шею, разглядывая альбом, и понимающе усмехнулся:

 - О, каталог татуировок! Я в нем полдня рылся, пока не понял, что мне ничего не нравится и надо рисовать эскиз самому.

Я уронила челюсть и резко потеряла интерес к добровольцам.

 - Погоди, так ты умеешь рисовать?

 - Нет, - невозмутимо отозвался Лют. – Но я умею черкать на бумаге достаточно хорошо, чтобы нормальный художник понял, чего я хочу.

 - Вы тоже добровольцы? – дружелюбно поинтересовалась женщина, с любопытством переводя взгляд с меня на Люта и обратно. – Я не видела вас на инструктаже. Меня зовут Мирина, а это – Стожар, - опомнившись, добавила она.

 - Не добровольцы, - ответил вместо нас Стожар. В отличие от женщины, его интересовала только я. – Вы же Ратиша Лом?

Мне оставалось только покаяться. Ратиша. Лом. Очень сожалею о последнем. Приятно познакомиться.

Настрой Мирины изменился мгновенно. Если до этого она поглядывала на нас с откровенным любопытством, то теперь – едва скрывала неприязнь. Я почувствовала себя до крайности неловко.

Меня никто не спрашивал, желаю ли я внезапно обрести магические способности. Найдена совершенно не интересовало, хочу ли я очутиться на его «родине» и попасть в водоворот дипломатической грызни, ославившись на две страны разом. А МагКонтроль ничуть не волновала моя мечта спокойно вернуться к прежней работе, как будто всего этого кошмара с похищением не было.

Но людям – всем тем, кто мог оказаться под ударом, кто боялся вооруженного конфликта, кто всерьез принял на веру слухи о том, что я последовала за эльфийским лазутчиком добровольно – не объяснишь, что больше всего на свете мне хочется, чтобы произошедшее оказалось страшным сном. Я не мечтала о славе, тем более – о такой. Мне просто нравилось работать на месторождении и думать, что я сделала чью-то жизнь чуточку лучше, когда спроектировала очередной магопровод.

А в итоге вдруг оказалось, что я – одна из тех, кто принял активное участие в убийстве Первой и обострении отношений с Альго-Сай-Таром. В Древограде многие смотрели на меня, как Мирина, - с неприязнью и осуждением, в твердой уверенности: уж они-то сумели бы разрешить ситуацию тихо, без шума и пыли, чтобы и комар носа не подточил.

Я не исключала, что, возможно, так оно и было бы. Будь я умнее, коммуникабельнее, хитрее – кто знает, вдруг мне удалось бы раскусить Найдена еще здесь? Но – увы: лучше всего мне давалось общение с объемным редактором для черчения, а не с людьми, и изменить уже ничего не получилось бы.

Временный городок, где почти все так или иначе участвовали в обустройстве месторождения (и где добрая половина населения была знакома с Найденом лично), давал защиту от агрессивно настроенной публики – но, увы, не абсолютную.

 - А вы правда можете телепортироваться? – не обращая внимания на настроение своей спутницы, спросил Стожар.

 - Могу, - неохотно призналась я. Вторая половина неадекватно среагировавшей публики частенько пылала подобным энтузиазмом, упуская из виду главное, и досаждала порой куда сильнее тех, кто просто на меня злился. – Но это требует большого количества магии, а ее у нас и так в обрез.

 - Той магии, что татуировка притянет из атмосферы, не хватит даже на пару метров, - предупреждая следующий вопрос, сходу сообщил Лют.

 - А если вот так? – не потерял оптимизма Стожар и продемонстрировал страницу альбома с цветными «рукавами» - татуировками от плеча до запястья. – Если площадь будет больше…

 - Не поможет, - грустно вздохнул особист.

 - А вы… - осторожно начал Стожар и запнулся, подбирая слова.

Мирина напоследок поджала губы и перевела взгляд с меня на Люта – и неприязнь сменилась тщательно подавляемой робостью. Особистская форма внушала уважение, даже если ее владелец запросто подсаживался без приглашения за стол и принимался бездумно листать альбом, который, собственно, и так знал наизусть.



Елена Ахметова

Отредактировано: 28.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться