Метла

Размер шрифта: - +

Глава двадцать третья. Много хорошо — подозрительно

1

Дома спешащую к метле Соню ждал не очень приятный сюрприз в виде блудного мужа. Он выскочил в коридор на звук открывающейся двери, и стоял, радостно улыбаясь. «Совсем как Клод только что», — непроизвольно провела параллель Соня, заходя в квартиру, а вслух сказала:

— Вот же, тебя... Напугал. Чего забыл? Чистые носки кончились?

Сонин муж радостно ответствовал:

— Это и мой дом тоже. И не хочу я его делить, я же тебе говорил уже. Будем жить вместе, как раньше, а? Ты такая красивая стала — ух! Завлекательная.

Глаза его стали какие-то масленые и томные.

— Сексуальная, — почему-то облизываясь, произнёс он.

Соне на сегодня мужиков с проблемами хватило в избытке.

— Иди ты со своими сомнительными комплиментами, куда подальше, — сказала она, и прошлёпала в комнату, соображая, как его же выставить. Хотя бы на время взлёта.

Муж пошёл за ней, голос его приобрёл оттенок ревнивый и подозрительный:

— У тебя кто-то есть?

— Нет. Есть. Не знаю, — рассеянно бросила она.

Он попытался перегородить ей дорогу, но Соня глянула на него с таким выражением, что муж непроизвольно посторонился. В глазах его плюс к прошлой гамме чувств прибавилось восхищение:

— Ух, какая ты стала! Огонь! Просто прожгла взглядом.

Соня подумала, что муж её никогда не умел выражать свои чувства, и все эти несвойственные ему попытки выходят пошлыми.

— Жёнушка моя, — тут же, подтверждая её мысли, произнёс он.

— Руки убери, и мотай отсюда, — сказала она ему, уже раздражённо. — Дом нужен? Подавай на размен. Аривидерчи, чао, аста ла виста, лехитраот... Все, больше не знаю, как тебе сказать прощай.

Муж совершенно зашёлся от восторга:

— Соня, да откуда в тебе этот пыл?! Эта страсть?!

Соня покрутила пальцем у виска, и после небольшой возни ей всё-таки удалось вытолкать восхищённого мужа из квартиры и захлопнуть дверь. Она ещё крикнула ему вслед из-за запертой двери:

— И не приходи больше! Сегодня же замок сменю, — и закрыла дверь на большой внутренний шпингалет.

— Вот будто есть время у меня с тобой возиться, — пробурчала сама себе. — Квартиру разменять нужно. Другого варианта нет.

В тот же момент, словно отвечая на её чаянья, зазвонил телефон. Звонок был разряда тех последних, невероятных, которые врывались в её жизнь сами собой, решая все Сонины проблемы. Этих звонков она, кстати, уже начала бояться.

— Да? Да, это я. Какую квартиру? — чуть не рычала в телефон ещё не остывшая от внутрисемейной борьбы Соня. — Трёхкомнатную? В центре города? Когда я выиграла? Это розыгрыш? Подождите, я ничего не понимаю...

Она села, ошарашенная в кресло, подозрительно посмотрела в сторону скромно притулившейся за шторами метлы.

— Ещё раз повторите... Да, это я. Все верно. Какая лотерея? Золотой ключик? Постойте, точно! Полгода назад нас заставили на работе билеты купить. Я и думать, не думала. Хорошо, я зайду к вам. А, впрочем, знаете, что? Отдайте кому-нибудь другому. Или вот, лучше в следующий розыгрыш пустите.

Закончив разговор, Соня подошла к метле вплотную:

— Я ж подумала тогда, что это лохотрон в пользу племянницы начальника, работающей в этой лотерейной комиссии. Опять твоих рук дело, да?

И метла как бы радостно кивнула.

— Только с меня хватит, моя милая, — погрозила Соне ей пальцем.

2

Через час она, запыхавшаяся, с метлой наперевес стояла во дворе Лешего, недоуменно оглядываясь кругом. Судя по всему, её никто не ждал. Входная дверь дома закрыта, никого нет и во дворе. Она удивлена, ведь её вызывали определённо срочно и «вне графика».

Соня подошла к Старому дереву, которое старательно притворялось спящим, и легонько ударила его по стволу черенком метлы. Обманщик, несколько фальшиво зевая, протянул:

— Ох, кто это? А, это ты, Соня. А у нас тут ... ляжем рядком, да поспим ладком...

— Ты офигело совсем? — вышла из себя Соня. — Какое «ляжем рядком»? Что за детский сад?

— Зри в корень, — с достоинством ответило дерево. — Никаких фиг на мне нет, значит, я вовсе не фиговое дерево. Не офигело я.

Соне стало немного стыдно. Правда, совсем немного.

— Да я не про это... Где все?

— А все — это Леший? — ехидно спросило дерево. — Он вышел. Скоро будет. Так и велел передать. В гости иди, гостинец неси.

— Ага, сейчас, — пообещала Соня, закрывая за собой калитку. Она постояла немного на улице, вдыхая густой цветочный запах, который постоянно стоял в городе. Особенно к вечеру. Разомлевшие на солнце за день цветы, заполонившие всё — от земли до крыш, отдавали свои ароматы надвигающимся сумеркам, и от этого приятно с непривычки чуть кружилась голова. Соня несколько раз глубоко и демонстративно вдохнула, и отправилась туда, куда ей давно хотелось отправиться. К Жанне.

Соня застала подругу в гостиной, где белошвейка с азартом и полностью уйдя с головой в работу, прикалывала на манекен кусок ткани. Она драпировала его то широкими волнами, то складками поуже, закалывала булавками, отходила в сторону. Смотрела придирчиво, опять распускала складки и снова собирала по-другому. Творила Жанна вдохновенно. Среди аккуратно разложенных лекал, хорошеньких шкатулочек со швейными принадлежностями: нитками, тесьмой, кружевом. Соня полюбовалась на всё это великолепие с веранды и тихонько стукнула в дверь. Увлечённая Жанна, не вынимая булавок изо рта, попробовала улыбнуться, и произнесла что-то типа:

— Привет! Я рада тебя видеть, проходи.

Тут же поняла, что разговор с булавками во рту получается не очень внятным, и засмеялась так заразительно, что Соня тоже не смогла удержаться от улыбки.



Евгения Райнеш

Отредактировано: 08.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться