Между мирами. Сквозь миры

Глава IX. Близнецы

ВЫДЕРЖКИ ИЗ АЛОГО ДНЕВНИКА.

Прошло около полугода с того момента, как мы последний раз видели Эрвина и Мэй. Через пару дней после всех наших поисков Айрес случайно подслушал их разговор, когда они вновь вернулись в Лакрим забрать остатки вещей Мэй. И, судя по словам Айреса, Эрвин на полном серьёзе намерен завоевать все миры ради Мэй. Он всем сердцем любит её последние сто лет, и она не имеет ничего против, без раздумий согласившись на его предложение совместной жизни. Видимо, у них намечается что-то серьёзное. Однако этот их разговор принёс нам и неприятное известие – Эрвин подтвердил наши догадки, сказав: «Я бессмертен. Я расколол душу и поместил часть себя в Бельфегора, поэтому смерть моя наступит только вместе со смертью Бельфегора, чью жизнь так отчаянно будет защищать милая Люси и её чудный сыночек». Мы с Реном всё это время обдумывали план действий, но идеального решения пока не нашли, чётко осознавая, что, уйдя в тень, Эрвин собирает силы и может ударить в любой момент. 

За эти полгода мы с Белом сильно сблизились. Бел питал некоторые чувства к Мэй, скучая по ней, так что как женщина я была ему не слишком интересна, зато друзья из нас вышли отличные. Это второй человек, которому я могла доверять как себе и к кому привязалась за столь короткий промежуток времени. 

Когда мы гуляли с Белом по лесу в один из солнечных осенних дней, зашёл разговор о любви. Он поинтересовался нашими отношениями с Реном, а затем немного рассказал мне о своих чувствах к Мэй. 
– Так, значит, вы с Реном полностью понимаете друг друга? – спросил он. 
– Я верю, что да, – ответила я. 
– А сейчас? В последнее время ты много времени проводишь со мной, он не ревнует? 
– Разумеется, ревнует. Но это немного не та ревность, это собственничество, он ревнует не из страха потерять меня, а из нежелания делить моё внимание с кем-то ещё. Он и к Айресу порой ревнует, – улыбнулась я. 
– Как же тебе повезло… – задумчиво сказал он. – В тебе нуждаются. А я вот совершенно не могу ничего поделать со своими чувствами, так и оставшимися без ответа. 
– Чувствами к Мэй? 
– Да. Пока она была в Лакриме, мы много разговаривали. И хотя она только и делала, что рассказывала мне про Рена, я всё равно готов был слушать её часами. Что-то в ней есть такое, что притягивает меня, я не могу это объяснить… 
– У каждого свои странности. Оказывается, даже Мэй способна кого-то притянуть, – ехидно сказала я. – А, впрочем... разве есть разница, кого и почему мы любим?  
– Будь она здесь, я бы доказал, что я лучше Рена. Почему она выбрала Эрвина и ушла? Снаружи мы одинаковые, а внутри я лучше! Почему он? 
– Мэй, как я успела заметить, любительница красивой жизни. Эрвин с ума сходит, готов ради неё миры переворачивать, всё бросать к её ногам, а она и рада получать, ничего не отдавая. Она пользуется им, любви там нет и быть не могло. 
– Я тоже мог бы подарить ей целую вселенную! – закричал Бел. 
– Зачем тебе та, которой нужна лишь вселенная? Даже если ты отдашь ей всё, что существует, в том замке, который ты воздвигнешь, для тебя места не останется.  

Бел с грустью опустил глаза. Думаю, он и сам понимал, кого выбрало его сердце. Но едва ли с этим выбором можно было не считаться, даже если очень хотелось. 
– Я рад, что у меня есть вы, – задумчиво сказал Бел. – Ты, Рен, Айрес, Най... Вы наполняете мою жизнь хоть каким-то смыслом. 
– Мы ведь твоя семья.
– Семья?.. Ну да... Настоящую-то я больше никогда не увижу. Не смогу показаться им на глаза, став демоном. Став красноглазым… Знаешь, люди всё ещё верят в это. 
– Верят в монстров, пьющих кровь и превращающихся в волков? 
– Ага, они всё ещё называют демонов разными фольклорными именами. И если я вернусь домой, став одним из мифических персонажей – думаю, меня не примут. Это печально, ведь почти всю сознательную жизнь я страдал из-за смерти мамы и ненависти отца, я был готов на всё, лишь бы ты вернула маму к жизни, а теперь… теперь я никогда больше не увижу её. 
– Да, это ужасно… И кажется, что всё это было так давно… – опустив глаза, согласилась я. – Но мы ведь с тобой. Это, конечно, не то же самое, но лучше, чем ничего, правда же? 
– Да, правда. И я очень привязался к вам. Рад, что вы есть у меня, – вновь повторил он. 
– А ты изменился, – заметила я. – Стал таким взрослым. Раньше ты считал всех пустыми и скучными, а теперь привязался к целой семье, которая никак не связана с тобой кровными узами. Это довольно серьёзно, знаешь ли. 
– Говоришь со мной, как с маленьким мальчиком, – обиженно пробубнил Бел. – А я, вообще-то, стараюсь стать похожим на Рена. 
– На Рена?! – сильно удивившись, воскликнула я. – Почему на Рена? 
– Я инфантильный, иногда трусливый, временами слабый. Я как котёнок: мягкий и ласковый. Мне это совершенно не нравится. Я хочу быть другим. 
– Вот оно что? – засмеялась я. – Но ведь и Рен такой же. Просто он умеет вести себя так, чтобы его настоящую личность не было видно, а сам по себе он точно подходит под твоё описание. Я бы даже сказала, он подвержен этому в большей степени, чем ты. 
– Рен-то? Да ты шутишь! Он не трусливый и не слабый! И уж тем более не напоминает домашнего кота, спящего на коленях! 
– О, ещё как, – вновь засмеялась я. – Он старается перебарывать свои слабости, чтобы защитить меня и Айреса, но их у него очень и очень много, как, впрочем, и у любого другого демона. Не бывает сильных, бывают те, кто хорошо маскируется. Насчёт трусости могу сказать, что он просто до мандража боится потерять меня или допустить, чтобы мне причинили боль. Такой вот он: уничтожит всё и всех, но защитит меня. Так что зря ты думаешь, что Рен бесчувственный. Единственное, в чём вы различны – он не инфантилен. Это да. Ну, а так… есть, к слову, и более явная его слабость – демон, которого он до сих пор боится, спустя 3 тысячи лет.  
– Серьёзно?! Рен может кого-то бояться? 
– Ага. И у всесильного Рена есть страхи. Но я не думаю, что ты с ним когда-нибудь встретишься, это не то существо, которое может просто проникнуть в нашу жизнь снова. 
– Вы только посмотрите, кто здесь, – ехидно молвил грубый мужской голос сзади. Мы обернулись и увидели странного человека в сером капюшоне, облокотившегося на ствол большого дуба. Его лицо закрывала чёрная маска, были видны лишь глаза, которые ясно давали понять, что это очень старый демон, возможно, старше меня в 2 или 3 раза. И это сразу напугало меня, ведь я знаю только одного такого – Ами, и я понятия не имела, что такие древние вообще ещё живы.  
– Сама Королева Люси, надо же! – он продолжал ехидничать, что вводило меня в ступор.
– Чего ты хочешь? – спросила я.
– Напугать тебя хочу, Твоё Величество. Тебя и мужа твоего.

Я вопросительно посмотрела на него. Мы с Белом оба молчали.
– В общем, я много королевского времени не займу, лишь расскажу вам предысторию о времени, которое было очень и очень давно, задолго до рождения Эрвина и войны. И это было… худшее время. Демоны производили на свет потомство от людей, чистокровные представители нашей расы почти исчезли. В те ужасные времена клан Волвес обязан был сохранить чистоту крови, и для этого Белет, глава клана, нуждавшийся в расширении чистокровной семьи, решил зачать второго ребёнка. У него уже была жена и сын Эрвин, но жена его не могла больше иметь детей, зато имела сестру-близнеца, которая и стала матерью второго сына Белета. Мальчика назвали Лео. Эрвин был примерно на два тысячелетия старше Лео, но братья были абсолютно одинаковы внешне. Вы спросите меня: «Как такое может быть?» и я отвечу: «Они имели одного отца и двух похожих как две капли воды матерей». 
– Так не бывает! – воскликнула я. 
– Это необъяснимый феномен, – ответил он. – Лео стал королём только благодаря своему внешнему сходству с братом. Его не готовили быть королём. Он был ребёнком. Создав то, что смог, он сбежал. И никто не знает, где он теперь. 
– «…где он теперь»? Он жив?! – закричала я. 
– Конечно, жив! Почему бы нет? 
– Но… Рен говорил, что… 
– Рен не знает всей правды. Его отец исчез? Умер? Чушь. Он жив, но вот адреса его я вам дать не могу. А говорю я вам всё это потому, что в скором времени вам придётся столкнуться с кем-то, кто будет выглядеть как Эрвин. Но вы должны знать, что это Лео. 
– На этом всё? – холодно спросила я, понимая, что Рену эта информация ужасно не понравится. 
– Да, – ответил он и испарился. 
– Уходим, Бел, – приказала я и дёрнула его за руку. 

Мы быстро побежали в замок, нашли Рена, Айреса и Ная и закрылись в библиотеке. Я рассказала им всё, что услышала, хоть это и было очень сложно для меня. 
– Как такое возможно? – спросил Най. – Даже в одной семье не рождается двух одинаковых внешне детей. 
– Я задала ему тот же вопрос, но он сам не знает, он назвал это феноменом. По идее, у Эрвина и Лео был один отец и разные матери, но матери были на одно лицо, и как-то так получилось, что дети тоже родились близнецами, хотя и с двухтысячелетней разницей в возрасте. Это какой-то генетический сбой, видимо… Или природа просто издевается над всеми нами. 
– То есть раз Лео – близнец Эрвина и Бел – близнец Эрвина, значит Бел – близнец Лео и наш родственник? – восторженно воскликнул Айрес. 
– Нет, – холодно ответил Рен. – Бельфегор – искусственно созданный двойник, он не родился близнецом Эрвина, он превратился в такового уже после рождения. Это не то же самое. 
– Стоп, давайте по порядку, – вмешался Бел. – Я не совсем понял: у них был один отец и разные матери, и разница в возрасте у них составляет около двух тысяч лет, но, несмотря на это, они полностью одинаковые внешне? Это как? 
– Ты упускаешь важную деталь, – поправил Най. – Их «разные» матери были близнецами, и можно сказать, что фенотипически это был один человек. Набор генов, отвечавших за внешность, был практически идентичен. Разумеется, близнецы всегда чем-то отличаются, но это едва заметно. Поэтому странно лишь то, что с такой разницей во времени от двух разных женщин родились одинаковые внешне дети, это и правда какой-то природный феномен. Хотя я уверен, что и они внешне различны, просто детали эти слишком незначительные. 
– Можно сказать, это тоже самое, что было с Мэй, – добавила я. – Мэй родилась от демона и ангела, но родилась чистым ангелом – это тоже был природный феномен, что она не переняла ни одного гена внешности от отца. 
– И силы демона у неё не было, в отличии от тебя, – вставил Рен. 

Всё казалось логично обоснованным, но всё же не укладывалось в голове. К тому же, Рен ведь видел лицо своего отца. Почему ни внешность Бела, ни лицо Эрвина не насторожили его? 
– Рен, слушай, – задумчиво спросила я. – Раз Лео – близнец Эрвина и, как вышло позже, Бельфегора, почему ты ничего не заподозрил сразу? Ты единственный, кто видел его лицо. 
– Лицо? – с удивлением переспросил Рен. – И правда... почему? Лео, которого я помню, не был похож на Эрвина. Хотя... не могу припомнить чёткие очертания... 
– Я тоже его видел и тоже не помню, – вмешался Най. – Думаю, когда он сбежал, он использовал особое заклинание, которое стёрло черты его лица из памяти всех, кто знал об этом сходстве. 
– Серьёзно? – воскликнул Рен. – Что за сумасшедший старик...
– Рен… – тихонько молвила я, потупив глаза в пол. – Я не сказала кое-что ещё. 
– Ну так говори, – ласково сказал он. 
– В общем… Этот демон сказал, что Лео жив. 

В этот момент глаза Рена расширились до предела, на его лице был такой ужас, что стало страшно даже мне. 
– Т–ты не могла бы… повторить? – заикаясь попросил он. 

Все были шокированы страхом Рена, но никто из них никогда не видел Лео, они не понимали, чем так кошмарна эта новость. 
– Этот странный демон сказал, что ты знаешь не всю правду, – тихонько повторила я, стараясь не смотреть Рену в лицо. – Он сказал, что Лео жив и живёт где-то, но более точной информации не предоставил. Я понимаю, насколько трудно тебе слышать это, но, похоже, что это правда. 

Рен резко встал, с ужасом смотря в пол, он сильно сжал кулаки, прикусил губу и со всей силы ударил по столу, облокотившись на него после и упав на колени. 
– Рен! – воскликнула я и подскочила к нему, взяв его под руку.  
– Две тысячи лет я не вспоминал о нём… – с досадой проговорил Рен. – Две тысячи лет я думал, что этот ужас остался в прошлом… Так значит, он всё ещё жив? Забавно. 

Рен истерично захихикал, и мне стало страшно за него. Я никогда не видела его таким. 
– Рен! – кричала я и трясла его за плечи. 
Неожиданно послышался звук удара. Приблизившись, отец ударил Рена по щеке. На испуганном лице остался смачный красный след от ладони, и Рен был явно удивлён тому, что только что произошло. Он приложил свою руку к щеке и с удивлением посмотрел на Ная. 
– Я видел его и знаю, что он делал с тобой. Но тебе 3 тысячи лет, ты что, дитя малое, чтобы трястись перед отцом, заставившим тебя страдать треть твоей жизни? Или, возможно, ты решил, что никто из присутствующих не заметил ужас, пронизывающий тебя до костей? Чего ты испугался? В твоей жизни уже было всё, что могло быть, твой сумасшедший папочка не сделает тебе ничего хуже! Будь мужчиной и перестань пугаться каждого упоминания о нём! 
– Есть ещё кое-что, что он может сделать, – молвил Рен, виновато опустив глаза в пол. 
– И что же? – со злостью в голосе спросил отец. 
– Он может забрать у меня всё, что я имею.  
– О чём ты говоришь?! – испуганно закричала я. 
– В первую очередь, о тебе, – сказал он, глядя мне в глаза. – Однажды я воскресил тебя с помощью Эрвина, но больше не смогу этого сделать. Эрвин не был «Светом», воскресившим тебя, «Свет» – это незыблемая материя, Эрвин лишь вошёл в контакт с ней, получив её силу. Сейчас, когда он ушёл из той пещеры, сила «Света» ему не принадлежит. И он больше не сможет воскресить тебя, равно как и никто другой. И, если Лео придёт в голову убить тебя, – боюсь, я не смогу ему помешать. Он слишком силён для меня. 
– Но как же Список Славы? – вмешался Бел. 
– В Списке Славы нет демонов, живущих вне Ада. Если бы Лео был в Аду, я бы об этом знал. Значит, он в каком-то другом мире и, скорее всего, в человеческом. И раз он в другом мире – Список Славы не учитывает его силу. Как только он объявится здесь, его имя появится в Списке и, боюсь, сместит меня на вторую строчку. 
– Откуда ты знаешь? – спросила я. – Та сила, что сейчас у тебя, была дана тебе мной уже после того, как Лео исчез. Ты ведь не знаешь, стал ли ты сильнее его! 
– Лю, милая, – Рен обнял меня за талию одной рукой и положил голову мне на плечо. – Не будь такой наивной. Ты же не думаешь, что он эти 2 тысячи лет сидел на одном месте и играл в шахматы со своим воображаемым другом? Этой мой отец, Лю, это Лео. Если он жив, он нашёл способ увеличить свою силу настолько, насколько это возможно. И вряд ли мы можем сравниться с ним. 
– Значит, ты думаешь, он будет охотиться за Люси? – вмешался Бел. 
– Всё дело в том, что Эрвин исчез и готовит план по завоеванию всех миров. После его исчезновения неожиданно появляется древний демон, рассказывающий о Лео и его интересной связи с Эрвином. Вы не видите здесь связи? – спросил Рен. – Лео вполне мог примкнуть к старшему брату, учитывая, что Эрвин знает все мои слабости, которых, возможно, не знал Лео. Этот союз будет самым эффективным для уничтожения меня. 
– Какой смысл тогда нам продумывать план защиты, если ты утверждаешь, что всё бесполезно? – с досадой спросила я. 
– Знаешь, Лю, – ответил Бел, – ты была права сегодня. Мы семья. Все вместе мы можем помочь друг другу.  
– Я думаю, Рену стоит подумать об этом в одиночестве, – сказал отец, бросив на нас взгляд, призывающий разойтись. 

Мы все уже были в дверях, когда Рен крикнул: «Если меня не будет рядом – защити её, Бельфегор». 
– Обязательно, – улыбнувшись, ответил Бел.



Настасья Олеговна

Отредактировано: 17.01.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться