Между морем и ветром

Глава 11. Все карты на стол

Ксюша рассказала подруге историю их свидания лишь в общих чертах, зато перед сном прокрутила его словно кинофильм от начала до конца. Знала, что потом будет обидно и больно, но удержаться никак не могла.

Это было незабываемо.

То утро началось раньше обычного. Они с Севой договорились пойти на sup–прогулку и встретить рассвет в море. Это казалось безумно романтичным, и Ксюша буквально жила этой мыслью всю неделю.

Сапы парень заблаговременно взял напрокат, сам пару раз когда–то катался и заверил сомневающуюся поначалу девушку, что это легче лёгкого.

Парочка насмотрелась видео с квадрокоптеров и выбрала бухту Труда на острове Русский, где находилось самое настоящее кладбище затонувших кораблей. Увидеть своими глазами разрекламированные останки судов в кристально прозрачной воде труда не составляло, оставалось лишь прибыть в назначенное место.

Отчего–то Сева отказался от варианта вечерней прогулки и настоял на неприлично раннем для работающего человека времени, но Ксюше идея встретить рассвет, когда кругом ни души казалась даже интереснее, и спорить она не стала.

— Ну что, готова? — с самым загадочным выражением на лице спросил Сева.

— Как пионер! — отсалютовала ему Ксюша, паясничая.

Доски они везли уже надутыми, поэтому никаких задержек и проволочек не возникло. Выгрузка, краткий инструктаж, пилотный прогон у берега, чтобы девушка освоилась, почувствовала доску и привыкла держать равновесие, — и они уже продвигаются вглубь бухты.

— Кажется, что неспешно плывём, а уже такое расстояние, — удивилась Ксюша через несколько минут. — Что там, когда рассвет?

— Уже скоро. Мы где–то над отмелью, надо найти её, — Сева достал телефон и начал сверяться с координатами стратегического места. — А то рассвет встретим без поцелуев.

— Оу! То есть у нас прямо свидание–свидание в самом прямом смысле слова? — оживилась немного сонная до столь приятного известия девушка. — Что же ты мне раньше не сказал?

— Я думал, понятно и так. Ага! Загребай вон туда, — раздалась команда справа.

Небо потихоньку начинало разгораться у горизонта, и стало заметно светлее. Море всё ещё хранило свои тайны под покровом темноты, но внимательному и привыкшему к отсутствию яркого освещения зрению молодых людей уже стали заметны чёрные очертания пока непонятно чего и светлые пятна не обременённого водорослями или железными останками дна.

— Ну вот, не дал пообсуждать поцелуи, — притворно надулась Ксюша.

— А чего их обсуждать? Надо брать и делать, — резонно заметил ей Сева. — По идее здесь. Дно белое и совсем близко. Тормози.

Парень соскользнул с доски уверенным движением и… провалился с головой! Удержаться от смеха было совершенно невозможно, и заливистый женский смех рассыпался по бухте, отражаясь от практически идеальной водной глади, врезаясь в тёмные сопки и исчезая вдали.

— Ладно, это действительно смешно, — признал промокший до нитки парень. Буквально два гребка, и он уже стоял по середину бедра в воде. — Давай сюда.

— Вот как теперь тебя целовать? Ты же солёный, мокрый и холодный, — продолжала хохотать Ксюша, которой было решительно наплевать на эти маленькие и отнюдь не досадные нюансы.

— Тебя тоже уронить в водичку? — мефистофелевским тоном спросил Сева и стал приближаться нарочито медленно, запугивая.

— Фиг вам! — быстро сориентировалась девушка. — Я‑то в сухом, мне в нём тепло. А ты, кстати, зря не надел водник, я видела, что он у тебя есть. Ветерок–то не очень приятный, наверное, да и холодная мокрая одежда жутко противно липнет к телу.

— Могу снять, — не остался в долгу любитель утреннего купания.

— М–м–м, — протянула красавица, — соблазнительно. А давай!

Сева стянул футболку и бросил на сап, поиграл мышцами, посмотрел на спутницу, которая так шумно вдохнула воздух, будто он уже разделся догола.

— Соскучилась? — бархатным тоном спросил он.

— Есть немного, — ответила она ему с теми же интонациями.

— Иди ко мне, — поманил он.

— Ни за что, — был дан ему ответ.

Только вот Сева подтянул вручную её доску и обнял свою строптивицу за талию. Плотная ткань толстовки пока защищала от холодных, влажных прикосновений, и девушка подалась навстречу. Парень подхватил её на руки, прижал к себе так, чтобы она руками и ногами обвила его как лиана.

— Мы пропустим рассвет, — выдохнула она ему в губы.

— Да начхать, — с чувством ответил он ей.

Дальнейшее безумие вспоминать было особенно приятно. Они совсем потеряли голову.

Две сцепленных между собой сап–доски устойчивую конструкцию даже не напоминали, зато отлично двигались в такт, притом, в отличие от самой парочки, совершенно бесшумно.

Ксюша не чувствовала прохлады воды. Не обратила внимание и на холодную поверхность доски, когда её, казалось, раскалённая от желания кожа с ней соприкоснулась. Не заметила, как улетела куда–то одежда.

Ей было совсем не до того.

В утренних сумерках глаза Севы казались ей демоническими. Блестящие тёмным огнём, они будили в ней ответную страсть и приковывали взгляд, подчиняли. Узкое лицо сейчас выглядело особенно рельефным и незнакомым.

Что–то бунтарское и дикое было в его поведении, в его взгляде. Таким Севу она ещё не видела. И именно таким он ей нравился больше всего. Она совсем сошла с ума. И он последовал за ней.

И не было неудобства. Смущения. Лишь страсть, необузданная и первозданная. Жаркая, бесконтрольная, всепоглощающая и неистовая.