Между морем и ветром

Глава 16. Череда потрясений

— Мы в эти выходные хотим съездить на Русский с палатками. Ты с нами? — полным оптимизма голосом вопрошала Светка. — Юльке я уже написала, она на какой–то встрече, но ответила, что скорее да, чем нет.

Ксюша держала телефон плечом, параллельно печатая на клавиатуре письмо, и соображала медленно.

— Я…ну, наверное… на–прав–ля-ю–во–вло–же–ни–и…

— Чего–чего? А, ты там пишешь, да? — догадалась подруга. — Ну, оторвись на секундочку, Оксик! Поехали на море! Без Самирки будет здорово, я тебе гарантирую! Славик поныряет, достанет нам вкусняшек. Я люблю по утрам омлет с икрой морского ежа. Ням–ням–ням! Ну, соблазняйся же скорее! Я уже почти в офисе, там неудобно говорить будет.

— Окей, — не стала спорить Ксюша, лишь бы от неё отстали.

В другое время она бы с радостью поддержала любое предложение, тем более, мама всё равно завтра улетала в Москву, а дома одной оставаться ей никогда не нравилось, но сегодня девушке было просто не до того. Накануне они всем отделом сходили в кафе, немного выпили, потанцевали, поели китайской еды и разошлись, не поздно притом, но без последствий, к сожалению, не обошлось.

Инга не вышла на работу, Алина отсидела до обеда и сбежала, а остальные хоть держались, но хорошим самочувствием похвастаться не могли. И уйти не могли — рабочая обстановка не позволяла, и так работали не полным составом. Ещё и перед командировкой руководству требовалось подготовить всё и сразу.

— Ну что, как вы? — Олег Васильевич оглядел свои поредевшие экономические войска и поставил пакет с эмблемой ближайшей аптеки. — Держите. Здесь энтерофурил, энтерол, полисорб, смекта и ещё куча всего, что посоветовал фармацевт. Я, правда, ничего в этом не понимаю, желудок, слава богу, лужёный, но вам, надеюсь, поможет.

— Спасибо, — поблагодарили несчастные отравленные и поплелись инспектировать содержимое пакета. Весь запас активированного угля у секретарши Олечки был съеден ещё утром, но долгожданного эффекта не последовало.

— Я уже позвонил куда следует, надеюсь, их закроют. Нет, ну надо же! Отравили мне весь отдел! Девочки, милые, ходите только в проверенные места! Ксюш, ты как?

— Жить буду, — сквозь зубы ответила без пяти минут падчерица. Она единственная из всего коллектива пока не бегала в дамскую комнату, но тошнило её не меньше остальных.

— Хорошо. Постарайтесь сегодня всё сделать, а завтра приходите к обеду, я предупрежу секретаря, что вас отпустил. Ксюш, мне на личную почту скинь документы к моему приземлению в Москве, ну, плюс час, не больше, хорошо?

— Угу, — кивнула подчинённая.

Олег Васильевич раздал команды и удалился, только через не до конца прикрытую дверь слышно было, как он сокрушается: «Как не вовремя–то, а!»

Ближе к концу дня дамы потихоньку пришли в себя и, как Ксюша и ожидала, задались закономерным вопросом, почему любимый начальник выделил её отдельно, ещё и назвал не Ксенией, как обычно. Отпираться и придумывать отговорки сил не было, и она честно ответила:

— Даже не начинайте фантазировать в этом направлении. Он ухаживает за моей мамой, я сама только узнала.

Новость вызвала определённый ажиотаж, но, из–за болезненного состояния участниц, не такой бурный, как мог бы быть. Тем не менее, Ксюша ни на секунду не сомневалась, что слабыми от бессилия пальчиками каждая из коллег сейчас напечатает главную сплетню недели, а быть может и месяца, Инге и Алине. И пусть! Всё равно.

Сотовый телефон завибрировал. По столу прошла дрожь, отдалась в руках и Ксюшу снова затошнило.

— Алло? — слабым голосом спросила она.

— Добрый день. Вы знакомы с Нестеренко Сергеем…

— Нет, не знакома. И я вам это уже триста раз говорила, прекратите мне звонить, — с бесконечной усталостью ответила Ксюша.

Она почти ненавидела этого Нестеренко Сергея Григорьевича, проживающего на улице Маковского, которого с собаками искали банки и почему–то все через неё. Номер за номером отправлялся в чёрный список, но пока конца и края видно не было. Настойчивые операторы атаковали её со всех доступных им линий.

— Они тебе звонят до сих пор? — не поверила Ирина Викторовна, вспомнив, как девушку доставали в её первый рабочий день. — Вот непонятливые!

— И не говорите. Уже сил никаких нет. Я обычно уже и не беру, если вижу, что звонят не из нашего региона, — поделилась наболевшим Ксюша. — Идиоты.

— Да уж. А ещё, говорят, иногда разводят так. Столько мошенников!

Лекарства подействовали, и уставшие морально и физически дамы почувствовали себя лучше. Естественно, работу никто не отменял, но целый день молчания сделал своё дело — коллеги делились опытом общения с банками и коллекторскими компаниями куда активнее, чем заполняли ячейки в 1С цифрами и буквами.

По внутренней корпоративной почте прилетело сообщение от начальника: «Ксеня, давай я тебя отвезу домой? Ты выглядишь очень бледной». Отказываться Ксюша не стала. Намерения у Олега Васильевича в отношении мамы самые что ни на есть серьёзные, так что ей пора начать привыкать к присутствию этого мужчины в их жизни, а не только на работе. Да и перед коллегами теперь не надо было ничего из себя строить и придумывать отговорки — просто камень с плеч.

В машине её слегка мутило, и ехать пришлось с кондиционером — холодный воздух помогал справиться с тошнотой.

— Ты выпила таблетки? — заботливо интересовался Олег Васильевич, выезжая с парковки у офиса.

— Только полисорб. Мама считает, что таблетки нужно пить в экстренных случаях. Я с детства почти не болею, иммунитет должен справиться, — отвечала ему Ксюша.