Между роком и судьбою

Размер шрифта: - +

Глава 2

Я вздрогнула и отвела взгляд от лица гостя с тонким, породистым носом — побоялась, что замешательство и какой-то животный, инстинктивный страх перед чем-то мистическим промелькнет в моих глазах.

Вновь повисла пауза.

— Кара? — Рок напомнил о себе спокойно, без малейшего признака нетерпения или раздражения.

— Я согласна. Где вы хотите поговорить?

— Не здесь.

Он скинул с себя длинный черный плащ и, прежде чем я успела покраснеть или возмутиться, накинул мне его на плечи.

— Набросьте на голову капюшон и не поднимайте глаз от пола — именно они позволяют вычленить вас в любой толпе.

— Слишком светлые? — предположила осмелевшая Шута. Она вышла из-за моей спины и теперь с интересом изучала нашего гостя. Страха она больше не выказывала.

— Иди сюда, — зашипела Рони и дернула сестру за рукав, заставляя ту вновь спрятаться за меня.

Что ж, хоть у одной из них есть голова на плечах.

— Нет, — Рок усмехнулся, заметив маневр Рони и медленно проговорил, взвешивая каждое слово: — Дело не в цвете глаз — в их выражении.

Он сказал это, обращаясь к Шуте за моей спиной, но я поняла, что слова предназначались не ей.

Я обернулась к сестрам.

— Я скоро вернусь. Не волнуйтесь ни о чем и ложитесь спать, хорошо?

— Я не хочу спать, — Шута с разочарованием покосилась на Рока. Чем-то он ей приглянулся, а, возможно, ей не хотелось, чтобы я уходила.

Рони молча кивнула. Ее карие глаза были серьезны, на самом донышке в них можно было разглядеть не только страх, но и подозрение, и звериную опаску перед более крупным хищником.

Рони взрослела. Это происходило слишком быстро, казалось с каждым шагом минутной стрелки, с каждым негромким рыком металлического льва, выскакивающего из часов двенадцать раз за день, она менялась — неуловимо становилась старше. Я не знала, хорошо это или плохо.

Рок вышел из покоев первым и молча придержал мне дверь. Я отметила это мимолетно, подумав, что его манеры, естественные и непринужденные, странно сочетаются с его внешностью — в нем было что-то отталкивающее и притягивающее одновременно. Я не обладала чутьем льва, но даже моя интуиция кричала об опасности. В Роке чувствовалась сила. Не та, к которой я привыкла, другая: вкрадчивая, мягкая, таящаяся глубоко внутри.

Он кивнул охране, и та послушно расступилась перед ним. Подошвы моих туфелек заскользили по коридору дворца. Рок выбирал темные коридоры, обходя парадные комнаты, и я понимала его.

Я не спрашивала, куда мы идем. В голове вертелись более важные вопросы. Я переживала за сестер. Не обидят ли их за время моего отсутствия?

Я послушно не поднимала глаз от пола, и когда натертый мастикой паркет сменился шуршащим гравием, а затем — сочной зеленой травой, с облегчением перевела дух и вскинула голову, всматриваясь в ночное небо с россыпью звезд на нем.

— Что вас смущает в моем взгляде?

Это был смелый вопрос. Смелость мне была несвойственна, поэтому я задала его, изучая созвездие Рыжего Льва и стараясь унять бешено колотящееся сердце.

Рок чуть замедлил шаг, но не остановился. Не видя его лица, я хорошо представила усмешку, скользнувшую по его тонким губам — ироничную и немного горькую.

— У вас, Кара, прекрасные глаза, но это глаза жертвы.

— Жертвы?

— Той, кто спасает чужие жизни, но не может помочь себе.

Внутри меня все заледенело от страха. Он увидел мой дар на поединке, догадался о нем? Но почти сразу холод уступил место пустоте. Разве имеет смысл теперь бояться?

Я моргнула, смахнула одинокую слезинку, скатившуюся из уголка глаза, и посмотрела на своего спутника.

— Кого же вы хотите из меня сделать, Рок? Ту, кто отбирает жизни?

— Для начала — королеву.

Я споткнулась, поскользнувшись на вечерней росе, и растянулась на траве. Рок наклонился и молча подал мне руку. Ночь была безлунной, и темноту разбавлял лишь мягкий свет звезд. Я с детства боялась темноты, страх всегда жил в моем сердце — не хватит пальцев обеих рук, чтобы перечислить все то, что пугало меня без всякой на то причины, но в тот момент страх отступил. Вдруг черные краски ночи показались мягкими и теплыми, и сквозь них проступило лицо человека. Его голубые глаза смотрели выжидающе.

Помедлив, я подала ему руку, и тот легко потянул меня наверх, помогая встать.

— Вы хотите, чтобы я стала женой вашего брата?

— Я хочу, чтобы вы убили моего брата.

На какое-то время я потеряла дар речи. Мы подошли к пшеничному полю — ближайшему к дворцу. Прямо перед ногами начиналось золотое море — бескрайние просторы пшеницы; колосья выглядели в ночи слишком тускло, но величественно. За нашими спинами вилась утоптанная дорожка, петляющая среди зеленой равнины. По правую руку от меня одиноко раскинул ветки широкий высокий дуб.



Ксения Власова

Отредактировано: 05.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться