Мга

Размер шрифта: - +

Глава вторая. Неприятности до востребования

Нижнестранновск. В тот же день, утром

Покатаюшкой в Нижнестранновске называли старинное почтовое отделение. Когда-то здесь была ямщицкая слобода. Некоторые строения совсем обветшали и развалились, но главное здание так и осталось служить почтовому делу. Прозвище оно получило ещё в незапамятные времена, и шло оно от легенды о хулиганистом бесёнке по имени Покатай, который очень любил шутить над ямщиками и почтовыми человеками.

Если в каждом, даже самом невеликом городе есть свой «дом с привидениями», окружённый мистическими слухами, то в Нижнестранновске таким объектом точно с незапамятных времён являлась Покатаюшка. Любимой страшилкой Гая из детства была история о старой-старой посылке, которая уже триста лет хранится на складе, ожидая, когда за ней явится адресат. Кто именно должен прийти за посылкой — это и являлось самой захватывающей частью легенды, версии у детворы на этот счёт имелись разные. Каждый вытаскивал из глубин подсознания свой собственный ужас, и к общему мнению ни одно поколение детей так и не пришло.

Тёмыч, одноклассник Гая, настолько заболел идеей найти таинственную посылку, что сразу после выпускного устроился работать в почтовое отделение. Сначала он собирался провести там месяц-другой, но остался до осени, а затем и совсем остался. Знакомые недоумевали: что молодой и непьющий парень делает среди женщин преклонного возраста, но постепенно привыкли, что в любое время года и в любое время суток Тёмыча можно найти тут — среди картонок, ящиков и бумаг. Незаметно он даже сделал небольшую карьеру, стал начальником этого не самого престижного отделения. Тёмыч ссутулился, высох, начал носить очки, и вскоре сам стал похож на клочок коричнево-бледной мятой бандерольной упаковки.

Он всё свободное и несвободное время проводил в выстраивании графиков вхождения Венеры в Сатурн, общался с кучей астрологов в интернете и пребывал в полной уверенности, что сможет с помощью определённых положений и состояний луны высчитать место и время, когда и где именно таинственная посылка проявится в реальном мире. Тёмыч караулил появление призрачного послания из прошлого уже годы, и все знакомые относились к такому непонятному, но неистовому стремлению, как к милой странности. 

Половина одноклассников Гая и Тёмыча либо спилась, либо канула в неизвестнность. Единственным из них, сделавшим замечательную с точки зрения жителей Нижнестранновска карьеру, был Кит Званцев. В старших классах случилась жуткая трагедия — погиб лучший друг Кита, и бабушка забрала мальчика в Москву. Там Званцев закончил школу, а сейчас руководил фирмой, которая занималась установкой европакетов.

Года два назад Кит неожиданно дал о себе знать: позвонил Гаю, расспрашивал как жизнь в Нижнестранновске. Гай удивлялся, но на вопросы отвечал добросовестно и подробно. Кит после этого разговора звонил довольно часто, зачем-то звал к себе Гая. Тот, конечно, собирался предпринять некий высокий скачок к качеству грядущих лет, но как-то невнятно и лениво. «Когда-нибудь», — так говорил сам себе Гай, а для Кита придумывал кучу отмазок — дел, которые мешали ему немедленно изменить свою жизнь. До этого самого дня.

Гай шёл по знакомым до мельчайшей былинки провинциально пыльным переулкам, не замечая привычной с самого рождения патриархальной тишины и глухоты окружающего мира, а когда переступил порог Покатаюшки, сразу понял, что Тёмыч сегодня не в себе. Ссутулившись за старомодной ободранной конторкой, от которой даже на расстоянии вкусно пахло старым, рассохшимся деревом, начальник отделения смотрел куда-то в окно на корявый, наполовину лысый тополь, который стоял здесь, кажется, тоже с начала времён.

— Привет, — Гай постучал костяшками пальцев по конторке прямо у локтя Тёмыча.

Тот медленно повернулся и посмотрел взглядом растерянным, непонимающим.

— Ты чего сегодня совсем какой-то странный? — удивился Гай. — В смысле, ещё страннее, чем обычно.

— Только не удивляйся, ладно? Я и сам ещё не до конца уверен... Но кажется... Гаевский, я, кажется, нашёл её, — внезапно Тёмыч пришёл в лихорадочное состояние, растерянность исчезла, он заговорил быстро и бессвязно, как будто находился в изрядном подпитии. — Только я теперь совсем… Совсем не знаю, что мне с ней делать... Совсем не знаю, Гай... Я боюсь открыть её, и боюсь, что это окажется не она... Но не может быть, чтобы я ошибся...

Гай тоскливо подумал о том, как ему побыстрее забрать бандероль с книгами и оставить странного сегодня приятеля наедине с размышлениями.

— Ага, — сказал он, кивнув для большей убедительности. — Ты не ошибся. Точно, не ошибся. А теперь дай мне вот это...

Гай протянул возбуждённому Тёмычу уведомление о ценной бандероли.

— Ну? Знаешь, как всегда, Леонид потом заскочит и всё заполнит. В конце дня, часиков в семь. Так он сказал.

Тёмыч зачем-то повертел уведомление, чисто машинально, даже не взглянув на него, и всё так же, как сомнамбула, ушёл куда-то вглубь комнаты по ту сторону конторки, но буквально через минуту вышел с пустыми руками.

— Гаевский, — каким-то хриплым, непохожим на обычный, голосом произнёс этот вдруг ставший чужим Тёмыч. — Я тебя очень прошу, Юль, посмотри ты, а? Просто посмотри, а я тебе кофе пока соображу... У меня сахар есть, Гаевский. И печенье. Вера Михайловна вчера принесла. И ещё свою бандероль заодно заберёшь. Хорошо?

— Да, чего с тобой случилось, Тём? — Гай пытался оторвать от себя крепко и больно вцепившееся пальцы бывшего одноклассника. — Чего мне посмотреть, скажи: какие проблемы?

— Посылка… — прошептал уже очень тихо Тёмыч, как будто сам не верил в то, что говорил. — Полнолуние. Я пошёл среднегабаритные невостребованные отправления посмотреть, а она там, среди них. Такая же, как и все, но совершенно другая. Полнолуние было, Гаевский...



Евгения Райнеш

Отредактировано: 17.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться