Миа: Тьма над Горным краем. Часть 1

2.1 Мне делают подарки

 

Когда одна мечта умирает,
ты должен двигаться к новой.
 — П.Суэйзи

Не помню, как вернулась к себе. Навзрыд, ревела, уткнувшись в подушку. Слезы быстро иссякли, но я еще долго всхлипывала, болезненно перебирая в памяти наиболее хлесткие фразы отца. 

Бастард… Вот что мучило меня сейчас. 

Вначале я не обратила внимания, что его светлость употребил именно это слово. Сочла очередным оскорблением. Но похоже, в раздражении он выдал тайную мысль. Герцог не может доказать, что я бастард, и на этом основании выкинуть меня из дома. Он стесняется бездарной дочери, скрывает от всех, опасаясь нелестных для него слухов. Как я раньше этого не понимала? Стало больно, и в то же время я почувствовала огромное облегчение, словно свежий ветер ворвался в комнату и унес лишние мысли. Что если герцог действительно мне не отец?  

Тогда, получается, я — бастард? 

Но как это возможно, ведь в детстве я дважды проходила испытание! Кристалл рода никогда не лжет, ошибки исключены, без сомнений он отторг бы бастарда. Это независимый и непреклонный судья. Будь я действительно чужой для дей’Холлиндоров, моя участь решилась бы сразу. Если при первой проверке родовой артефакт не признает новорожденного, он будет официально объявлен безродным, лишен магии и отправлен в какое-нибудь дальнее поселение на милость чужаков. Никому нет дела до несчастного изгнанника, даже родителям. Особенно им. В нашем королевстве безродному, живется хуже, чем приговоренным к каторге. В обществе, где принадлежность к касте знати возведена в абсолют, изгои обречены на одиночество: им запрещено жить в крупных городах, заводить семью и детей; за нарушение — вечная ссылка на Прóклятые острова, затерянные в океане далеко на севере.

Закон о бастардах, установленный еще Великим Шандором в первоначальные эпохи, жесток и действует во всех странах, где правят человеческие династии. Как рассказывал учитель, это обеспечивает рождение сильных магов исключительно в семействах аристократов. Так знать защищает право на власть. Могущественные маги в человеческих королевствах — потомки от браков с великими магическими расами: драконами, демонами и эльфами. Только знати дано управлять всем в государстве. 

Трудно сказать, сколько в нас, жителях мира Андор, осталось изначальной человеческой крови. За прошедшие со времени появления в этом мире людей тысячелетия, не только знать, но и простолюдины с удовольствием смешивали кровь с представителями магических рас. Все ради обретения дара. Потому среди крестьян, ремесленников и торговцев тоже немало магов. Но простым людям позволено сочетаться браком только с представителями младших магических рас — оборотней и гномов, их магия слаба и не универсальна, однако, является прекрасным подспорьем в ремеслах и передается потомкам даже в третьем поколении. Оружейник, владеющий магией огня — смесок гномов — способен производить уникальное по свойствам оружие. Услуги садовника-мага земли всегда будут востребованы. В нашем мире маг-ремесленник достигнет богатства и почета быстрее и легче собрата без дара. Естественно, не будь сурового закона, по которому бастарда полностью лишают магии, простонародье принимало бы отверженных из знати весьма охотно, и вскоре у наших правителей, возможно, появилась бы достойная конкуренция. 

Конечно, не все изгои безропотно соглашаются тянуть лямку позора. Я слышала, порой несогласные уходят в орочьи степи, в поисках того, на что не могли надеяться среди своих. Их принимают в племя. Взамен орки получают воина, фанатично настроенного против людей. Вот такой ответ на жестокость законов. Интересно, а наша уважаемая королева и ее советники в курсе сложившейся ситуации? Или постоянные набеги на границы их устраивают?

Значит, я — бастард? Незаконный ребенок, которого по какой-то странной причине не отослали, не изгнали из рода. Горькое разочарование отца, позор матери, которая прожила всего несколько лет после моего рождения и даже видеть меня не желала. Я помню это смутно. Мое стремление к маме, ее крики: «Уберите ее!» Тогда это впервые разбило мое детское сердце... Отца я всегда очень боялась и быстро выучилась прятаться, заслышав на лестнице его тяжелые шаги. 

Нелюбимая, нежеланная самым близким людям. 

В шесть меня отослали в поместье в сопровождении пары гувернанток. Там прошло несколько относительно счастливых лет. Я училась, читала все подряд и обрела первых в своей жизни друзей. Ребята из деревни, вместе с сыном управляющего поместьем, тайком проникли в господский сад. В начале рассматривали меня во все глаза, как диковинку. А я сидела с книжкой на скамье и с не меньшим любопытством разглядывала их. Смуглым сорванцам казались странными мои светлая кожа и волосы, но через полчаса мы уже весело играли за оградой поместья, подальше от глаз моих гувернанток. 



Виктория Цветкова

Отредактировано: 29.07.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться