Миа: Тьма над Горным краем. Часть 1

2.4

Ближе к ночи постучалась Зора. Добрая горничная, всегда хорошо относилась ко мне и часто, после работы, заходила поболтать по-дружески; заодно проверяла, поужинала ли я. Сегодня я вечернюю трапезу пропустила, даже не вспомнила про еду. А вот сейчас живот подводило от голода, и я обрадовалась, когда увидела в руках полугномки стакан молока с куском домашнего хлеба. Под накинутой на плечи Зоры цветастой шалью прятался небольшой узелок. 

Горничная отдала мне еду и присела рядом со мной на кровать, таинственный сверток устроила между нами.  

— На кухне только и разговоров, что его светлость посылает вас в ученье к магам, моя леди, — обронила Зора, по-простонародному окая и растягивая гласные.  

— Так и есть. Вон Эрмина два своих платья передала по приказу герцогини, — я ткнула пальцем в серое безобразие, разложенное на кресле.

— И как они? — Служанка оценивающим взглядом прошлась по материи и покачала головой. — Эрминушка та еще стерва! Наверняка, самые страховидные отдала. 

— Не без того. Подлежат полному перекрою, ушивать — только больше портить.  

— Слыхала, в Горный край поедите?

— Да. Это твоя родина, Зора?

— Не-е, сама-то я тутошняя, уже в Пенто родилась. Но батя мой оттудова. Хорошие места — суровые скалы, лязг и копоть, но хватает добрых людей. На кого учиться будете, сьерра?

— Не называй меня так, Зора. Много раз говорила: какая я тебе сьерра? Мы друзья! — передернула плечом я. И ответила на вопрос: — Герцог приказал — буду зельеваром. 

— Знахаркой-травницей, значит… Хорошее занятие, да не про вас, милая вы моя, — Зора с откровенной жалостью посмотрела на меня, глаза заблестели от навернувшихся слез. — Вам ли собирать травы по степям и лесам, да, перетирая их в ступе, обдирать нежные ручки в кровь? Что ж он надумал-то? Умыкнут вас в степь, ясен Свет, умыкнут! 

— Да кому я нужна? — беспечно усмехнулась я, на что Зора фыркнула. — И не обязательно самой собирать травы. А руки быстро привыкнут, надеюсь. Герцог решил, что моей магии хватит только на работу с зельями. Он прав. Но зачем горевать? Вопрос решенный. Хотя я мечтала совсем другому учиться, ты знаешь. 

— Все-таки будьте осторожней, Миарет, — искренне проговорила Зора и я проглотила ком в горле: трудно покидать друга и уезжать в совершенно незнакомое место. Может быть, в университете на так уж плохо, но вот подруги рядом не будет. Горничная словно прочла мои мысли: — Не печальтесь, везде есть добрые люди, не пропадете. Может, и к лучшему, что уезжаете, — тут она понизила голос до шепота, — мачеха-то ваша, так и глядит злой змеей-айадой [1] на вас, только что ядом не плюет. Нехорошо смотрит, черной завистью исходит от вашей расцветающей красы…

— Какой там красы, Зора? — отмахнулась я и искренне рассмеялась, вспоминая недавнюю примерку мешка из-под сахели… ой, нового платья. Милая Зора, как мне будет недоставать тебя! 

— Зора, сделай одолжение, сходи завтра к мэтру Силабу, и расскажи, куда я уехала. Я буду ждать от него писем в университете. Жаль только, что ты не сможешь мне писать. 

— Ничего, моя леди. Я магистру Силабу накажу, что передать, он добрый гном: напишет и от меня весточку. Схожу завтра всенепременно, не волнуйтесь! 

Зора с улыбкой развязала принесенный узелок. Внутри оказались поистине драгоценные для меня вещи. Несколько брусков дешевенького туалетного мыла, каким пользовались в нашем доме служанки. А я-то переживала, чем буду мыться, и, как стирать, ведь бытовые заклинания мне совсем не даются. Кроме того, здесь нашлись новый костяной гребешок и флакончик с заживляющим синяки и раны зельем — на всякий случай. А еще — большой пуховый платок. Я сперва не хотела его брать, платок был уж слишком хорош, практически новый и очень-очень пушистый, такая вещь стоит явно не один лей. 

— Бери, бери, моя леди, не стесняйся. Я с чистым сердцем. Мне милок новый обещал справить, а тебе-то в Горном краю такой пригодится! Там зима лютая, а плащик-то твой совсем худой, не заметишь, как хворь приключится! 

Зора отдавала мне лучшее, и это снова до слез растрогало меня. 

— Спасибо, Зора! — Я прижала теплую шерсть к груди, глаза щипало от подступающих слез. Ох, Зора, как же не хочется расставаться, как же болит сердце...

— И вот еще, — Зора вытащила из кармана форменного платья и протянула мне крохотный медальон на сыромятном кожаном шнурке. Подвеска была выточена из довольно невзрачного на вид камня кремового цвета. Простой тонкий диск, был плохо отшлифован, без надписей и узоров, величиной с монетку в десять хильдо. Камень показался удивительно холодным, будто внутри был лед. 

— Что это? — я озадачено повертела подвеску и так и сяк.

— Оберег от недобрых чар, — пояснила полугномка. — Мой деда в молодые годы бродил в горах Уруз-Хай, такой камень добывал. Говорил, оченно он у магов ценится. Надень на шею, детка, и носи под платьем, не снимай. 

Я послушно повесила на шею медальон и спрятала камешек под одеждой. Странно, сейчас медальон вовсе не холодил, я его вообще не почувствовала, словно и не надевала. Проверила, заглянув за ворот — крошечный каменный диск устроился в ложбинке между грудей.

— Спасибо, милая Зора! Не знаю, как благодарить тебя… — слезы все-таки потекли, но я, шмыгнув носом, постаралась изобразить счастливую улыбку. 

— Отблагодаришь еще, дай тебе Свет. Жизнь долгая, а добро в мире не пропадает.

_________________________________
[1] Айада — опасная ядовитая змея, обитающая в степях и предгорьях умеренной полосы. Длина взрослой особи от 1 до 1,5 метров. Нападает на мелких и средних животных. 



Виктория Цветкова

Отредактировано: 29.07.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться