Мидгард. Грани миров.

Размер шрифта: - +

Глава 28. Мидгард. Амнезия

Еле дождавшись конца рабочего дня, Лин схватила сумочку и заранее заготовленный пакет с гостинцами и поехала в больницу.

В холле больницы, где проходили свидания с пациентами, было многолюдно. Лин сверилась со списком пациентов на доске объявлений, нашла запись «Неизвестный» в отделении терапии. По внутреннему телефону она позвонила на пост медсестры:

– Здравствуйте! Я вчера привезла молодого человека. Он память потерял. Не знаю, как его зовут. Попросите, пожалуйста, его выйти в холл, я приехала его проведать. Хорошо, спасибо, я подожду.

Повесив трубку на рычаг, девушка оглянулась и нашла два свободных местечка на железной скамейке с сиденьем из бордового кожзаменителя. Несколько томительных минут Лин старалась решить, чем себя занять. Сначала она оглядывала гладкие белые стены, полосы ламп дневного света в два ряда по всей длине потолка и недавно вымытую напольную плитку винного цвета с бордовыми узорами. Затем рассматривала свои руки со скрещенными пальцами, лежащими на коленях.

Рядом переговаривались пациенты и навещавшие их близкие. Лин подняла голову, чтобы посмотреть, не вышел ли уже в вестибюль вчерашний парень, и сразу же увидела его, уверенно шагавшего к ней. Ее сердце рванулось навстречу, и снова нахлынули тягостные воспоминания ночного кошмара. Так всегда бывает, когда встречаешь наяву недавно увиденного во сне человека, и он невероятным образом становится тебе очень близким.

Лин встала, шагнула к молодому человеку и, неожиданно для самой себя, порывисто обняла его. Он оказался сильным и теплым, а ещё парень пах детским мылом и больницей. Несколько долгих секунд они стояли, обнявшись. Вдыхая его запах, ощущая его крепкие мышцы под своими руками, она буквально физически почувствовала, как ее отпускает лютое напряжение, а с сердца с громким стуком сваливается тяжеленный камень, который она, оказывается, с утра носила с собой в душе. Видимо, ей действительно необходимо было физически прикоснуться к нему, чтобы поверить, что он действительно живой.

Со вздохом облегчения Лин отступила на шаг, взглянув на него, и тут же поняла, что безнадежно «пропала» – она просто утонула в мягкой теплоте его глаз. Он смущенно улыбнулся, ее объятия явно стали для него неожиданностью. Боясь, что он может догадаться о ее внезапно вспыхнувших чувствах, Лин опустила глаза и отступила от него.

– Привет. Как дела? – смущенно спросила она.

– Наверное, хорошо, – улыбнулся парень.

Лин показала рукой на скамейку:

– Присядем?

– Конечно, – кивнул он и опустился на сиденье рядом с девушкой.

Теперь он находился слишком близко от нее, и Лин занервничала. Она не знала, куда деть глаза, а пальцы рук, казалось, зажили своей собственной жизнью. Наконец, девушка сложила ладони на коленях.

– Ты что-нибудь вспомнил о себе? – задала она вопрос. – Как тебя зовут, например?

– К сожалению, совсем ничего, – помрачнел он. – Помню только, как я шел в тумане через лес, увидел свет, пошел на него, и тут резко начался дождь. Как я очутился на дороге перед твоей машиной – не понимаю, потому что мне казалось, что я всё ещё в лесу.

– А что говорят врачи? – спросила Лин.

– А кто это? – он поднял брови.

– Врачи? Это люди в белых халатах, – пояснила она, внимательно глядя на него, стараясь понять, серьезно он говорит или шутит.

– Врачи… – задумчиво проговорил парень. – Вот, значит, как они называются.

– Да, – подтвердила девушка, – врачи, доктора, они тебя лечат. А еще есть медсестры.

– Сестры? – он удивился еще больше.

– Ну да, – с легкой смешинкой в голосе ответила девушка, – медицинские сестры. Они тебе таблетки дают, градусником температуру проверяют, а иногда давление измеряют.

– Понятно, – улыбнулся он.

– Так что они говорят? – настойчиво спросила она.

Потерев лоб, молодой человек пожал широкими плечами под полосатой пижамой:

– Насколько я понял, люди в белых халатах говорили о потере памяти. Ну, это и так ясно.

– А они случайно не сказали, когда память к тебе вернется? – с надеждой уточнила она.

– Знаешь, мне кажется, – парень смущенно посмотрел на Лин, – они говорили о том, что память у некоторых людей возвращается, а у некоторых – и нет.

Девушка горестно вздохнула, о таких прогнозах врачей она и раньше слышала. Правда, обычно это происходило на экране телевизора, в кино и сериалах, потому что в реальной жизни встречаться с человеком, который потерял память, ей ни разу не доводилось.

– Я смотрю, ты пижаму больничную надел, – заметила Лин. – А когда тебе обещали отдать твою одежду? После стирки?

– Да, вроде бы завтра, – улыбнулся он.

– Отлично! – обрадовалась Лин. – Тогда завтра вечером я привезу тебе теплый свитер, и мы сможем прогуляться рядом с больницей.

– Больница – это здесь, я правильно понимаю? – парень вопросительно обвел рукой помещение. – Если подумать, здесь же людей лечат, значит, должно называться лечебницей, или нет? – неуверенно спросил он.

– По логике вещей, да, – со смехом подтвердила она, удивившись его неожиданной идее. – Наверное, больница – это потому, что тут находятся больные.

Парень хитро улыбнулся, подтверждая, что понял уловку в обозначении названия:

– Вот оно как!

– Как тебя кормят? – улыбнувшись своему банальному вопросу, спросила Лин.

– Вкусно, – на его щеках появились небольшие ямочки, и Лин залюбовалась ими, неудержимо расплываясь в ответной улыбке. – Я благодарен за заботу, которую эти люди ко мне проявляют, – совершенно серьезно сообщил молодой человек.

– Ну да, – задумчиво проговорила девушка, намеренно изучая рисунок своих ногтей. Она снова поймала себя на мысли, что этот парень слишком симпатичный. Наверное, ей не следовало бы смотреть на него так пристально. Поэтому стоило переключить внимание на что-нибудь другое. Рассматривание ногтей ничем не хуже, чем разглядывание носков туфель.



Дарьяна Хант

Отредактировано: 10.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться