Мидгард. Грани миров.

Глава 48. Мидгард. Алгоритм "Ингард" сработал

Просторный длинный кабинет, разделенный на кабинки матовыми перегородками из оргстекла высотой в полтора метра. В полумраке мигают экраны, шелестят клавиши моноблоков, в каждой кабинке по три-четыре монитора разных размеров. За компьютерами работают шестеро мужчин в возрасте от двадцати пяти до сорока лет. Они сосредоточенны и спокойны, как и престало уважающим себя программистам, которые трудятся в серьезной организации за солидное вознаграждение.

Изредка кто-либо из сотрудников встает, чтобы пройти в конец комнаты к столику, где можно налить себе ароматный бодрящий напиток из кофе-машины. И только один мужчина раз в час выходит из кабинета, чтобы пройти тускло освещенным извилистым коридором на улицу. Курилка в здании не предусмотрена. Глаза, привыкшие к отсутствию ярких источников света, вне помещения начинают немилосердно слезиться, несмотря на пасмурный день.

Вернувшись с очередного перекура, программист обнаруживает на мониторе мигающую рамку, оповещающую о срабатывании одного из фоновых глубинных поисковых алгоритмов. По протоколу, об уведомлении такого плана необходимо докладывать незамедлительно. Мужчина выбрал из списка звонков на своем телефоне надпись «Шеф», нажал пальцем на экран и, дождавшись ответа на том конце, сообщил:

– Никита Михайлович, сработал алгоритм «Ингард». Да. Ясно. – Выслушав ответ начальника, откликнулся он.

Выключив монитор с мигающим уведомлением, мужчина отложил телефон и откинулся на спинку стула. И хотя он, конечно же, был осведомлен о крайней важности глубинного алгоритма, на его памяти тот сработал впервые. До сих пор фоновое сканирование этой программы не выявляло нужных объектов в громадном потоке входящих данных.

Между тем в кабинет вошел русоволосый моложавый мужчина лет сорока и ростом примерно сто восемьдесят пять сантиметров. Он двигался с грацией леопарда, крадущегося за жертвой перед прыжком. Его поджарая фигура с широкими плечами эффектно смотрелась в темных прямых брюках и стильной черной рубашке с расстегнутой верхней пуговицей.

– Выводи на экран, Александр, – велел он.

Программист включил погасший монитор, чтобы показать руководителю мигавшее до сих пор напоминание.

– Аха, всплыли «пальчики» кого-то из внутреннего мира, – изучив появившуюся на экране информацию, проговорил Никита Михайлович и задумчиво постучал пальцами по столу. – Выясни, где и когда всплыл этот «фрукт», сколько уже в нашем мире обретается и с кем вступал в контакт? Раз «пальчики» всплыли, то, скорее всего, снова «потеряшка». Если бы был заслан с какой-то целью и прибыл сознательно, «пальчики» бы не засветил. А это значит, что там снова попался товарищ, потерявший память. Но проверить всё равно следует.

– Сделаем, Никита Михайлович, – отрапортовал Александр.

– Жду предварительный отчет через полчаса, – приказал шеф и направился к двери.

В назначенный срок, как и ожидалось, в представленной папке с распечатками лежала информация о добровольной дактилоскопии. Выражаясь сухим казенным языком федерального закона, в целях «установления личности граждан … не способных по состоянию здоровья … сообщить данные о своей личности». Переводить на человеческий язык это следовало как то, что некий гражданин потерял память в результате травмы и не помнит, кто он, а документов, удостоверяющих его личность, при нем не оказалось. Поэтому гражданину предложили условно добровольно, а скорее в добровольно-принудительном порядке, как это принято в российских правоохранительных органах, снять отпечатки пальцев, дабы по ним установить его личность.

В отчете было указано, что совпадений по отпечаткам в базе не выявлено. Что ж, немудрено. Выходцы из внутреннего мира, сознательно проживающие в Мидгарде, как они называют нашу планету и в частности внешнюю ее сторону, знают об особенностях своих отпечатков и умеют их скрывать, точнее, маскировать. А те, кто попадают во внешний мир неосознанно, обычно ничего о себе не помнят, даже имя своё вспоминают с трудом, и о том, чтобы скрывать свои «пальчики» от дактилоскопии, не догадываются.

Но так было не всегда. Впервые особенности отпечатков, помогающие гарантированно отличить ингардца, были обнаружены в конце 90-х годов прошлого столетия, когда специально обученные группы выходцев из внутреннего мира массово прибывали на внешнюю сторону планеты «с целью дестабилизации политического равновесия и пропаганды борьбы с «мировым правительством».

После того, как с помощью «особых» методов спецслужбы установили принадлежность «активистов» и выявили технологию их распознавания при помощи дактилоскопического сканирования, в программные системы всех без исключения правительственных организаций были загружены уникальные алгоритмы, которые в фоновом режиме отслеживали появление отпечатков ингардцев.

Но с тех пор ингардцы стали гораздо осторожнее, и научились не попадаться в руки правоохранительных органов, а случайно попавшиеся в «силки» отслеживающей программы индивидуумы оказывались бесполезными с точки зрения допросов в силу полной потери памяти.

Пальцы Никиты Михайловича пробежались по клавишам, на мониторе отразился список, сверившись с которым, шеф набрал указанный на экране номер телефона и распорядился:

– Группа «Дельта». Готовьтесь на выезд. Программа «Ингард». Объект по адресу…