Михаил Лазарев

Размер шрифта: - +

Михаил Лазарев

Курсы ораторского исскуства от мастера Германа фон Зальца. Только три дня в городе, проездом из замка Монфор в Польшу! Не упустите уникальный шанс послушать человека, за кратчайшее время снискавшего расположение августейших особ Старого Света! Секреты убеждения и политики, а также беспрецедентное ледовое шоу от специально приглашённых русских гостей не дадут никому скучать!

Глашатай продолжал надрываться, а Михаил уже уходил от площади славного города Новгорода. Он спешил на очередной урок в приходскую школу, куда он, сын обычного крестьянина, попасть был не должен никогда. Но теперь, каждый день, с двух до пяти пополудни он должен были сидеть вместе с сыновьями знатных бояр, да прославленных воинов княжеской дружины, и учиться выводить закорючки на листах писчей бумаги. 
А с утра, он до изнеможения занимался, уже с отцом своего соседа по скамье, дружинником Никитой, который учил его обращаться с мечом, топором, палицей и цепом. Цеп нравился Михаилу больше всего. Он был похож на привычную молотилку для зерна, навыки обращения с которой у крестьянского сына уже были. Никита морщился всякий раз, когда его ученик брал в руки это оружие. Опытный воин знал, что цеп, хоть и опасное оружие, но должно находиться в умелых руках. В противном случае, это оружие становилось опасным не столько для окружающих, сколько для самого "воина".
Но сложнее всего Михаилу было ночью. Ведь ночью приходили сны. Странные, жуткие, непонятные сны о каких-то непостижимых существах, странах, мирах. После первого из таких снов, к ним в дом и явился дьяк Фёдор Иванович, поговорил недолго с его отцом, а потом, как-то опасливо глянув на Михаила, удалился. Отец же, вздохнув, сказал Михаилу собираться в Новгород, где теперь он будет жить при княжеском дворе, так как на него снизошла благодать великая и взор самого светлого князя упал на подворье их дома.
По пути в Новгород, дьяк обстоятельно распросил мальчика о его снах, уважительно покивал и наказал внимательно вдумываться в истинный, скрытый, смысл этих снов. Впрочем, как позже понял Михаил, дьяк сам не знал ничего ни об этих снах, ни об их значении. В отличии от Великого Князя Александра.
Михаил в мельчайших деталях помнил свою первую и единственную встречу с Великим Князем. Его называли Чёрным Вихрем, так как именно в этом образе он пришёл в этот мир, и разрушил неприступные стены Киева. Его называли Невским, так как в Невской Битве он сокрушил последние войска Римского Бога, которые отправились в сторону Руси, в последней, отчаянной попытке отстоять свои устаревшие идеалы и веру. И его звали Великим Князем, так как истинное имя его не подвластно было человеческой гортани.
Копыта, на козлиных ногах с чёрной шерстью. Это было единственное, что Михаил мог вспомнить точно, когда поднимал свою опущенную голову в тёмных палатах Князя. Выше было что-то чёрное, бесформенное, постоянно изменяющееся и разделяющееся и невообразимо прекрасное. Испуг посетили Михаила, когда он взглянул на Великого Князя, но он тут же потонул в потоке счастья и радости изливаюшегося на мальчик, через одно из тёмных щупальцев, которое Князь опустил на его голову. Тёплое чувство распространилось по телу Михаила, он почувствовал любовь родителя к своеу дитя, материнскую, всепоглощающую любовь.
Когда он очнулся, над ним склонился дьяк Фёдор.
- Ты оказался ещё не готов. - сообщил он - Может быть позже, когда ты станешь старше и мудрее. Но мы тебя научим, хотя бы тому, чему можем.
Так и началась новая жизнь Михаила, насыщенная уроками, учением и снами. И он, не раз задумывался о том, что именно сны - важнейшая часть этого обучения. Сны показывали, рассказывали и обещали. Какая-то огромная энергия скапливалась у него внутри, она искала выход и не могла найти. Казалось что-то снаружи, сам этот мир мешал высвободиться скопившейся энергии. И сны всё чаще показывали какой-то другой мир, мир полный похожей энергии, мир где энергия Михаила, могла найти выход, выплеснуться наружу и, буквально, свернуть горы. Свернуть горы во имя Великого Князя, Александра Невского, Чёрного Вихря - Шаб-Ниггурата, одного из Древних, которые пришли в этот мир всего век назад, но уже вели его вперёд, в эпоху счастья и процветания для всех.
*спустя пару десятков лет*
- И всё же, Великий Князь, в чём предназначение этого мальчишки? Да, он неплохо поднатаскался тут, при дворе, но на то у нас и учителя, чтобы из любого обалдуя сделать приличного человека.
Дьяк сидел у дверей, спиной к Великому Князю. Он уже мог, иногда, гдядеть на Великого Князя не погружаясь в блаженную эйфорию, но предпочитал пользоваться этим как можно меньше. Гулкий, слегка блеющий голос полился на дьяка из темноты, и ему пришлось максимально сконцентрироваться, чтобы не уплыть по волнам этого голоса в бессмысленные дали.
- Он очнулся, после того как вышел от нас, Фёдор. Мнэ-эгих ли ты знаешь способн-нэх на такое? У нас было знани-э, что так будет. Поэтом-мэ он видел наши мысли. Поэтом-мэ он выжил. Он будет потомком нашим-мэ, не здесь, но в другом мире. Не сегодня, не сейчас, и даже не через в-вэк. Позже, мнэ-эго позже. Он должен мнэ-эгое постичь и узнать перед этим-мэ. Здесь он учится тому, чем-мэ вы можете его научить. Это крохи нужного ем-мэ, мэ-эньше песчинки. Когда он будет готов, мм-э отправим его учиться дальше. Там-мэ, куда он отправится, мн-нэго людей, верных нам-мэ людей. Но они рождены там, у них с рождения открыт разум-мэ, и они н-нэ выдерживают голоса нашей м-мэсли. Он послужит проводником-мэ нашим, м-мэ будем-мэ говорить через него и с ним-мэ. Там-мэ он будет продолжать обучен-нэ.



Касаткин Михаил

Отредактировано: 13.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: