Милая шкура

Снежный

Но папочка и мамочка уснули вечерком,

А Танечка и Ванечка – в Африку бегом…

 

К. Чуковский

 

 

После школы – Дашка сразу к холодильнику, восполнить нехватку сладкого.  Накануне праздновали её пятнадцатые именины. Осталось столько вкусностей, что забыть о них даже на время было не в Дашиных силах. Порция брата, по обычаю, тоже принадлежала ей. Но вдруг, ни с того ни с сего в Даше заговорила совесть и шлёпнулась на блюдце в виде крохотного кусочка торта. Зачем ему больше? Он и так – дылда! Девочка побежала отнести порцию брату, пока не передумала. Они по-прежнему делили одну комнату, Даша ступила на порог и рот разинула.

 

Подле их новой двухъярусной кровати стояла большая белая зверушка. Неужели ей наконец-то купили плюшевого медведя, мечту ползункового детства? Прав был папа – куда такого огромного поставишь? Она успела его хорошо рассмотреть – весь буквально белый и гладкий, высокие лапы, широкий, как у тюленя, лоб, круглые огромные глаза. Он смотрел, он живой! На Дашином лице расплылась самая счастливая и потому немного идиотская улыбка.  Как можно было принять это существо за медведя? Даже его неподвижность излучала кошачью грацию. Скорее снежный барс! Но видение померкло, начало осыпаться, как сахарная горка. И только сейчас Даша испугалась – неужели он исчезнет, неужели ей это снится? Ничего не осталось, пустота, только пол усеян легкими белыми кристаллами. Но уже через несколько секунд они поднялись и закружились, словно пылинки в солнечном свете. Прямо в воздухе  лепились в комочки, обрастали формами, постепенно превращаясь в фигуру человека, подростка, Дашиного брата. Ещё до того, как эта живая скульптура была завершена, Даня уже начал натягивать на себя штаны, подобранные с пола.

 

 

– Это ты?! – изумилась Даша.

 

 

– Да, – осторожно подтвердил Даня, немного насупившись, будто не он только что в неведому зверушку превратился, а Александр Сергеевич Пушкин.

 

 

У Даши от счастья кружилась голова. Ей не нужны были никакие объяснения. Она всегда знала, что брат у неё – особенный. Но даже догадываться не могла – насколько! Это волшебство, сказка, и Даше не хотелось просыпаться.

 

 

– Ты похож на снежного барса! – радостно завопила девочка.

 

 

На самом деле подобрать для Данькиного зверя хоть какое-то из известных науке имён было бы очень трудно. Да и причём тут наука, когда брат у Даши – феномен потусторонний и необъяснимый? В любой момент, по Дашиной просьбе он облачался в свою мягкую шелковистую белую шкурку. Девочка разглядывала его и восхищалась. Вот, уши, например, у него отсутствовали, но слышал он прекрасно! Хвоста у него, кстати, тоже не наблюдалось, и сухощавый зад был немного опущен, словно извиняясь за это обстоятельство.  Для собаки он был слишком крупный, крупнее самого себя – подростка. Для медведя он был слишком тощий. Пожалуй, больше всего в нём было от семейства кошачьих, а именно – запредельная, дивная ловкость.

 

С тех пор, как Даня открыл сестре свою вторую сущность, их прогулки по крышам стали вдвойне интересней. Они забирались в такие места, куда проникнуть не мог никто. Один раз это был чей-то пустующий особняк. Другой раз они хулиганили в оперном театре, полночи меряя костюмы. Для Дани не было никаких препятствий. Он карабкался по отвесным стенам, просачивался в любую щель, проникал за любой замок, отпирал перед сестрой двери, словно законный хозяин. Даня умел раздобыть для неё любую вещь. Осколок метеорита из музея? Пожалуйста! Браслет из ювелирного магазина «С-Аурон» в центре города? Нет ничего проще! И в ту же ночь он успевал вернуть всё на место, опять же, по просьбе сестры. Разве существовало хоть что-то, чего он не мог для неё сделать?  Даша называла его снежным барсом. Он не соглашался:

 

 

– Не похож. Пятен нету.

 

 

– Это потому что ты – безупречен!

 

 

И правда, шкура гладкая – даже волоска не торчит, без единого пятнышка. Поступь мягкая, длинные светлые когти полностью спрятаны в лапы. А выпустит показать – они сияют, как кухонные ножи из рекламы, где весь набор предлагают всего за 999 рублей.

 

Однажды они сидели в гостиной и копались в папиной аудиотеке. Родители на работе, и некому их прогнать. Раньше это была бабушкина комната, но она успела сильно измениться. Появился экран во всю стену, настоящий музыкальный центр, новый диван. А прежнюю мебель почти всю раздали. Правда, сохранилось бабушкино любимое кресло, деревянный комод с дорогими сердцу вещами. На стене висели старые фотографии. На одной из них – бабуля, молодая, глаза с хитринкой, положила ладошку на плечо усатого мужчины, Дашкиного деда.


Даша представила себе, как бы у них с Данькой отношения сложились, если б она была ещё жива. Полюбила бы его, точно, куда бы она делась? Да и как его можно не любить? Милый, отзывчивый и настоящий красавчик! Данька постепенно превращался из нескладного сутулого подростка в прекрасного юношу. А в своём зверином теле он обрёл невероятную силу и грацию. Но по-прежнему не походил ни на одно, существующее в мире животное.

 

 

– Что ж ты за зверь? – гадала Дарья, небрежно перебирая старые бобинные альбомы. – Может, снежный волк? Снежный тюлень? А? Белая выхухоль? Утконос-альбинос? Корова на льду?

 

 



Stiva

Отредактировано: 07.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться