Милосердие дам. Агония

Глава тридцать вторая

За несколько часов до случившегося.

Солнце уже давно скрылось за облаками. Наступила ночь. Зохан все продолжал сидеть около Мамад, с которой постоянно исходила зеленая слизь. Она заполнила всю гостиную комнату Карги и продолжала ползти вперед. Оракул все время хотела высказать ему о его нежданном появлении с ведьмой, но с трудом промолчала. Когда же она увидела зеленую жидкость, ее нервы сдали. Вампир приготовился к длинным речам, приготовленным предсказательницей, но вместо этого, она пошла и накричала на помойное ведро. Метнув в его сторону сердитый взгляд, оракул заперлась в своей комнате, где, по- видимому, готовила зелья. Зохан заметил, что это успокаивает девушку, поэтому не стал прерывать ее, даже когда зеленая жидкость перелилась через порог и продолжала течь по коридору.

Ночь в амазонском болоте не была безопасной, и вампир это знал, поэтому, на всякий случай, запер входную дверь. Само по себе, это место излучало смерть в каждом растении и животном. Зохан вспомнил, как он и еще несколько вампиров искали в амазонке орхидею, чьи корни упивались ядром земли, высасывая его жар и мощь. В итоге, в живых остались только два вампира, которые смогли сбежать из этого места. Бессмертные существа зовут его «Зеленым адом», что вполне подходит территории, населенной огромными кайманами, анакондами, а также людоедами. Зохану никак не могло прийти в голову, что такой маленькой, пожилой предсказательнице прижилось здесь. Когда он спросил ее об этом, она пожала плечами-«Местная живность любит меня»

И только несколько часов назад, вампир узнал, что в родственных корнях Карги существовали дриады, поэтому ее здесь никто не трогает. Даже если бы ее попытались сожрать, твари поплатятся, когда узнают о великом ковене нимф в Канаде. Хоть эти чертовки и являются удовольствием во плоти, но остерегаются их также, как и яростного медведя.

Зохан перевел свой взгляд на ведьму.

«Да, она гораздо хуже медведей. И все же, она моя»

Вампир поразился, с какой скоростью их отношения развиваются. Сначала, она не давала ему даже прикоснуться к себе, а теперь чуть ли не упрашивала взять ее в постели. Зохан хотел этого и собирался этим заняться, но эта чертовка, вскоре передумала. Он вспомнил, как они занимались сексом в ее особняке. Мамад также была против, а потом умоляла его продолжать. Какие противоречивые чувства борются в ее прелестной головке?

«Ведьма, ты сводишь меня с ума»

Внезапно, электричество в хижине замигало. Лежа на операционном столе, нахмурилась и стала бормотать нечленораздельные слова. Ветер снаружи поднялся, сметая живность, столпившуюся на заболоченной равнине и террасе. Электричество замигало сильнее. Сорвав входную дверь с петель, ветер ворвался в дом, переворачивая все вверх дном. Вдруг лампочки в доме лопнули. На Зохана посыпался град осколков, он прикрыл своим телом ведьму, чтобы ее не ранило. Карга, переливая зелья в одну колбу, испугалась, когда свет погас и все заискрилось, и случайно уронила колбу. За стеной Зохан услышал, как что-то громко взорвалось и завопила Оракул:

-Какого Черта!

Вампир перевел взгляд на Мамад, беспокойно лежащую, накрытую промокшим  от зеленой слизи, покрывалом.  Она вертелась из стороны в сторону. Она молила, кричала, плакала. Если эту зелень можно назвать слезами.

Зохан принялся ее успокаивать, он держал ее за руку, уговаривал вернуться, но она не реагировала. Мамад кричала слова на непонятном ему языке.

-Карга- позвал он, но увидел, что дверь, ведущую в комнату Оракул заклинило. С той стороны, предсказательница била по ней руками, пинала ногами, дергала за ручку, но безуспешно. Зохан хотел прийти ей на помощь, но внезапно ведьма крепко сжала его руку. Моментально в комнате вспыхнуло пламя зеленого цвета. Испугавшись, что он сгорит, Зохан взял Мамад на руки и хотел переместиться в безопасное место, но что-то блокировало его перемещение. Огонь добрался до его ноги и вместо боли вампир почувствовал тепло, исходящее от пламени. Сжигая все вокруг, пламя словно тянулось к ведьме, как к своей хозяйке. Удары в дверь прекратились и Зохан забеспокоился, вдруг огонь добрался до Карги. Но через секунду, дверь расщепило на маленькие кусочки. Перед ним стояла, вооруженная бурлящими зельями, Оракул. Ее глаза округлились:

-Вампир, ты горишь!

-Разве?- Он поднял бровь- Это пламя не причиняет мне вреда.

Протянув руку, Карга коснулась зеленого огня и резко, с воплем, отскочила в сторону. Ее рука покрылась волдырями.

Испуганными глазами, она переводила взгляд то на вампира, то на ведьму, не обращая внимание на буйный ветер.

Вдруг, пламя охватило ведьму полностью и, сквозь руки Зохана, переместило ее на пол. Когда вампир потянулся за Мамад, то пламя обожгло его.

Все инстинкты закричали в нем «Защити!», но он не знал, как. Огонь, казалось, разгорался все сильнее и вспыхнул ярким, зеленым цветом, ползя обратно к своей хозяйке. Закутывая в кокон ведьму, огонь стал перевоплощаться в дым. Ураганный ветер качал еще державшуюся лачугу. Оракул, опомнившись, выбежала через окно на поляну.

Зохан остался с ведьмой, пока все пламя и туман не скрыли ее от глаз вампира. Упав на колени, он силой заставил ждать себя, чтобы не полезть в опасную дымку.

«Однажды я сделал такую ошибку и не собираюсь повторять все снова»

-Прошу- взмолился он- Вернись ко мне.

Слезы на его глазах обжигали.

-Ты слышишь?- Застонал вампир- ВЕРНИСЬ!

Вдруг, туман зеленого цвета всплыл в воздух и исчез.На месте Мамад никого не было. Он забрал ее у него. Забрал!От неконтролируемой ярости, Зохан заревел в небеса.

«Теряю контроль! Это конец»- подумал он.

Все. Ее больше не будет. Она исчезла. От этих мыслей ему захотелось покончить с собой.

-Она моя, вы слышите!- завопил он- Моя. И я не позволю, чтобы у меня отняли то, что принадлежит мне.