Милослава: (не)сложный выбор

7. Галлия

В полдень мы остановились на привал. Кир обмотал мою талию веревкой, а другой ее конец привязал к дереву. Я вроде и присесть могла (он предусмотрительно кинул на землю попону), и тело размять, а никуда не денешься – все ногти поломала, пытаясь его узел развязать. Ну хоть напилась вволю и умылась. Вернулся он быстро, кинул на землю две заячьи тушки, развел костер. Нож мне не предложил, одного разделал сам. Нанизал на прутья, повесил над огнем, второго завернул в холстину и убрал в сумки.

Я вся изошла на слюну, пока мясо поджаривалось, и чтобы отвлечься от одуряющих запахов, спросила:

- Кир, а ты один дружинников убрал, или помогал кто?

- Расскажу, если ты мне расскажешь, отчего ты кнесса, а не кнесинка, - хитро улыбнулся Кир.

- Ладно, - согласилась я. – Но ты первый.

- Мила, я лучший охотник Галлии, - сказал мужчина. – И я не набиваю себе цену. Ты – шабаки степного хана. Я – лучший из охотников. Я умею очень многое. Поставить арбалетную ловушку для меня проще простого. А уж выстрелить, не прикасаясь к оружию, и того легче. Смотри!

Он подкинул в воздух довольно толстую ровную ветку, которую до этого тщательно обстругивал – я думала, под вертел – и взмахнул рукой. Небольшое дуновение воздуха, и ветка, поменяв свое направление, мчится в меня, с силой вонзаясь в ствол дерева надо мной. Я задрала голову, разглядывая ее: она вошла в ствол на целую четверть. И это просто ветка, а не болт!

- И сколькими предметами одновременно ты можешь вот так… выстрелить?

- Четырьмя, - гордо сказал Кир. – Я сильный воздушник.

- Ты их всех убил?

- Надеюсь, нет, - ответил охотник. – Кому-то ногу прострелил, кого-то просто об землю головой приложил. Первых точно насмерть, и еще одному в шею попал, а хотел в плечо.

- Спасибо.

- Мил, я ведь не наемный убийца. Я люблю поймать добычу с минимальным ущербом.

- И как ты собирался справиться с полсотней степняков?

- Ветром, - пожал плечами Кир. – Как-нибудь раскидал бы.

- Ну-ну, - пробормотала я. - Раскидал бы он.

Кир внимательно на меня посмотрел:

- До чего ж ты на свою бабку похожа! – выдохнул он.

- На Антонеллу что ли? Не приведи богиня! Хотя да, пожалуй, похожа… - поморщилась я.

В отношении к детям мы с бабкой были схожи.

Стоп, а откуда он знает бабку Антонеллу? Бабка по матушке-то скончалась давно. А откуда же охотник узнал и про свадьбу, и про мой путь? Неужто бабка поспособствовала?

- Что смотришь, словно дырку во мне проковырять хочешь? – спросил Кир.

- Какая сволочь меня тебе продала?

- А сестренка твоя младшая, - беззаботно сказал охотник, тыкая палочкой в мясо над огнем. – Мы с ней в лесу договорились, когда вы землянику собирали.

Кровь отхлынула от моего лица. Неужто не осталось в мире родного человека, который был со мной честен? Отец, Славка…

- Что ж тянул так долго, - прошептала я. – Что ж тогда не украл?

- Пути готовил, - честно ответил Кир. – Человека украсть непросто, надо подготовить припасы, договориться с нужными людьми… да тебе это без надобности знать.

Поели мы молча, аппетит внезапно пропал. Будто воздух у меня вышиб проклятый охотник словами о Славке. Кир пытался меня расшевелить и до того уболтал, что я рассказала ему про историю с пожаром хотя б для того, чтобы он, наконец, замолчал.

- Понятно теперь, почему шабаки, - задумчиво сказал охотник. – Нет, обо мне все же будут слагать песни.

Каких-то внятных объяснений я от него так и не добилась.

Хотя Кир был очень болтлив – просто невероятно, как один человек может столько болтать о пустом! – толком он мне ничего не поведал. Его разговорчивость была сродни молчанию: он умел говорить, ничего не говоря. Но утомлял он меня ужасно.

Двигались мы быстро, и скоро земли Василевских миновали. Карту Славии я приблизительно представляла: мы двигались на запад к Галлии. Чья теперь была волость, я точно не помнила: то ли Волковых, то ли Беляниных. Если с Беляниными я была знакома, то Волковых не встречала ни разу: отец с ними дружбу не водил. Не признает меня Волков, некого просить о помощи.
Была у меня мысль до кнеса добраться: может и не откажет в помощи. К Белянину я бы, не задумываясь, обратилась, а коли Волков? Станет ли слушать? А дойду ли до кнеса без помощи? Денег нет, украшений нет, еду купить не на что. Воровать? Побираться? Догонит меня охотник. Оборотень свою добычу не упустит. От него не скроешься в лесу или в поле. Разве что в городе, но город еще найти надо.

На всякий случай я вела себя прилично, уговорив Кира не связывать меня. Так было удобнее обоим. Смириться со своим пленением не смирилась, но и время у меня утекало сквозь пальцы. Разум подсказывал мне, что бежать бесполезно, тогда как сердце рвалось к степи. Тоска накатывала порой – хоть вой.

Между тем Кир действительно был великолепным охотником. От наших стоянок не оставалось не то, что следов – запахов даже не оставалось. Как он это делал, я не понимала. И конь у него был непростой: скакал в лесу как в чистом поле, а на дороге, раскисшей после дождя, когда даже упавший лист оставляет след, после копыт не было даже ямки. Не найдут меня степняки.

Отец найдет по водным следам. Заговор я прочитала верно, а вода – она везде есть. Да только куда отцу нас догнать? По лесам да по полям петлять непросто, а у реки или у озера мы не останавливались. Большая вода бы его позвала издалека, а малую еще найти нужно.

При других обстоятельствах мы с Киром могли бы подружиться. Возраста мы были недалекого, вряд ли ему было больше двадцати пяти. Внешне, мне казалось, тоже были схожи. Оба высокие, худые, длиннолицые. У меня разве что волосы потемнее были, но все же походили мы друг на друга как брат и сестра. У меня даже подозрения были, не является ли Кир в самом деле мне родней. Про бабку он тогда оговорился – нет, явно не про Антонеллу. Кир из Галлии, а мать моей матери – галлийка. Я не знаю, какой зверь был внутри нее, может, лесная кошка, может, еще кто – но точно не волк и не медведь. Зверя Кира я тоже определить не могла. Слишком много совпадений! Глупо, конечно, мало ли оборотней в Галлии, но эта мысль позволяла мне чувствовать себя в безопасности.