Милые Игры или Десять Свиданий с Фуюми

Font size: - +

47

Мы остаёмся на сцене вдвоём. Кей встаёт напротив и некоторое время просто смотрит на меня. Он действительно серьёзен. «Зачем ты всё это затеял?», хочу я спросить его, «Неужели только для того, чтобы спасти постановку Миямото?»

Спросить? Я даже посмотреть на него боюсь. Мне кажется, если я это сделаю, все поймут, что между нами что-то есть. Глупо, конечно, такое предполагать, так что я беру себя в руки и поднимаю взгляд.

Она как будто только этого и ждал.

— Я ваших рук рукой коснулся грубой,

Чтоб смыть кощунство, я даю обет:

К угоднице спаломничают губы

И зацелуют святотатства след.

Конечно же, он хорош, мешает в идеальных пропорциях отчаянную смелость и трепетное восхищение. Я просто не могу ответить хуже.

— Святой отец, пожатье рук законно.

Пожатье рук — естественный привет.

Паломники святыням бьют поклоны,

Прикладываться надобности нет.

Моя Джульетта нежна и осторожна. Я знаю, что в этот момент она уже полюбила, но всё равно играет свою роль до конца, потому что Ромео это нравится.

Однако, губы нам даны на что? — меж тем спрашивает Кей.

— Святой отец, молитвы воссылать.

— Так вот молитва: дайте им работу,

Склоните слух ко мне, святая мать.

Он подходит ближе.

— Я слух склоню, но двигаться не стану.

Я остаюсь на месте.

— Не надо наклоняться, сам достану.

Он наклоняется ко мне близко—близко, его губы так и не касаются моих, но это всё равно не менее интимно, чем поцелуй.

— Вот с губ моих весь грех теперь и снят.

Эту игривую вроде бы фразу Кей говорит почти обречённо, как будто случилось что-то непоправимое, и ничто уже не будет, как прежде.

— Зато мои впервые им покрылись, — я говорю растеряно, подтверждая интонацией, что пути назад уже нет.

— Тогда отдайте мне его назад, — говорит мой Ромео, будто не веря своему счастью.

И я действительно отдаю и отдаюсь, потому что не могу по-другому, моя Джульетта не может. Я возвращаю поцелуй, которого не было, и спрашиваю с призрачными нотками ревности:

— Мой друг, где целоваться вы учились?

— Прекрасно! — восклицает Миямото и даже аплодирует нам, остальные тоже к нему присоединяются, — Такеши и Йошида играют Ромео и Джульетту, а Меркуцио и Тибальта их дублёры. И прошу вас всех молчать об этом, пока всё не отыграем. А ещё я договорюсь с учителями, чтобы всех, кто задействован в постановке, сняли с уроков. У нас три дня, и мы всё успеем. Только ради Бога, не ешьте ничего сомнительного до пятницы.

 

Итак, я играю Джульетту. И с одной стороны, меня это радует. Джульетта будет такой, какая мне нравится, а Ромео даже превзойдёт мои самые смелые ожидания. Но с другой стороны, что-то подсказывает мне, что это будет началом конца. Эта роль на один вечер уничтожит другую мою роль, которую я играю уже почти год. Как, когда и почему это случится, я не имею понятия, просто знаю, что для того, чтобы всё было хорошо, мне надо держаться в тени, а не «лезть на сцену». Но я уже не могу соскочить, механизм запущен.

«Ты злишься на меня?», приходит сообщение от Кея, пока я переодеваюсь.

Злюсь ли я? Злости у меня было много, но сейчас всё перегорело. Следовало догадаться, к чему приведут эти отношения рано или поздно, так или иначе. У меня был выбор, ввязаться и всё потерять, или жить дальше свою почти жизнь. А на самом деле не было у меня никакого выбора, как у этих пятьдесят раз помянутых «шекспировских неразлучников». Не на что злиться, осталось только идти к концу, блестяще доигрывая роль.

«Нет», отвечаю я.

 

Мы идём домой вместе, как и каждый день в последние две недели. Кей поглядывает на меня изредка, я иду молча.

— Я думал, ты будешь рвать и метать, — прерывает он молчание, — Уже приготовился обороняться. Но ты идёшь и молчишь, будто меня нет.

— Прости, я просто….

Я замолкаю, не зная, как рассказать ему о своих личных апокалиптических предчувствиях. Он не выдерживает, останавливает меня и разворачивает к себе.

— Я сегодня совершенно бессовестно поцеловал тебя перед всеми, и что? Даже не повозмущаешься для приличия?

Я криво улыбаюсь. Злиться на ещё один камень, брошенный в тонущую лодку?

— Представь себе, нет, — отвечаю я, — Даже замечу, что наши девчонки в восторге. Теперь они думают, что ты не разрешаешь мне встречаться с твоей сестрой, потому что сам в меня влюблён, и сегодня приревновал, когда увидел, как Миямото взял меня за руки, потому и поцеловал у всех на глазах.

Он смущенно отводит взгляд, и я понимаю, что примерно так всё и было. Он действительно приревновал меня к Миямото.

— Кстати, — спрашиваю я, — тебе перед парнями не стрёмно было это делать? Что теперь будет с твоей репутацией?

Удивительно, но он начинает смеяться.

— Что? — не понимаю я причину его веселья, но тоже невольно начинаю улыбаться.

— Когда я начал встречаться с тобой и думал, что ты парень, я был готов к тому, что потеряю многих близких людей, даже родителей, не то, что друзей.

Кей замолкает на некоторое время, а потом говорит:

— Я хочу, чтобы все знали, что мы встречаемся.

— Ты имеешь ввиду в школе?

— Да, — отвечает он, глядя мне прямо в глаза.

Я теряюсь, мне даже в голову не приходило, что он может захотеть этого. Потом отрицательно качаю головой и говорю:



Anna Gerasimenko

Edited: 19.11.2018

Add to Library


Complain