Мир Духов 2. Слабость силы

Font size: - +

Глава первая

Ника проснулась точно так же, как и неделю, месяц, год назад ― на рассвете. Открыла глаза, кивнула услужливой служанке, что уже приготовила новую одежду. Распорядок дня младшего господина слуги выучили едва ли не поминутно ― впрочем, это не составляло особого труда. В последние годы Ника отклонялась от него разве что по мелочам.

Слугам это было удобно. Нику… Нику тоже все устраивало. Во всяком случае, в нужное время ее всегда ждали горячие обеды, завтраки и ужины и не приходилось отдавать лишних распоряжений.

Встать, наскоро ополоснуться прохладной водой из источника ― для горячих купален будет вечер. Съесть легкий завтрак. Переодеться. Заплести косу.

Привычный, известный до мелочей ритуал.

Ника отточенным движением завернула косу в узел на затылке и заколола двумя деревянными палочками. Отпустить ― и ее кончик опустится почти до колен, отвлекая и мешая тренировке. Учитель и так не слишком одобрительно относится к причуде ученика. Все же длинные волосы опасны, особенно в рукопашной. Слишком легко схватить, дернуть на себя ― и самым банальнейшим образом прирезать практически беспомощного противника.

Ника едва слышно вздохнула. Сколько раз она это слышала ― сто? Двести? Триста? Учитель на редкость упрям ― он еще надеется выковать из нее воина. Не смотря ни на что.

Вот только Ника прекрасно понимала ― она не воин, и никогда им не будет. Не тот разум, не тот характер, не та судьба. Поэтому за все семь лет, что она провела в этом мире, ее волос так и не коснулись ножницы, а недовольные гримасы учителя игнорируются со всей возможной почтительностью. И так будет и дальше.

Слишком мало осталось от нее прежней, чтобы поступаться мелочами.

Ника неторопливо отодвинула в сторону легкую бамбуковую ширму, служившую летом вместо двери, и ступила на влажную от росы траву. Выпрямилась. Глубоко вдохнула.

На улице было прохладно, а ледяная роса, щедро окропившая босые ступни, заставляла ежиться. Но в том числе из-за этого Ника и вставала так рано, урывая часы у сна. Совсем скоро солнце поднимется над горизонтом, принося с собой удушающую, влажную жару, в которую еще возможно медитировать ― но никак не тренироваться. Тогда она вновь скроется в тени крыш и займется каллиграфией. Или стихосложением. Или почитает те свитки о быте диких племен ― кочевников, которые Лорад подарил ей совсем недавно.

А пока ― другое время.

Ника выпрямилась ― и начала движение. Медленно и плавно, словно то самое солнце, что сейчас неторопливо взбиралось по горизонту. Вдох ― и мир входит в тебя, даруя покой и безмятежность. Выдох ― и он выходит, забирая с собой все наносное, глупое и бессмысленное.

Это не совсем тренировка. Не совсем медитация.

Почти священнодействие.

Ника узнала этот способ, когда поняла, что не справляется. Когда практически сходила с ума ― от недовольных и презрительных взглядов в спину, от непривычного, чужого быта и нравов, от страхов и воспоминаний. От ненависти, что вспучивалась изнутри уродливым, темным нарывом и которую она не могла укротить, не смотря на всю логику вселенной.

Потому что стоило увидеть Кайрана Ши ― и хотелось убивать. Не важно как. Не важно почему. Даже не важно кого ― лишь бы утихла боль и стало хоть на секунду легче.

К счастью, Ника спохватилась вовремя. Попросту заперлась у себя в покоях, наказав не тревожить хотя бы несколько дней и принялась перетряхивать память, вытаскивая из нее все, что знала о человеческом разуме ― от современной ей психологии до духовных практик. А потом, окончательно запутавшись в противоречивых обрывках знаний, обратилась за помощью к единственному, кто никогда ей не врал. К Змею.

И Змей помог.

На следующий день она впервые вышла на крыльцо и попыталась ощутить мир. Это было трудно. Это было больно. Это было страшно. Отказываться от себя и становиться частью чего-то большего всегда страшно ― но Ника справилась.

В первый раз, когда удалось, ее практически рвало ненавистью, ядовитой и осязаемо-черной. Потом стало легче. Нет, она не забыла и не простила, но этот час наедине с собой и миром давал ей достаточно покоя, чтобы пережить еще один день. Вежливо улыбаться, кланяться наставникам и делать вид, что не слышит шепотков за спиной.

Вдох. Выдох.

Все.

Ника на миг замерла и позволила губам дрогнуть в призраке улыбки. Тонкий небеленый лен тренировочной одежды пропитался потом, мышцы мелко дрожали, но дыхание было ровным и спокойным.

Впереди ждал еще один день. И ее лаборатория.

 

***

Чьи-то тихие, быстрые шаги она услышала около полудня.

― Саан! Саан, ты здесь? Братик?

Ника чуть наклонила голову в сторону звонкого, как ручеек, голоска ― и почти улыбнулась.

Таи. Младшая и единственная дочь Кайрана Ши.

― Да, я здесь. ― кричать не потребовалось, как всегда. Хватило и слегка повышенного голоса. Безопасность особого полигона в главном клановом поместье обеспечивали не стены, а духи и артефакты. ― Не смей заходить.

― И не думала. ― голос у Таи был не слишком довольным. ― Мало ли какую гадость ты там варишь!

― Не варю.

― Ну да, конечно…

Ника, чуть качнув головой, отложила в сторону кисть. Девочка до сих пор не простила ей того случая. Ну зато без предупреждения больше не врывается ― значит, те три дня, которые она потратила на разработку особого состава, прошли не зря. Конечно, ало-лиловые пятна по всему телу это очень неприятно, но не неприятнее смерти. А уговоры и даже наказания на Таи просто не действовали.

Совсем еще ребенок. Не смотря на свои двенадцать.

Встать. Отодвинуть в сторону тонкую резную дверь, оклеенную белоснежной бумагой. Склонить голову.

― Чего желает высокородная госпожа?

― Братик, ты зануда! ― обиженная гримаска получилась милой настолько, что огорчить это ангельское создание показалось бы кощунством любому. Кроме Ники. Слишком уж хорошо она знала, скольких часов перед зеркалом стоило Таи именно это выражение лица. ― Обещал же!



Елена Гальчук

Edited: 29.11.2018

Add to Library


Complain




Books language: