Мир Феликса

Размер шрифта: - +

7. Экскубатор

7. ЭКСКУБАТОР

После трудового ультрамарафона мой мозг был настолько измотан, что весь следующий день был не в состоянии обработать ни одной мало-мальски значимой идеи. Задача исцеления спроецировалась в нем в лишенный смысла примитив в виде одних и тех же слов, крутящихся в голове: «антивирус, восстановление, антивирус…» После обеда и короткой прогулки я перезагрузился, и мои размышления переключились на другие темы, мне снова не давал покоя этот неведомый, таинственный «Инкубатор», о котором знал Андрей и, наверняка, другие копии, но почему-то ничего не знал я, или никак не мог вспомнить. Что было не так с этим воспоминанием, почему именно его я не мог отыскать,  для меня оставалось загадкой.

Растворяясь в зацикленном потоке мыслей, я не заметил, как закончилась очередная неделя, и наступил вечер пятницы – тот самый, когда весь синдикат Феликса и его наивные приспешники отправились на корпоративную вечеринку. Это был самый большой и престижный ночной клуб города, помнится, здесь я стоял когда-то за пультом. Я не ожидал от Феликса такого вкуса к музыке и развлечениям. Не знаю, от кого из своих жертв он перенял тягу к роскоши, но, похоже, все присутствующие отлично проводили время, кто-то даже неуклюже двигался на танцполе. Я хорошенько осмотрелся и увидел массу знакомых лиц: Антон Пинчук с директором весело беседовали о чем-то за столиком в ложе, рядом с ними Люба простодушно смеялась над их шуточками, Стас угрюмо потягивал виски на кожаном диване, мой клон увлеченно крутил пластинки, что интересно, в моем вкусе. Все, с кем я хотя бы раз встречался за последнее время, собрались в одном просторном помещении, залитым пульсирующим светом софитов. Были здесь и те, кого я не ожидал увидеть, например, мой друг Саша Ветров, а также здоровяк, что был с ним на фабрике, капитан полиции на костылях и ещё несколько знакомых лиц, имен которых я не знал. Каждый из них напоминал мне об одной из ужасных встреч, которые я с удовольствием бы забыл. Я как будто переживал эти моменты заново, один за другим, под такой нагрузкой мои нервы, того и гляди, дали бы трещину и выдали меня. Сдержав в губах подступающую дрожь, я решительно направился к бару.

Я никогда не искал спасения в выпивке – это было не в моих принципах, но в этот вечер мне было куда комфортнее находиться там, где стаканы с Лонг-Айлендом стоят в два ряда. Уже к концу первого бокала мне стало намного лучше, я был снова надежно скрыт под кожей Артура. И тут произошло нечто, напрочь изменившее мой вечер, нечто, отчего мне понадобился ещё один бокал. Пронзая взглядом лес безликих силуэтов, я увидел на танцполе девушку в коротком черном платье и белых кроссовках, ее глаза самозабвенно пропадали в музыке, а волосы разлетались в танце, создавая абсолютно сумасшедший образ. Да, это была она – моя Настя. Мое сердце подскочило и замерло, и по поджилкам пошла дрожь, я отрешенно отодвинул свой напиток и начал двигаться вперёд, не сводя с нее прицела. Заторможенно приближаясь к ней, постепенно выходя из тьмы на свет, я замечал, как она менялась предо мной. В ее движениях не было грации, а глаза были напрочь лишены блеска, вместо него висела нелепая, натянутая ухмылка и не естественно горящий взгляд, говорящий, скорее, о какой-то душевной болезни нежели о страсти. Ее танец походил на несуразные дрыганья с вывернутыми как попало руками – нелепое, бессмысленное подражание, от которого мои шаблоны прекрасного рвались на части. Счастливые воспоминания и теплые чувства были изничтожены невиданным варварским способом, я продолжал смотреть на это, умирая изнутри. При всех страданиях, которые уже причинил мне Феликс, это был абсолютно новый уровень садизма, как если бы кто-то надел на себя кожу близкого вам человека и как ни в чем не бывало бросился к вам в объятья. От этого дерзкого, резонирующего абсурда моя голова трещала по стыкам, я ощутил по-новому всю катастрофичность его деяний: вместе с подменой личности происходила подмена принципов и понятий; дружба, любовь, красота, добро и зло были стёрты и определены заново, привычные ориентиры больше не работали, на смену им пришли выдуманные притворные принципы. Мой выгоревший взгляд бесцельно следил за Настиным лицом, пока она не посмотрела на меня с отвратительным подобием игривой улыбки. От этого  мерзкого жеста меня чуть не вырвало, я невозмутимо выдержал паузу и отправился обратно к бару, теперь, совершенно точно, меня мог успокоить только алкоголь.

Я неловко взгромоздился на высоком стуле над барной стойкой и взял ближайший полный стакан. Первым делом я хотел абстрагироваться от всего, что происходило за моей спиной. Я приговорил свой второй коктейль ещё быстрее, чем первый, и вроде бы, стало лучше. Вскоре моя реальность ограничилась двумя метрами барной стойки и белым фартуком бармена, косившегося на меня озадаченным взглядом, в нем я узнал мужчину, стоявшего на раздаче в офисной столовой. «Еще один ничего не подозревающий бедолага», - подумал я, глядя, как он украдкой наливает себе стопку джина, скорее всего, не первую. И тут мне на плечо тяжело и резко опустилась рука Стаса, он сел рядом и буквально вытащил меня за шкирку из омута моего уединения, назад в свою абсурдную реальность.

- Ты как? – Спросил он с вполне натуральным беспокойством. Я ничего не ответил, лишь посмотрел на него уже совсем не бодрым взглядом. – Тебе нравится эта девушка? – Я продолжал молчать. – Я видел, как ты смотрел на нее. Эта новенькая многим у нас приглянулась. Не робей, подойди, поговори с ней. – Уж от кого, а от Стаса я не ожидал такой «проницательности», я лениво изобразил благодарность. Внутри же наступила тревожная, огнеопасная тишина, я всеми силами старался не думать, чтобы не вникать и не осознавать всей степени абсурда, которую он мне навязывал. – Эй… - Он потрепал меня за плечо, заискивающе заглядывая прямо в глаза. – Ты в порядке, парень?



Евгений Мельников

Отредактировано: 07.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться