Мир в огне

Размер шрифта: - +

Пламя пятое. Оракул

Бадахоское море. Декабрь, год 498 от сошествия Единого.

Остров Бадахос, подаривший название всему архипелаг, дал о себе знать приближавшемуся кораблю утренним туманом и ароматами, совершенно непохожими на те, что можно встретить на континенте или далеко в океане. Казалось, морские запахи предыдущих недель уже не витают свободно, а наталкиваются на полупрозрачное белое марево. Собираются в густой концентрат, столь насыщенный, что повергает в состояние обонятельного опьянения. Зачерпни такой бутылкой, заткни пробкой – и продавай, словно духи. Если, конечно, кому-то нужны благовония терпких вкусов йода и водорослей, чередующихся с оранжерейными благоуханиями. Но сам огромный остров соизволил появиться на горизонте лишь к обеду. И до самого вечера неторопливо росла громада рассекающих остров гор – огромных не по своей высоте, а по бесконечности хаотического переплетения хребтов, издалека сливавшегося в единый давящий массив. Следующие дни северные гости удивлялись и незнакомым тропическим деревьям, сохранившим сочную зелень посреди зимы, и резким переходам буйной лесной растительности в скалы, песчаные пляжи – и обратно. А уж поля, вызревающие вокруг деревень, затерянных на границе океана джунглей и океана морского, казались и вовсе чудом: на континенте декабрьские морозы уже давно сковали землю холодом и снегом.

В сумерках очередного дня на горизонте заполыхало зарево, которое по ночам сопровождает любой крупный город с его светильниками и уличными фонарями. Вот только идти в темноте через просторную, но изобилующую мелями гавань Лангрео – крупнейшего порта и некоронованной торговой столицы всего архипелага, капитан побоялся. Лишь утром шкипер, бывавший здесь не один раз, не стал дожидаться лоцмана приказал выбрать якорь. Судно тут же двинулось вперёд, обходя широкую болотистую косу, где, не смотря на ранний час, уже сидели рыбаки и нырнула в загородивший бухту туман. Тянуть корабль на буксире шлюпок, медленно пробираться в полупрозрачном молоке и мерить глубину пришлось почти час. Зато, едва с неба ударили яркие лучи солнца, распустив паруса каракка помчалась вперёд, разгоняя бредущие к выходу в море судёнышки лоцманов. Пока остальные ждут на внешнем рейде, можно выбрать любой из причалов. А у пассажиров появилась редкая возможность рассмотреть город, не отвлекаясь на мельтешение лодок, баркасов и океанских судов.

Лангрео оказался совсем не похож ни на приморские города Империи, ни на Шахрисабзс. Расположившись на широкой плоской равнине, с трёх сторон окружённой бухтой и устьем реки, дальше город втискивался между угрюмыми каменистыми склонами и забирался на холмы, чтобы, как рассказал шкипер, выплеснуться с другой стороны. Вот только если встречал Лангрео корабли как положено: пирсами и причалами, остальные  портовые строения занимали своё обязательное место только с левой стороны, где расположились верфи. В остальной части полуострова, отделённые от причалов только широкой дорогой, сразу же возвышались роскошные особняки. Там, где заканчивались богатые дома, в подзорную трубу можно  было разобрать пёстрые торговые кварталы, и лишь потом шли бесконечные склады, а на холмах начинались трущобы бедноты. Ислуин удивлённо взглянул на хозяина судна, но тот объяснил такую «зеркальность» просто: до раскалённых солнцем холмов морскому ветру не добраться, да и воды там нет. Поэтому чем ниже занимаемая ступенька социальной лестницы – тем выше и дальше от моря находится твоё обиталище. Селиться же с другой стороны холмов большинство считает зазорным: Лангрео живёт морской торговлей и к жителям «из глубины суши» в портовой части города относятся свысока.

Пришвартовавшись, судно тут же начало разгрузку. Но Ислуин и Лейтис ждать не стали, лишь предупредили, что вернутся завтра поучаствовать в продаже багряного масла. Пока же хочется не торопясь выбрать гостиницу и осмотреть город: жизнь там кипела уже с рассвета. По мозаике чёрной и белой плитки мостовых сновали пешеходы, мальчишки-разносчики зазывали не успевших позавтракать купить у них жареной рыбы и печёных бататов. А владельцы и бедных лавочек, и богатых магазинов уже выставили товары не только в витринах, но и на улице – под навесом или просто на кусках расстеленной ткани.

До постоялого двора Ислуин и Лейтис добрались перегруженные впечатлениями и мелкими покупками, хоть и отбивались от навязчивых торговцев всю дорогу. Под натиском пал даже Ислуин, хотя имел хорошую «закалку» базаров Южного союза. Лейтис же притащила в гостиницу чуть ли не мешок разных вещей, после чего вывалила всё кучей на кровать и недоумённо попыталась понять: зачем ей целых пять одних только нашейных платков, пусть и красивых – если она не носит такие платки вообще?

Со следующего дня Лейтис гуляла по городу уже одна, магистр отправился участвовать в продаже багряного масла. Когда последняя сделка была оформлена,  обещанное ярлу золото положено на депозит, а нотариус заверил все бумаги, Ислуин, изобразив долгие и трудные размышления, «надумал обратиться за помощью» к хозяину шхуны:

– Куда Вы посоветуете мне положить мою долю посредника? Желательно, чтобы отделения были и в других городах Бадахоса.

– Тогда… Я бы рекомендовал «Банковский дом Лорка и Фернандес». У него даже есть отделения в Турнейге, а его векселя свободно принимают и в Империи, и у вас в Суолахти. Так что когда надумаете  ехать обратно… И хочу предложить Вас сопроводить до конторы дома в Лангрео, а также дать от своего имени рекомендацию.

– Благодарю Вас, не откажусь.

Протекция купца была отнюдь не лишней, солидные банковские дома всегда отличались осторожностью. И даже с большими деньгами человек «со стороны» сразу же привилегированным вкладчиком стать не мог. Но тут, едва управляющий выслушал рекомендации и узнал сумму, которую клиент собирается внести, как немедленно вписал «господина Ивара» в число «серебряных» клиентов. После чего лично сопроводил в каморку, где старательный клерк проверил золотые монеты и выдал вместо них три изумруда. А вот дальше начиналось то, ради чего Ислуин всё и затеял. В само хранилище ценностей магистр и управляющий даже не заходили, хотя для всех и скрылись за первой железной дверью. На самом деле из небольшой комнаты-прихожей оба по особой лестнице поднялись в кабинет управляющего, где к изумрудам добавились несколько рубинов, камни улеглись в обитую бархатом шкатулку и магистр запечатал крышку личным оттиском. Шкатулка будет храниться в особом сейфе вместе с другими себе подобными, и открыть её сможет только клиент. Или если соберутся три ключа: управляющего, главы городского торгового совета и главы городской стражи.



Васильев Ярослав

#29796 в Фэнтези
#16295 в Разное
#491 в Боевик

В тексте есть: эльфы, гномы, приключения

Отредактировано: 21.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться