Мирись, мирись

Мирись, мирись

Благо родители уехали по магазинам, иначе бы они не пережили бардак в гостиной. Старшие дети решили поставить и украсить ёлку, но всё пошло не по плану. И даже помощь «как бы волшебницы» из другого мира, которая впервые собирается отметить Новый год, и зашедшей попить чаю невесты – только отвлекала. Пыль от искусственной ёлки оседала по всей квартире: пока доставали огромную коробку с балкона, споткнулись и перевернули ящик с игрушками и мишурой. Услышав грохот и крики, старшая сестра Мила упустила момент, и какао зашипело на плите. По залу и до прихожей от зимнего сквозняка разлетелись бумажные обрезки – в школе перед каникулами Злату обучили мастерству вырезания снежинок и рисованию зубной пастой на окнах, и ко второму она как раз готовилась, выдавливая содержимое тюбиков в пиалку.

Медленно, но верно кавардак распространялся по квартире. И виновных было пятеро. Сева и Маришка, которые чуть не выбили балконную дверь, неверно развернув коробку с ёлкой. Злата, ну тут ребёнок, как можно злиться. Людмила – самая ответственная, но чересчур занятая выбором новогодних подарков. Чтобы задобрить трудящихся над ёлкой, девушка налила всем по большой кружке какао и села в угол с ноутбуком. И Лесси, вернее, Дарья, под этим именем её знали присутствующие, она сидела с ногами на диване в попытках понять происходящее, она хоть и не первый год жила на Земле, но прежде ей не приходилось отмечать зимний праздник в семье.

Немного успокоившись, ребята пили обжигающий напиток и вспоминали бабушкино какао, а там и каникулы в деревне.

– Бабушка всегда обо мне больше заботилась, нежели о Миле. Она старше, девочка – выживет как-нибудь…

На последней фразе парень получил в лицо подушкой, старшая сестра всё слышала, хоть и погрузилась в новостную ленту.

– Так вот, только представьте, – в порыве вдохновения Сева поднялся на ноги и размахивал руками. – Я такой самостоятельный, собираюсь через год в школу пойти, а тут бабушка… Как оденется Мила и выживет ли она рядом с суровой сибирской тайгой никого не волновало, главное, чтобы Сева не замёрз и всегда был сыт. И тут начинались сборы, Мила, уже готовая бежать на горку, от минутного ожидания билась о дверь головой, вернее, огромной меховой шапкой. Первый слой – трусяшки, майка и носки, ну это норма, когда ты спишь на русской печке, по-другому ты не одеваешься.  Второй слой – подштанники, шерстяные носки, водолазка, тонкая шапка и кофта. Третий слой – пуховик, болоневые штаны, варежки, обязательно на резинке, огромная меховая шапка тоже на резинке, шарф, который невозможно развязать самому, и валенки! И готово, смело выкатываемся на улицу.

– Кто выкатывается, а кто и идёт как пингвин, – дополнила Мила, – а стоит упасть, так всё, сам ты вовек не выберешься. Наверное, именно поэтому нас никогда не отпускали по одному.

– Или просто бабушка выкидывала нас на улицу и радовалась, фууух… – парень вытер воображаемый пот на лбу, растрепал русые волосы и чуть не упал на Маришку. – Хоть часок посидим в тишине. – Последнюю фразу он попытался сказать старушечьим голосом, чем всех рассмешил. – На Рождество к ним поедем, сами увидите, как живётся в деревне, особенно когда приезжают вопящие динозаврики.

Мила включила новогодние мелодии из знакомых фильмов, подгоняя собирать ёлку, ведь родители должны увидеть красоту, а не застать ужас.

– Всё допили? За работу! – скомандовала старшая сестра и хлопнула в ладоши.

Громко жалуясь, Сева толкал коробку в сторону ванной комнаты, по ходу дела сминая половик в гармошку.

– Сегодня явно не наш день…

Дарье и Маришке предстояло вымыть под душем мохнатые ветки хвойным гелем. И ситуация даже для волшебницы становилась странной, но её тайну знал лишь Сева и озвучить вопросы она не рискнула. Вымытые ветви Сева собирал и раскладывал в коридоре только ему понятной системой.

Тем временем началась роспись зубной пастой по окну, появились белые сугробы, снежинки, но чего-то не хватало… решить проблему могла только гуашь. А в Миле проснулась совесть, она решила прибраться, но, увидев в коридоре ветки и бумажки в лужах, совсем пришла в ужас и стала гонять виноватых тряпкой. Ведь она старшая и попадёт именно ей!

Под крики Милы: «Только не убейся, только не спали квартиру», – Сева бегал по коридору с феном, временами передавая эстафету Дарье или Маришке, а сам начал сборку величественной ели, которая чуть царапала потолок макушкой. Старшая сестра вымыла пол и облегчённо вздохнула, глядя на зелёную пушистость, половина сделана. Звуки суеты смолкли, вновь различались новогодние песни и речь.

– А что вы делали на улице? Там в деревне, – поинтересовалась Дарья, подавая стеклянные игрушки Севе.

– Много чего. Раньше и снежный огород казался волшебным миром. Дедушка строил горку, мы рыли окопы, создавали целые комнаты с мебелью из снега. Катались по сугробам, плавали в них, играли в «Гарри Поттера» и сосульки были нашими волшебными палочками! – парень изобразил магический пас в сторону Милы. – Удивительно, что мы никогда не мёрзли. Мне кажется, что сейчас, даже если я оденусь по всем правилам бабушки, то через полчаса захочу домой и кружку чая. А потом ещё этот ритуал попадания в дом, когда тебе нужно веником стряхнуть весь снег. От головы и до пят, ну а Мила частенько и по моему лицу попадала, как самая добрая на свете сестра.



Анна Ичитовкина

Отредактировано: 17.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться