Мирон - сын Мирона

Глава 10

Глава 10

Рано утром Аэллу будто подбросило в постели. Боже! Что это? Громкий звук знаменитых миропольских труб возвещал на весь город начало нового дня. Рассвет первыми лучами смотрел в окна.

Господи! Аэлла не могла унять сильно бьющегося сердца, какой ужас. Разве к этому можно привыкнуть? Как они живут здесь? Можно сойти с ума. Она повернулась на бок, уткнулась лицом в подушку, натягивая на ухо одеяло. Теперь она уже точно не заснёт. Весь сон насмарку.

А замок начал просыпаться. Стали слышны голоса и шаги за дверями, где-то внизу залаяли собаки. Скоро в комнату заглянули молодые служанки, да и Эл уже поднялась. Оказывается, король хотел видеть княжну, и её должны были приготовить к аудиенции. Принесли новые платья, какие-то украшения.

Аэлла долго воевала со служанками, пока они все сошлись во мнении, какое платье надеть, какую причёску сделать, каких добавить украшений. Мода Мирополя с глухими воротами, закрытыми до полкисти рукавами вызывала непонимание Аэллы. Она хотела предстать перед королём такой, какой она была дома, в Райроне. Это вызывало бурный протест служанок, они боялись гнева короля. В конце концов, они сумели достичь компромисса. Цвет платья и украшения Аэлла выбрала сама, всё остальное ей сделали так, как было принято здесь.

Наконец, она вошла в зал приёмов и почтительно наклонилась, склонив колено, голову, плечи. Король Эдуор кивнул, принимая поклон, и она медленно выпрямилась, скамкивая пальцами вышитый платок, скрывая этим своё волнение и страх.

– Приветствую вас, милорд, желаю доброго утра.

Король внимательно разглядывал её, ничуть не смущаясь, ответил сильным чуть хрипловатым голосом:

– Утро уже прошло, я устал ждать.

– Извините. – Она ещё раз склонила колено и голову, глядела исподлобья. – Простите женщин, они всегда собираются очень долго, а если от встречи зависит их жизнь – ещё дольше...

Король хмыкнул и дёрнул подбородком. Выглядела она, со склонённой головой, очень смиренно, но глядела непокорно, непроста, ох, непроста. И платье на ней чёрное с жёлтыми вставками, намёк на цвета фамильного герба? Вызов! Тело по возможности закрыто: высокий воротник, шнуровка платья – под самое горло, длинные узкие рукава до пальцев, строгая причёска – прядь к пряди. Придраться не к чему.

– Ты знаешь, в чём виноват твой отец? – король спросил первым, сразу же своим обращением на «ты» дал понять ей её место.

– Да, ваше величество.

– Он был моим вассалом, ты – его дочь. Ты достойна смерти, но, так как ты всё-таки дочь, я прощаю тебя, я дарую тебе жизнь.

Аэлла склонила голову, чувствуя, как сильно бьётся сердце, шепнула в ответ:

– Благодарю вас, милорд. Дети за преступления отцов не отвечают.

Король резко развернулся к ней, как от удара, заговорил громче:

– Ошибаешься, дорогая! Ещё как отвечают! По всей строгости! И я дарую тебе жизнь только потому, что ты – женщина, ты выйдешь замуж, и будешь рожать детей представителю другого рода! Другой семьи!

Она с силой стиснула зубы и прикрыла глаза, переживая внутреннюю боль, чувствуя, как в душе её рождается сопротивление, желание противостоять этому человеку. Он привык вершить судьбы людей, вмешиваться в их жизни. Она не проронила ни звука.

Король Эдуор походил по каменным плитам зала, волоча за собой длинную мантию. Заговорил первым, задав вопрос:

– Твой отец уже нашёл тебе партию?

– Нет, милорд...

– Почему? – Повернул к ней голову. Аэлла так и стояла, склонившись, но разрешения выпрямиться он ей не давал.

– Я сама не хотела... – Глянула исподлобья. – Я не хотела замуж, милорд, не хотела покидать отца и Райрон.

– Вот как? – Король усмехнулся небрежно, будто любить кого-то или что-то было преступлением или большой глупостью, тем более, опального вассала и его земли. – Ты – избалованная девчонка, но я возьмусь за твоё воспитание.

– Меня просто любили, господин.

– «Любили»? – Он усмехнулся ещё громче. – Любовь – не всегда награда, чаще – наказание, она ведёт к боли и потерям.

Аэлла промолчала, здесь она могла согласиться с ним, боль потери она уже испытала, потеряв отца, брата, Родину и... любимого человека.

Король помолчал немного, потом произнёс:

– У тебя больше нет отца, теперь я – твой отец, я беру тебя под своё покровительство, и я найду тебе подходящую партию.

– Я не хочу замуж, милорд.

– Что? – Он удивился, его нечасто перебивали или противоречили его словам.

– Я не хочу выходить за кого-либо замуж, господин.

– Это почему это?

Аэлла, наконец, выпрямилась и прямо посмотрела в лицо короля, ответила:

– У меня не осталось ни земель, ни замка, у меня нет денег или драгоценностей, я не могу предложить моему будущему мужу ничего, а это сделает его ещё большим моим господином, как если бы это всё у меня было. Я этого не хочу. Я не хочу жить в постоянных упрёках.

Она его удивила, он долго молчал, глядя ей в глаза, поражённый её словами.