Мистика на охоте

Размер шрифта: - +

Мистика на охоте

   Случилось это так давно, что я счел ненужным обременять читателя воспоминаниями точной даты, а сразу перейти к тому, что спустя столько лет до сих пор отчетливо стоит перед глазами….

                                                                   . . .

   Зима тогда выдалась ранней.

   Вроде еще вчера, высеребрив утренними росами зеленую лощину вдоль ручья, бабье лето кружилось в воздухе невесомой паутиной, а рыжее солнце, махнув на календарь, истомно плавилось в сочном ультрамарине бездонного неба. Похоже, что ни оно, и ни это самое бабье лето нисколько не сомневались в нерушимости процессов мироздания.

   Но и рыжим, как оказалось, не всегда масленица - мороз ударил внезапно.

   Непроницаемой белесой пеленой он отгородился от солнца и безжалостно сковал все живое. Окрестности тут же укутались искрящимся инеем, и в природе воцарилась первозданная тишина.

   Даже наглый хозяйский кот, допрежь не признававший в доме иного мнения кроме своего, как-то разом сник, скукожился. Он возлежал на своем излюбленном местечке, заняв пол подоконника, и с неведомой прежде робостью поглядывал то на мир сквозь морозные узоры, то на мои приготовления. Он явно не одобрял моего намерения выйти на мороз, и в другой раз немедленно проявил бы свой буйный нрав, яростно вцепившись когтями в унты, но сегодня был вынужден лишь нервно дергать пушистым рыжим хвостом.

   - Что рыжий? И тебе, стало быть, не всегда масленица?!

   Нахлобучив на голову шапку и запахнув полушубок, я поймал себя на том, что меня так и тянет щелкнуть его по наглому носу. Но зверюга видимо что-то учуял во мне, и его зрачки угрожающе сузились.

   - Ладно-ладно! Недотрога….

   Оставив мечту неудовлетворенной, я отворил дверь и шагнул за порог.

   - М-м-м…!

   Какое это наслаждение – выйти на улицу в морозный день тепло одетым! Щеки рдеют от прикосновения стужи, ноздри слегка прихватывает при дыхании, а тебе тепло и все нипочем! И как аплодисменты этому состоянию в памяти всплывает нетленное:

         «Мороз и солнце,

           День чудесный!…»

   Да-а-а….

   Надо сказать, что вместе с вышеописанными ощущениями, первые морозцы всегда приносят и некое таинство очищения, познать которое можно лишь выбираясь на длительные прогулки. А гулять по лесу в такую пору – одно наслаждение!

   И ход легок, и дышится легко, и сердце остро чувствует какую-то неповторимую возвышенность в этом скоропостижном излете осени. Природа, она ведь как таинственная незнакомка, то и дело разит своим сиюминутным преображением. И всякий раз только диву даешься.

   Вот с таким примерно букетом в душе я и шел березовым леском к темнеющему вдали сосновому бору.

   Зыбкий хрусталь, в который упокоилась не успевшая пожухнуть трава, весело звенел под ногами, где-то в отдалении каркала неугомонная ворона, а я то и дело порывался скользнуть с мальчишеской удалью да с разбега по промерзшим проселочным лужицам.

   Хорошо!

   Мне и прежде доводилось бывать в этих местах, и я помнил, что ранее здесь взбиралась на косогор от опушки стайка молоденьких березок. Но ведь когда все то было?

   Теперь, по прошествию нескольких лет, эта беспорядочная поросль оборотилась в красивейший березовый лес. И тут и там, подросшие березки собрались группами в девичьи хороводы, о чем-то перешептываясь друг с дружкой. Они манили взор налитыми белоснежными станами, излучая такую прозрачную чистоту и первозданность, что теплая волна какой-то особой нежности тотчас заполонила меня. А уж как необычайно красиво должно быть здесь летом!  

   Нет, эта самая  первозданность присутствовала здесь и сейчас, но только видно было, что зима врасплох застала эти райские кущи. И мороз с мазохистской сладострастью принялся обнажать лесных красавиц, методично оголяя их шелестящие кроны. Стройные березки, никак не ожидавшие от природы такого подвоха, стыдливо полыхали багряно-желтым румянцем на фоне припорошенных инеем елок, а в воздухе, наполненном пряной истомой, тихо шелестела их опадающая листва.

   Не сочтите меня меланхоликом, грусть мелькнула во мне лишь мимолетно. Ибо жизнь ничем не была нарушена. Природа, как и тысячи лет назад, шла по своим извечным циклам, а я, осознавая это обстоятельство, радовался тому ребенок….

   И вот так, вкупе с покоем и неземной тишиной я совершенно незаметно преодолел несколько километров пути, миновал сосновый бор и вышел к озеру. Оно-то и было конечной целью моей прогулки.  

   Озерцо само по себе было небольшое, и глубину имело, как говаривал мой отец –  воробью по колено! Оттого-то в глубине моей души охотника тихо рдела надежда, что пришел я не напрасно….

   Я вынул из футляра бинокль.

   Так и есть!

   Озерцо только-только прихватило ледком, а по утренней пороше на этом зыбком льду уже потянулась лисья цепочка - переход рыжая наладила.

   Здесь нужно пояснить, что лисья шубка в то время, пошитая незаурядным мастером стоила немалых денег и была желанной вещью многих барышень. Так что редкий охотник того времени не ставил своей целью добыть с десяток-другой ценных лисьих шкур. Да и охота из «засидки» сама по себе очень необычна и по-своему интересна. Хотя соглашусь, что далеко не всегда и не всем охота эта приносит ожидаемого результата. Но я был удачлив. Да и появившиеся облака вселяли в меня немалую надежду, так что отправился я домой в приподнятом настроении. А пока шел, имел возможность убедиться, что предчувствие меня не подвело и в этот раз – не прошло и часа, как из лениво проплывающих над головой тучек посыпался пушистый снег. Он невесомо парил в воздухе, но на землю ложился таким аккуратным одеялом, что хоть осанну пой!



Сергей Сальников

Отредактировано: 27.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться