mit: Malfoy Information Technology

Размер шрифта: - +

Глава тринадцатая

Продолговатое цифровое табло отсчитывало этажи: двадцать восемь, двадцать семь, двадцать шесть… Наконец, номер его этажа. 

Дверцы беззвучно разъехались, и Блейз шагнул в кабину лифта. Он встретился взглядом со стоящей в углу хорошо знакомой личностью: Драко привычно подпирал плечом стену, как какой-нибудь школьник-тинейджер, но при этом на его лице застыла восковая маска абсолютной невозмутимости. И в этой, на первый взгляд, непримечательной детали было проявление его индивидуальности: что-то делать не под стать своему статусу и при этом держаться на уровне — особый талант. 

Обернувшись к панели управления, Блейз беззвучно усмехнулся: единственная кнопка, изнутри светящаяся бледно-жёлтым, оказалась «B2». 

— Не слишком низко опускаетесь, ваше высокомерие? — с нотками наигранного заискивания поинтересовался он, подступив ближе к зеркальной поверхности. Окинул внимательным взглядом своё отражение и поправил слегка покосившийся узел галстука.

— Ниже тебя не упаду, не беспокойся, — усмехнулся Драко. — А ты, я смотрю, к своей Джульетте намылился, Ромео. 

Блейз смягчился во взгляде и пристально посмотрел на приятеля, как смотрит близкий человек на задиристое дурачество племянника или кузена. Не желая спугнуть хорошее расположение духа Малфоя, он осторожно поинтересовался: 

— Разрешил проблемы с отцом? 

С лица Драко всё же сползла ехидная улыбка, и спустя долгие секунды молчания он приглушённо ответил:

— Нет. Уже неделя прошла, а он даже не пытался связаться со мной. Первые пару дней я был… как на иголках — всё ждал, когда он явится по мою голову, но сейчас уже отпустило. Не знаю, что старый хрыч задумал, но не убьёт же он меня?

— Люциус Малфой человек острого ума и превосходный стратег, — задумчиво произнёс Блейз и услышал со стороны наполненный горечью смешок — Драко был с ним согласен. 

Оставшийся путь до подвальных помещений мужчины провели в тишине. Молча вышли на минус втором этаже и неторопливо направились в сторону серверных. Им на пути встретился взъерошенный, словно только после маленького взрыва, Симус Финниган. На вопрос Забини: «Где мисс Грейнджер?», он нехотя ответил: 

— Где ей ещё быть? На складе, по поручению высокопоставленного лица, — Симус покосился на Малфоя, — протирает пыль. 

Как только они миновали парочку поворотов, достаточно дистанцировавшись от Финнигана, Блейз, продолжая рассматривать таблички встречающихся им на пути дверей, сухо кинул:

— Глупее задание твои гениальные мозги выдумать не смогли? — он был немного раздражён тем, как иррационально исполнительный директор распоряжается весьма ценными ресурсами компании. 

— Обижаешь — уже, — многозначительно выдал Драко. Он опередил приятеля и первым потянулся к ручке двери, на которой висела болтающаяся на одном шурупе табличка «Складское помещение».

Комната оказалась внушительных размеров, с четырьмя длинными рядами стеллажей, на полках которых в хаосе валялись различные электронные устройства, начиная от древних пузатых мониторов, заканчивая новейшими моделями видеокарт. Если первые лежали с незапамятных времён скорее как хлам, стоящий на учёте на утилизацию, то вторые томились в ожидании, когда очередная плата сгорит и ей потребуется замена.

Девушка нашлась быстро, в центральном коридорчике. В одной руке она держала металлический блок с торчащими из него проводами, в другой — щётку на длинной ручке, которой, судя по манипуляциям, смахивала пыль. 

Внезапно вскинув руки вверх, Грейнджер пару раз тряхнула головой. Прикрыла глаз и, дёргая поочерёдно ногами, принялась крутиться на месте. Затем, видимо, посчитав, что её движения слишком робки и скованы, принялась интенсивно вилять бёдрами в одной амплитуде настолько ритмично, будто у неё над ухом стоял метроном. 

Безотрывно смотря на объект своего веселья, Драко обратился к Забини: 

— Смотри-ка, из Грейнджер бесы рвутся, может, экзорциста вызовем?

Блейз никак не отреагировал на очередную колкость Малфоя, лишь обошёл его и совершенно ненамеренно подкрался к Гермионе сзади. Он осторожно вытащил из её уха наушник-вкладыш и, как только она, испуганно вздрогнув, обернулась и уставилась на него широко распахнутыми глазами, тихо произнёс:

— Привет, — его губы тронула едва заметная улыбка. 

— Привет, — смущённо отозвалась Гермиона, и её щёки предательски запылали от стыда. 

Из-за плеча Блейза вынырнула ещё одна голова — светловолосая. Малфой прямо-таки впился в неё взглядом и с кривой ухмылкой ехидно бросил:

— Привет-привет. 

По его искрящимся глазам было несложно догадаться, что видел он, очевидно, многое. Тут же зашевелилось в груди гадкое чувство, словно с головы до пят окатили из ведра мерзкой слизкой дрянью. Конкретно перед ним ей меньше всего хотелось предстать в столь клоунском свете, он и без дополнительной сугубо личной информации прекрасно справлялся со своей задачей: сжить со света божьего Гермиону Джин Грейнджер.

Гермиона перевела взволнованный взгляд на Забини, ожидая разъяснений. 

— Он сам по себе, мы не вместе, — отреагировал Блейз, по всей видимости, уловив её немой вопрос. 

— Опять твои гейские штучки, — подхватил Драко. Он, как истинная «в каждой бочке затычка», не упустил шанса блеснуть своим остроумием. 

У Забини был явно иммунитет к любым высказываниям Малфоя, судя по тому, насколько бесстрастно он на него взглянул. Снова переведя свой взгляд на Грейнджер, продолжил говорить:

— Позвони мне, как будешь домой собираться. 

— Хорошо, — отозвалась Гермиона, даже на короткий миг не задумавшись, хотя ещё совсем недавно была крайне насторожена в общении с ним. И даже засевшее внутри чувство, словно Блейз хотел сказать нечто другое, что-то более личное, но ему помешали третьи уши, не пробудило прежнюю недоверчивость.

Больше не проронив ни звука, он развернулся и, снова обойдя Малфоя, направился к выходу. Всего в шаге от него дверь распахнулась, и в комнату влетела светловолосая девушка. Она практически налетела на Забини, но успела в последний момент чуть отклониться, таки слегка задев его плечом. 

Гермиона не видела выражения лица Блейза, так как он стоял спиной к ней, но когда Полумна попыталась извиниться, он просто вышел, даже головы не повернув в её сторону. Выглядело это странно и непривычно равнодушно.

«Может, он ей что-то тихо ответил?» 

— Эй, рабыня, — окликнул Драко, желая поскорее привлечь к себе внимание потерявшей всякий страх девчонки,— сгоняй мне за ланчем. 

— Вы спустились на минус второй с тридцатого, чтобы приказать мне сходить в соседнее здание вам за ланчем? — спокойно уточнила Гермиона, не особо рассчитывая на ответ. Было несложно догадаться, что он задумал очередную скудоумную шалость, разъяснять мотивы которой, естественно, не желал. Уже неделю ей раздаёт нелепые указания: то листочки на фикусе перекрасить бордовым маркером, то по лестнице на корточках подняться с заведёнными за голову руками, то ещё какую-нибудь дурость придумает. Поэтому и сейчас ничего хорошего от его очередного визита ждать не следует.

Он, по своему обыкновению, проигнорировал вопрос Грейнджер, добавив к основному приказу дополнительное замечание:

— Если кофе будет недостаточно горячим, будешь бегать до тех пор, пока не научишься приносить оптимальной температуры. К слову, горячий кофе — это такой кофе, от которого ещё столбик пара стоит. 

Самодовольно ухмыльнувшись, Малфой последовал по стопам Блейза и покинул складское помещение, также пройдя мимо Луны и не обратив на неё ровным счётом никакого внимания, точно она была лишь элементом мебели. 

— Грёбаный садист, — сокрушённо простонала Гермиона. До жути надоело его по-детски глупое поведение и бесконечные задирания детсадовского уровня развития. Не хватало только подергиваний за косичку. 

— Думаю, ты ему нравишься, — мечтательно произнесла Полумна, подойдя наконец к Грейнджер.

— Не мели чепуху, он смерти моей хочет. 

— Жизнь не так проста, как кажется. Надо смотреть сквозь воду, а не на отражающую поверхность глади. 

Тяжело вздохнув, Гермиона тихо проронила: 

— Один Блейз адекватный в этом чёртовом серпентарии. 

— Драко Малфой, он как гремучник — его яд один из самых смертоносных, но использует он его, только чтобы выжить, либо защититься. И то, сначала встанет в угрожающую позу, свернув тело при помощи мощной мускулатуры в тугую пружину, приподнимет свой хвост-погремушку и шумно затрещит ею, предупреждая, что если не уйдёшь с дороги — нападёт. А вот Блейз Забини… — Полумна замолчала, с полуулыбкой посмотрев на заинтересованное лицо Гермионы. — Он рептилия совсем другого вида. Я бы его назвала удавом или питоном. В нём отсутствуют миролюбивые взгляды, а его намеренно спокойные, тягуче медленные движения, в какой-то степени внушающие доверие, обманчивы. Ласково поглаживая, обовьёт твоё тело, а потом так же постепенно сожмёт свои крепкие тески. 

— Что за бред? — не выдержала Гермиона. — Блейз — максимум безобидный уж. А Паркинсон тогда кто? Чёрная мамба? 

— Нет, Пэнси Паркинсон скорее обыкновенная гадюка. Кусаться — кусается, яд есть, но слишком слабенький, чтобы кому-то по-настоящему навредить. 

Хотелось возразить, переубедить, но от одного взгляда на мечтательно улыбающуюся физиономию весь пыл сходил на нет. Смысл тратить силы и нервы? Всё равно этого фанатика не переубедишь. 

— Ладно, допустим, твоя классификация верна, поэтому опустим эту тему. Зачем ты меня искала?

— Я уезжаю дней на десять к папеньке, на неделю пришествия. Будет очень весело. Мы будем в кукурузных полях есть поджаренный маршмеллоу и пить горячий шоколад в ожидании вторжения. Будет прекрасно, если внеземная раса попытается выйти с нами на контакт. 

— Как… интересно. Ты хотела со мной поделиться радостью? 

— Я хотела тебе попросить присмотреть за моими растениями, — Луна протянула миниатюрный блокнот, на обложке которого красовалась пара строчек, выведенных аккуратным каллиграфическим почерком, — тут есть все инструкции по уходу или если возникнут какие-либо трудности.

— Да какие могут быть сложности в поливании цветочков? — улыбнулась Гермиона. Она приоткрыла блокнот и, прочитав первую же запись, нахмурилась. Немного полистала, остановившись на середине. Её малость шокировало содержимое. Хоть Полумна и чудачка, но держать дома хищные растения казалось совсем из ряда вон выходящим.

Гермиона зачитала один из пунктов вслух: 

— Слизни для мухоловки, стоящей на подоконнике — в холодильнике. Опарыши тоже в холодильнике, но они для мухоловки, которая стоит на шкафу. Давать только живых шевелящихся особей.

— Всё верно — они разного подвида. А для того, чтобы у мухоловки выделялся пищеварительный сок, добыча должна своим движением стимулировать внутреннюю поверхность лопастей листа. 

— Должно быть, весело держать дома всякие необычные штуки, — призадумавшись, произнесла Гермиона, засовывая блокнотик в задний карман джинсов. Положив блок питания на стеллаж, а пипидастр* кинув на подоконник, она направилась к выходу. — Ну, я пошла бегать спринты с ланчем. 
 



Evelina

Отредактировано: 24.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться