Младший сын водяного царя

Разбитый флот

Дездемона наблюдала снизу с многолюдной площади. Тут было опасно. Вражеская армада, подступала к берегам. Сейчас чужие корабли начнут палить из пушек. Нужно убегать отсюда, сломя голову. Но прекрасный силуэт молодого короля, словно прилипший к боку башенной арки, ее заворожил.

- Так это и есть наш новый король? – изумленно выдохнула она.

Слишком юный! Но какой величественный. Стоит на высоте, не опасаясь упасть. А ведь под ногами у него никакой преграды. Можно подумать, что он крылат. Совсем не опасается разбиться.

Все, как и она пришли посмотреть на него, но другие уже бежали с площади. Со стороны порта раздались первые пушечные залпы.

- Юный король даже не велел собирать флот, - жаловался кто-то из паникеров, бегущих по площади. – Мы все погибнем!

- Погибнем не от врагов, а от чудища, явившегося нами править, - крикнула какая-то старуха. Первый же залп ее настиг, как будто за ложь. Окровавленное тело упало под ноги Дездемоны.

Сама она была слишком шокирована, чтобы убегать. Да и куда! Кругом палят. Корабли врага уже под крепостной стеной. В стороне порта пылает и дымиться настоящий ад, а только что провозглашенный король Оквилании стоит в проеме высокой башенной арки и молчаливо наблюдает. Его королевство сейчас разгромят, а на его прекрасном лице никаких эмоций.

Может, наверху выставили статую, которую для отвода глаз облачили в королевскую мантию? Нет, не похоже, ведь он движется. Вот он простер руку вперед к морю, прошептал что-то, и на площади тотчас стало темно. Это шторм приближается. А ведь минуту назад в небе было ясно, не считая дыма от пушек.

Зловещий шепот короля несется над землей, будто заклятие. Он похож на бормотание морских жрецов, только от него мороз пробирает по коже.

Дездемона глянула на свои запястья и ладони. Они покрылись инеем. Какие-то твари из воды ползали по площади и откусывали мясо от трупов, оставленных тяжелой артиллерией врага. Она снова посмотрела на короля сверху вниз, как на божество. Для наблюдавших он, скорее всего, таким сейчас и был, потому что стоял в том месте, где его, скорее всего, убьют. В алой мантии, развевавшей по ветру, он был отличной мишенью для врага. Наверное, умалишенный, но точно не монстр. Что бы о нем там не говорили! Больше похож на ангела с золотистой головой, только вот узор из щупалец какого-то морского животного, прилипших к стене возле его ног, сильно портит это впечатление. Один из щупальцев потер ему щеку, коснулся короны.

Король уже не шептал, но эхо его шепота, похожего на адское шипение, зависло над площадью. Пошел дождь. Он омывал трупы, смывал кровь с мостовой. Дездемона придерживая рукой длинный подол, переступала через размозженные черепа и обезображенные тела. Вот это шутка судьбы: она пришла на торжество в честь коронации, а попала прямо в разгар бойни. Кругом ад, омытый соленым морем. Буря вдруг разразилась такая, что вражеские корабли начали тонуть.

Король, который стоял на высоте, будто готовый пожертвовать собой в случае поражения, многим казался героем.

- Это он вызывает бурю, - шепнул кто-то из выживших.

- Или чудовище рядом с ним, - заикнулась Дездемона.

Чьи-то щупальца обнимали молодого короля сзади, сжимали его плечи и торс, а крики с тонущей вражеской армады уже заменяли грохот канонады. Враг тонет. Это победа! Но что король отдал за нее? Никто кроме Дездемоны не хотел усмотреть, что он в объятиях монстра? Почему не в ее собственных? Она вдруг ощутила жгучую ревность.

- И это девушка, которая хотела уйти в монастырь и всю жизнь прослужить морскому богу, - раздался насмешливый говор сзади.

Дездемона обернулась. В углу под дождем группировались облезлые дети, больше сами похожие на речных монстров.

- Ты знаешь, что морской бог делает своих послушниц утопленницами во время посвящения, а затем они оживают и служат ему, как рабыни, - проговорили хором дети, у которых чешуя проросла на лицах.

- Кто вы? Что вам надо? – Дездемон попятилась, спотыкаясь о мертвые тела и стонущих раненных. Она бы всем помогла, но сил не было даже бежать самой. А группа странных детей собирала все ценное, оставшееся от мертвых. Не то дети, не то рыбы откусывали пальцы с перстнями вместо того, чтобы их снять, отрывали кисти женских рук с поблескивавшими на них браслетами, вырывали сережки из мочек трупов.

- Лучше стань кем-то другим, а не жрицей. Если тебя утопят, то свет в тебе потухнет, и ты станешь нам бесполезна. У тебя на роду написано другое служение.

Что им ответить? Она бы и рада. Да только мачеха мечтает поскорее сбыть ее с рук. А единственный путь для бесприданницы это монастырь. Неужели там и впрямь топят, а затем воскрешают безвольными зомби всех посвящаемых.

Дети-рыбы смеялись, играя чьей-то оторванной головой, как мячиком. Голова принадлежала красивой девушке. Сердоликовый обруч с нее никак не удалось снять.

- Заберем ее с собой, - сказала девочка из рыбьей компании, вся поросшая лиловой чешуей, как броней.

Кого она имела в виду? Голову с обручем или саму Дездемону? Ее взгляд красноречиво блуждал по нарядному платью самой Дездемоны. Не нужно было одевать на праздник лучшее, что у нее есть. Бархатное платье, вытканное серебряными лилиями, осталось у нее еще с тех пор, как мать была жива. Тиара в волосах тоже была материнской. Дездемона отдала бы ее детям, что б они отстали, но им нужно было что-то другое. Они окружили ее кольцом. Куда деваться? Кругом жуткие лица полу-детей полурыб. Их рты скалятся зубами-иголочками. Похоже на кошмарный сон! Вот как опасно гулять в бурю одной! Неизвестно, кого дождь и волны принесут из моря. Ее ведь предупреждали, что Оквилания – опасная страна, из-за стихии, окружающей ее.

Рука в чешуе потянулась к Дездемоне, и тут грозный окрик прозвучал из моря. То ли голос, то ли трубный звук.

Девочка-рыба выругалась сквозь зубы на каком-то непонятном наречии.

- Нам пора! Но мы за тобой еще придем! – она погрозила пальцем на прощание. Жуткие дети, как сонм призраков, канули в туман, образовавшийся из дыма и дождя. Растворились ли они в дождевой воде?



Натали Якобсон

Отредактировано: 23.11.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться