Мне не нравится конец!

Размер шрифта: - +

Глава 28. Расставание

1.

Решение было принято сразу — едем в Японию на встречу с фанатами. После того, как я рассказала менеджеру Ма, Шин У и Ми Нам о том, что репортёр Ким требует совместное интервью, мы на следующий же день собрали вещи и рванули в аэропорт. Правда, Тхэ Гён с нами не поехал. Он решил лететь другим рейсом, и кроме меня никто не знал основную причину.
В общежитии мы не разговаривали и старались даже не пересекаться друг с другом. Словно нас и нет вовсе. Однако утром перед отъездом, когда я вытаскивала из комнаты чемодан и сумку с вещами, мы всё же встретились. Я старалась избегать встречи взглядом, так как вряд ли переживу очередную волну такой яростной ненависти, направленной в мою сторону. Но всё же он на миг остановился. Возникла тишина, которую кто-то должен нарушить.
— Тхэ Гён… — начала я, чувствуя, насколько мой голос неуверен и тих. — Я уезжаю… прощай.
Парень ничего не сказал, просто прошёл в свою комнату, игнорируя моё существование. Что ж… это лучше чем если бы он вновь начал кричать. Поэтому, взяв заново за ручку чемодан, я покатила его к лестнице. Груз получился тяжеловатый, но это не удивительно. Я упаковала все свои вещи. Решение было принято бессонной ночью — я больше не вернусь в общежитие. После командировки в Японию, я приму предложение так называемого «отца» и исчезну из этой дорамы. Конец истории.
Перед тем, как я успела спуститься с лестницы, ко мне подбежал улыбающийся Джереми.
— Кэт, давай мне! — воскликнул он радостно, хватая чемодан и утаскивая его к выходу. — В Японии множество мест, которые стоит посетить. Я бывал там однажды, и мне понравилось. Хочешь, покажу, где моё любимое кафе?
— Конечно, — натянуто улыбнулась я парню. — Почему бы и нет?
Пожалуй, Джереми единственный, кто старался развеселить ребят всю дорогу. Он чувствовал, что что-то не так, но что именно — спросить не решался. Ми Нам и Шин У всю дорогу сидели рядом на заднем сидении и держались за руки. Девушке тоже было нелегко. Узнать такое о своих родителях… не каждый воспримет это спокойно. Но о ней я не беспокоилась, так как рыцарь в сияющих доспехах ни на секунду не оставлял девушку одну. Всегда был рядом и поддерживал в тяжёлые секунды.
Всего несколько часов лёту, и мы уже были на Окинаве. С нами также присутствовала координатор Ван собственной персоной. Но, как я поняла, она по большей части полетела за тем, чтобы отдохнуть и погреться в горячих источниках. Да это и неудивительно. Отель нам выбрали первоклассный. Куда не глянь — кругом бассейны, пляжи, пустующие шезлонги и коктейли. Курорт в самом разгаре.
Менеджер Ма вручил каждому персональный ключ от номера и осчастливил всех тем, что на сегодня у нас ничего не запланировано. То есть мы можем отдыхать и делать, что хотим. Не знаю, как остальные, а я не против оставить свои вещи в номере и пойди на пляж. Хоть купальный сезон уже кончился, и берег давно пуст, это не мешает просто прогуляться и получить удовольствие.
Но каково же было моё удивление, когда в номере первое, что я увидела, бы огромный диван и небольшая коричневая подушка в форме собаки с грустными карими глазами.
— Ну чего ты смотришь? — бросила игрушке. — И без тебя тошно.
Я развернула собаку лицом в диван. Теперь на меня смотрел небольшой тряпичный хвостик, тоскливо висящий на конце собаки. М-да… ничем не лучше. Ладно, переоденусь, и в путь.

2.

Со мной решили пойти и все остальные. Джереми, Шин У и Ми Нам. Менеджер Ма и координатор Ван остались на территории отеля, нежась в подогретых бассейнах и попивая коктейли. Я бы тоже так отдохнула, да вот только плавать я не умею, а пить мне нельзя. Эх… тяжело-то как.
— Кэт, давай построим огромный песочный замок! — предложил Джереми, прыгая тут же на песок и начиная закапывать свою руку. Жёлтый песок был сухим и приятным на ощупь. Ни камушков, ни травинок, ни палочек —
ничего там не было. Один только рассыпчатый песок.
Я присела рядом с Джереми и стала помогать ему выстраивать гору из песка. Правда, из-за того, что он совсем сухой, песчинки плохо крепились друг к другу, и гора всё никак не хотела образовываться. В итоге пришли к другому варианту — закопаем Джереми по самое горло. Странно, но парень не был против. Даже, наоборот, всячески поддержал эту затею.
Сначала выкопали небольшую ямку в глубину, чтобы туда мог поместиться парень, оставив голову, руки и ступни снаружи. К такому веселью тут же присоединились Ми Нам и Шин У. Смотреть на беспомощного блондина было забавно. Только и может, что вертеть головой и махать ручками. Рядом с ним сделали несколько фотографий, которые Джереми позже тут же выложил в сеть, показав, как мы отдыхаем на природе. Но завершающий штрих в эту картину внёс Шин У. Не знаю, откуда, но он притащил с собой небольшие сухие палочки, воткнул их рядом с закопанным Джереми и зажег.
Всё выглядело так, словно мы похоронили Джереми. Когда блондин это сообразил, то стал вопить и ругаться.
— Хён! Хён! Прекрати! — руки, голова и ступни затряслись ещё сильнее. Я понимаю, что это злая шутка, но, видя, как верещит Джереми, а также вытягивает губы трубочкой, чтобы потушить палочки, я не могла не засмеяться.
Парню всё-таки удалось вырваться из песка и тот с воплем помчался за Шин У, намереваясь отомстить за «всё хорошее».
— Хорошо тут, не правда ли? — услышала я голос Ми Нам, что присела рядом со мной, пока парни дурачились. — Раньше я никогда не видела океана, — девушка устремила взор на бескрайние просторы синих вод. — Он кажется таким бесконечным.
— Да, — кивнула я. — Будь то море или океан, вода умеет манить и притягивать к себе мечтателей. Кажется, если ты ступишь на её территорию, то тоже сможешь познать эту частичку вечности.
— Можно попробовать арендовать лодку и пойти поплавать, — предложила девушка.
— Не, — отмахнулась я с улыбкой. — Плавать не умею, да и кто лодкой управлять будет?
— Хм, ну да, — кивнула она, также улыбаясь. — Интересно, если я попытаюсь переплыть океан, то смогу ли заплыть за край горизонта?
— Ну, и да, и нет, — пожала я плечами. — Если я останусь на этом берегу, а ты поплывёшь, то мне будет казаться, что ты ушла за край горизонта, но на самом деле ты просто начнёшь путешествие вокруг земли. Рано или поздно вернёшься к исходной точке.
— И в самом деле, — усмехнулась она. — Звучит, как старинная фраза, которую вечно говорила мне Матушка Настоятельница.
— И что же эта за фраза? — полюбопытствовала я.
— От судьбы не уйдёшь, — вздохнула Ми Нам. — Чтобы мы не делали, куда бы не шли, рано или поздно всё равно вернёмся к тому, что нам предначертано.
— Звучит немного грустно, — улыбнулась я. — То есть, по сути, у нас нет выбора, так?
— Не знаю, — отозвалась Ми Нам. — Это не мои слова, а слова Матушки Настоятельницы.
— Ясно, — кивнула я, понимая, что некоторые вопросы так и останутся без ответов. Какое-то время мы просто сидели молча, вглядываясь в небольшие приливающие волны. Отдалённо слышался смех Шин У и Джереми. У меня назрел вопрос, который я обязана задать: — Ко Ми Нё, как ты? — девушка промолчала. Видно, она сначала хотела сказать «нормально», но до этого понятия ей далеко. — Ты ненавидишь Хван Тхэ Гёна? Или злишься на него?
— Нет, — покачала она головой. — Он такая же жертва сложившихся обстоятельств, но… — девушка нервно сглотнула. — Я ненавижу его мать. И не могу её пока простить. Из-за Мо Хва Ран… мой отец бросил мою мать беременной, после чего она родила нас и умерла в одиночестве.
— Ми Нё, — вздохнула я, чувствуя тяжёлый камень на сердце. — Я не должна этого говорить, но… — а, в принципе, что я теряю? Всё, что могло, уже свершилось. — Твой отец не бросал твою маму. Он до последнего любил её и написал даже песню, где просил вернуться. Песня «Что мне делать?», над которой работал Тхэ Гён посвящена твоей матери. Правда, Мо Хва Ран, ослеплённая желанием быть счастливой с тем, кого любит, украла её. Но в итоге она лишилась всего.
От такой новости на лице девушки промелькнула гамма чувств. С одной стороны — радость за то, что отец на самом деле не бросал их, с другой стороны — грусть, что всё-таки песня не дошла до её мамы. Злость на Мо Хва Ран и шок от того, что всё это рассказала я. Но немного погодя она успокоилась. Я ожидала шквал вопросов по поводу того, откуда у меня эта информация, но девушка не промолвила и слова. Она во всё поверила. Во всё! Но её не интересовало, как я это выяснила. Думаю, в такой ситуации это не столь и важно. Главное то, что правда дошла до её сердца.
— Кэт, — неожиданно начала девушка, улыбаясь и вытирая выступившие слёзы. — Я, наверное, не полечу с вами, — вопросительно посмотрела на неё. — Ми Нам возвращается, а я пока хочу навестить сестру Марию, что живёт в Японии. Но позже обязательно догоню вас в образе Ко Ми Нё.
— А Шин У знает? — аккуратно спросила я.
— Да… — кивнула девушка. — Он в курсе и всё прекрасно понимает. За последнее время столько всего произошло… мне просто нужно время всё обдумать.
— Что ж… — вздохнула я, вставая с песка и отряхивая джинсы. — Не теряй связь. Буду звонить тебе.
— Конечно, — отозвалась та, также поднимаясь на ноги.

3.

Наступил вечер, и районы Окинавы утонули в ночной темноте. Только центральные улицы освещались высокими фонарями, даруя прохожим свет. Хотя… мне он не нужен. Погода была чудесная и безоблачная. Света луны и звёзд было вполне достаточно, чтобы я смогла прогуливаться вдоль улиц.
В отель не хотелось совсем. Во-первых, там просто скучно. Во-вторых, хотелось наконец-то решить, что мне делать дальше. Дорама подходит к концу, и это точно. Пара, за которую я так болела — счастлива и у них, вроде, всё хорошо. Знаю, это не просто так. Шин У решился и, пригласив девушку в небольшую католическую часовню, размещённую на песчаном берегу около океана, сделал ей предложение. Я это заметила случайно, гуляя мимо. Но уже тогда поняла, что тучи, сгущающиеся над головой Ми Нё, мигом исчезли, и она, смеясь и плача одновременно, согласилась.
Ох, как же я за них рада. Вот она — пара года! Вот за кого я переживала с самого начала. Ну, что могу сказать… мой долг как Помощника — выполнен. Они вместе, их история завершена, осталась только развязка. Верно? Но тогда почему на душе так паршиво? Словно в груди возникла пустующая дыра, которая никак не хочет затягиваться. От этого… так больно. Хочется плакать и кричать, но вряд ли это поможет. Скорее только ухудшит положение.
Нет, всё давно ясно. У меня в любом случае не могла история закончиться на положительной ноте. А так у неё есть хоть какой-то конец. Так даже лучше. Никаких иллюзий, никаких несбыточных надежд. Только суровая реальность, хоть и весьма забавной реальности.
— Кэт! — неожиданно впереди появилась координатор Ван. — Наконец-то я тебя нашла!
— А? Что? В смысле? — спрашивала я, пока девушка обхватывала меня за плечи и волокла ближе к центру города. — Что происходит, координатор Ван?
— Тхэ Гён хочет с тобой встретиться, — улыбалась загадочно женщина. — Он ждёт тебя в океанариуме. Поторопись.
И, прежде чем я успела задать ещё хоть один вопрос, координатор Ван подтолкнула меня к самому входу в океанариум, а после и вовсе захлопнула за мной дверь. Внутри было темно. Даже очень. Глаза не сразу привыкли к такой резкой смене освещения. Но спустя несколько секунд я различила огромный аквариум, в котором безмятежно плавали несколько сотен рыб разных размеров. Аквариум освещал пространство неоново-синим, придавая местности таинственности, умиротворения и некого романтизма. И единственным посетителем океанариума был Хван Тхэ Гён, что стоял в самой освещенной местности. Он действительно приехал в Японию. Как давно?
Я была в замешательстве. В руках парень держал небольшой жёлтый конверт и уверенность того, что он ждал меня, пропадала с каждым шагом, пока я спускалась по лестнице вниз. Окончательно уверенность пропала в тот момент, когда Тхэ Гён сощурил глаза в мою сторону и спросил:
— Менеджер Ма?
Шаг замедлился. Он ждал не меня. Наша встреча подстроена. Но делать больше нечего, он меня рассмотрел и был также удивлён, как и я.
— Мне сказали, что ты искал меня, — начала я разговор, видя, насколько растерян парень. Близко к нему не приближалась, держала дистанцию. Словно боялась, что он крикнет или того хуже. Но как по мне — лучше уж пусть кричит, чем та ярость, с которой он смотрел на меня недавно.
— Да, искал, — надменно бросил парень. — Искал, чтобы кое-что отдать. Хотел через менеджера Ма, но почему-то пришла ты…
— И что же ты хотел отдать? — спросила я, смотря на конверт. — Я не менеджер Ма, так что можно просто отдать то, что хотел, и я уйду.
— Куда-то спешим? — злобно бросил Тхэ Гён, заводясь на пустом месте. Я знала, он злится, но на этот раз это была его «обычная» злость. — Что? Тебя кто-то ждёт?
— Возможно, — с грустью улыбнулась я. — Ещё не знаю. В любом случае, ты сам меня не желаешь видеть. Просто решим вопрос по-быстрому и разойдёмся, будто и не виделись.
— Хех, вы только послушайте это Бродячую Кошку! — фыркнул Тхэ Гён. — Если не назначено свидание, и тебя никто не ждёт — прогуляйся. Куда торопиться? Смотри… какие рыбки! Только полюбуйся! Ты же Кошка. Все кошки любят рыбок!
— Рыбки, значит… — вновь усмехнулась я, поворачиваясь в сторону аквариума. — Да, рыбки хорошие… однако я предпочту всё же побыстрей уйти.
— Тц! Раз так сильно занята… уходи! — бросил мне Тхэ Гён. — Обо мне можешь не волноваться, — бубнил он, гордо отворачиваясь в сторону. Но я продолжала стоять, чем вызвала ещё большее недовольство с его стороны. — Почему ты ещё здесь?
— Ты хотел мне кое-что отдать, — спокойно произнесла я, вызвав некую волну смущения у парня. Через секунду он успокоился и передал мне конверт. — Что там?
— Это… фотография матери Ко Ми Нё, — пояснил Тхэ Гён. — Передай и скажи, что её звали Ли Су Чжин.
Я достала фотографию из конверта. На ней была молодая девушка лет двадцати-двадцати пяти, державшая на коленях гитару и с сияющей улыбкой смотрящая в камеру. Видно, что фото сделано где-то в общественном месте. Кафе или бар. Значит, вот она какая, мать Ми Нё…
— Почему… ты сам не передашь? — спросила я, возвращая фото в концерт. — Мне кажется, так было бы лучше, а не использовать меня как посредника.
— Я собирался использовать менеджера Ма, — в свою защиту бросил Тхэ Гён. — И я не могу сейчас видеться с Ми Нам. Не хочу больше в этом участвовать. Моя мать собиралась стать ей и её брату мачехой… если она желает узнать о своей матери побольше, пускай подружится с ней. В конверте также есть плеер, на котором имеется песня, написанная её отцом. Старая версия и обработанная мной. Ми Нам, конечно, может ненавидеть мою мать, но если бы не её отец с этой песней…
— Тхэ Гён! — перебила я его, чувствуя некую злость. Он всегда думает только о себе. Обижает людей и совершенно не замечает этого. Лишь его эмоции важны, лишь его боль имеет силу. Остального просто не существует. Да уж… именно из-за этого он и бесил меня с самого начала. Хех… любит? Меня? Ну да, конечно. — Надо было рассказать тебе с самого начала, но когда я это сделала в первый раз, и ты понял всю правду этого мира, то чуть не сошёл с ума. Пришлось стереть тебе память, чтобы ты смог дальше жить, как и раньше.
— Ты стирала мне память? Когда? — ахнул парень.
— Помнишь кафе с мороженым? В тот день тебе также стало плохо от съеденной креветки, — Тхэ Гён молчал, но по его округлившимся глазам я поняла, что он припоминает сей момент. — Ты помнишь, как заснул в кафе, а очнулся уже в такси, около дома, но на самом деле прошло намного больше вещей. Ты видел другую, историческую дораму и нас там чуть не убили. А по возвращении в Сеул стал паниковать. После этого мой куратор принял решение стереть тебе память ради твоей же безопасности. Но ты всё равно искал правды, вот только всю правду тебе знать нельзя было… — я посмотрела на конверт, в котором хранился плеер и фотография. — Скажи я тебе всё сразу, снова… думаешь было бы иначе? Хех… сомневаюсь.
Тхэ Гён смотрел на меня выпученными глазами и с полуоткрытым ртом. Такого поворота событий он не ожидал. Вернее, он совершенно не ожидал, что подобное выйдет. Возможно, мне не следовало этого говорить и, вообще, нужно было забрать конверт и уйти, но не зря говорят люди, что все девушки — ангелы, но когда им отрывают крылья — садятся на мётлы. Так и я, погружённая в собственную боль, больше не могла принимать Тхэ Гёна любым и всё время шутить, чтобы вызвать у него хоть и мимолётную, но улыбку. Больше нет сил.
— Да, ты прав, для нас, Помощников, это всего лишь одна из тысячи историй. Со своим жанром, правилами и непредсказуемыми поворотами. Но и мы обычные люди. Боимся, надеемся, мечтаем, ненавидим и… любим. Мы тоже чувствуем. И да, возможно, мне даже не стоило влезать в вашу историю, нужно было спрятаться за ширмой и быть обычным зрителем. Знаешь, ведь в начальной версии ты влюблён в Ми Нё, а меня просто напросто не существовало, — Тхэ Гён в шоке сделал шаг назад, это было слишком, но я не желала останавливаться. — Более того, эту песню, — указала на конверт, — отец Ми Нам написал не для Мо Хва Ран, а для Ли Су Чжин, матери Ми Нё. Мо Хва Ран её просто украла, так как не могла вынести мысль, что она нелюбима, — тело Тхэ Гёна начало трясти то ли от шока, то ли от избытка чувств, но я уже мутно видела. Солёные слёзы замутили взор. — Но ты можешь не переживать. Как только кончится эта дорама, я исчезну. И нет, не просто перейду в другую историю, я решилась. Как только появится портал — я возвращаюсь в свою реальность. Меня тут больше не будет существовать, да ты и не вспомнишь обо мне. Твоя память опять будет стёрта… и ты будешь жить уже совершенно другой жизнью. Другая история, другая встреча, другая любовь… В прошлый раз ты сказал, что не желаешь меня видеть, так вот — лучше и тебе держаться от меня подальше.
После этих слов я развернулась в сторону выхода и убежала со всех ног, пока могла сдерживать рыдания. Солист, кажется, сделал пару шагов в мою сторону, пытаясь остановить, но мою фигуру быстро скрыла тьма, оставив Тхэ Гёна в одиночестве.

4.

На следующий день практически все надели на себя самые приветливые и дружелюбные маски перед армией фанатов. Тхэ Гён, Джереми, Шин У и Ми Нё раздавали автографы, меня же чаще всего просили с ними сфотографироваться. И каково же было их удивление, когда я спокойно заговорила на японском языке. Я даже сесть не могла. Всё время приходилось улыбаться и обнимать очередного фаната.
От этих улыбок даже скулы болеть начали, а ног я вообще не чувствовала, но фанаты были в восторге. Все как ненормальные носили кошачьи ушки и някали при встрече со мной. Некоторые парни просили, чтобы я на камеру обращалась к ним Оппа или Господин. Странные у них вкусы, у этих японцев, но… такая уж у меня работа. Все сейчас улыбались, и все играли свои роли. Даже Ми Нё и Тхэ Гён смогли найти в себе силы и улыбаться каждому встречному фанату. Что же говорить обо мне?
Правда, сразу же после встречи с фанатами, Хван Тхэ Гён вернулся в Сеул. Даже менеджер Ма ничего не знал, а на все расспросы солист только отвечал, что выполнил свой долг в Японии, а в Корее его ещё ждут дела. В любом случае, останавливать его никто не собирался.
Мы же с Ми Нам решили прогуляться по городу, решив накупить сувениров. Она, конечно, решила использовать этот предлог для того, чтобы рассказать о помолвке с Шин У, где я её тут же поздравила. Но ведь у меня тоже была история. Я передала девушке конверт, в котором находилась фотография мамы Ми Нё и песня её отца. Вкратце описала, как получила эту фотографию и утешила тем, что теперь она хотя бы будет знать, как выглядела её мать и как её зовут. Правда, больше я дать вряд ли смогу.
Ми Нё плакала и от горя, и от радости одновременно. Она поблагодарила меня за то, что передала, посчитав это настоящим свадебным подарком. Хотя, как по мне, благодарить надо не меня, а Тхэ Гёна…
Дальше мы гуляли, развлекались, делали всё, чтобы тоска отступила от нас, и этот день запомнился надолго. Ми Нё остаётся в Японии, а я… уезжаю в Россию. Правда, как-то ещё не осмелилась кому-либо сказать. Только дяде, и то по телефону. В японском аэропорту Ми Нё с нами со всеми ещё раз попрощалась, заверив, что чуть позже сама вернётся в Сеул. Но только уже как девушка Шин У и сестра Ми Нама. В аэропорту Сеула сейчас как раз уже нас ждал её брат. Он приехал из Америки и готов влиться в строй.
Конечно, Джереми и Шин У хотели остаться с Ми Нё. Но девушка настаивала на том, чтобы они поддержали и побеспокоились о её брате. От такой просьбы парни просто не могли устоять. Джереми даже заверил, что Ми Нам будет у него как за пазухой.
— Я на вас рассчитываю, — улыбалась Ми Нё, поклонившись.
— Ждём тебя через неделю, — ответил Шин У.
— Я позабочусь и о твоём брате, и о вечеринке, — подмигнул Джереми.
— Ну что? — вдохнула координатор Ван. — Пошли? Регистрация началась.
— Да, — отозвались остальные и направились к эскалатору, который вёл на второй этаж.
Джереми в этот момент даже на слезу пробило. Уж очень он не хотел расставаться с Ми Нё. Его в самолёте даже пришлось успокаивать, такой у нас ранимый блондин. Но уже через мгновение он всем рассказывал, какую шумную вечеринку устроит в честь приезда Ми Нё. Даже готовился поговорить с президентом Аном, чтобы арендовать какое-нибудь помещение. Может, кафе или клуб. Повод-то для такого шумного веселья всегда найдётся. Вернее, у нас их даже будет несколько. Начнём хотя бы с помолвки Шин У и Ми Нё. Правда вряд ли я успею на сие торжество…
Ещё в Японии я связалась с отцом и дала своё согласие. Разговор был коротким. Просто сказала, когда я возвращаюсь в Сеул и что после этого приезда с ним встречусь. Правильно ли я поступаю? Скорей всего — нет. Но это выход. Просто исчезну из этой дорамы вот таким способом. Я была, а теперь меня нет. Интересно, что меня дальше ждёт? Думаю, будет небольшое шоу, в котором мне покажут имения отца, его бизнес, а после… конец истории. Кстати, надо будет связаться с Феликсом и Дэном. Они пока ещё не в курсе последних событий. А когда узнают… будут в шоке.
Когда мы вернулись в Сеул, не было ещё и полудня, но менеджер Ма уже вовсю связывался по телефону с настоящим Ми Намом, пытаясь отыскать его. Парень ждал нас около выхода. Любопытство взяло вверх. Причём не только у меня. Все говорили, что Ми Нам и Ми Нё как две капли воды похожи друг на друга.
— О! Вон он там! — воскликнул менеджер Ма, указывая на человеческую фигуру неопределенного пола. В охристой куртке, с накинутым капюшоном, черных штанах и высоких кожаных ботинках. Со спины непонятно, кто это вообще. Но менеджер Ма уверено направлялся к нему. — Ми Нам! Ми Нам! — звал его мужчина, ускоряя шаг. Все поспешили за ним.
Неожиданно нас обогнал какой-то невысокий мужчина в тёмно-зелёном длинном пальто, чёрной шапке с полями, черных очках и марлевой повязке на лице. Что ещё за тип? Прям маскировка времён пятидесятых. А это что? У него в руках фотоаппарат. Неужели это репортёр Ким? Самое безумное, что он шёл из той же стороны, что и мы. Да и вообще, если не ошибаюсь, летел с нами в одном самолёте. Неужели он всё это время был где-то неподалёку и пытался разоблачить Ми Нё?
— Ко Ми Нам! — крикнул репортёр, на весь аэропорт, встав перед парнем. Также я заметила, что в нескольких метрах от Ми Нам стояли Тхэ Гён и Хе И. Что они тут делают? Ладно, не важно. Они сами по себе, я сама по себе. Сейчас главное —
Ми Нам. — Ко Ми Нам — переодетая девушка! — с гневным смехом воскликнул журналист, срывая с парня капюшон и куртку в целом.
Под курткой на нём было надето только одна белая майка и понять, что это на самом деле парень, не составляет труда. Но подобный поступок вызвал шок абсолютно у всех. Никто не ожидал, что этот репортёр Ким выскочит из ниоткуда, как чёрт из табакерки. Но вот он обошёл парня со спины, встретился с ним лицом к лицу и осознал, кто перед ним.
— Не может быть… — забубнил мужчина, потея и снимая тёмные очки с лица, чтобы лучше разглядеть.
— Ты чё, сдурел? — бросил ему разозлившийся Ми Нам. Да уж, такого приветствия от тоже не ожидал.
— Ты не девушка? — дрожащим тоном спросил репортёр Ким.
Необходимо действовать. Ми Нам накинул на плечи обратно куртку, поправляя воротник. Я подошла к парню и, обхватив его за руку, мило улыбнулась, с осторожностью косясь в сторону репортёра.
— Оппа, что происходит? — реакция парня была незамедлительной. Он сразу понял, кто я, и, как только наши взгляды встретились, обхватил меня за талию, прижимая к себе, гневно бросил:
— Да ненормальный какой-то! Не обращай внимания.
Чёрт возьми! Ну точно! Одно лицо с Ми Нё! Даже голоса похожи. Разве что этот более жилистый и ведёт себя более уверенно. Подмигнул мне и улыбнулся. Ого, а этот парень себе цену знает.
— Постой… постой… постой… — затараторил менеджер Ма, подбегая к репортёру Киму. — Знакомьтесь. Репортёр Ким из «Korea Ilbo», — представил он мужчину Ми Наму. — Он брал интервью у твоей сестры Ми Нё и Шин У.
После упоминания его сестры, Ми Нам немного успокоился и кивнул в знак приветствия. Я подумала, что можно отходить. Опасный пик непонятной ситуации прошёл. Но рука парня не отпускала меня. Более того, он взял свободной рукой меня за ладонь и скрестил наши пальцы, как это обычно делают парочки. За этим с жадностью следил репортёр Ким, понимая, что он проиграл по всем статьям. Также краем глаза я заметила выражение лица Тхэ Гёна, которое менялось с шока на что-то ещё… злость? Ай, не важно… Куда важнее реакция Ю Хе И, что тут же подбежала к нам.
— Репортёр Ким, — улыбалась она. Бросила на Ми Нама оценивающий взгляд с головы до ног и с той же улыбкой продолжила. — Репортёр Ким, вы спрашивали меня Ми Нам — девушка или нет? — и почему я не удивляюсь, что она в этом замешана. Сейчас разоблачит нас или что? — Как вы могли такое подумать? — смеялась Хе И. — Это какое-то недоразумение. Самое интересное, я тоже так думала. Ми Нам, скажи, смешно? Оппа, скорей всего, тоже удивился? — девушка посмотрела на Тхэ Гёна, продолжая играть с ним парочку. Это взбесило парня. Видно по его глазам, но он ничего не сказал. Да, слова тут будут лишними.
— Я всё проанализировал и пришёл к выводу, что Ми Нам — девушка, — заикаясь, произнёс репортёр Ким. — Я слежу за вами ещё с Японии…
— Да это вообще законно? — воскликнула я. — Вы хоть знаете что-то о личной жизни, репортёр Ким? Вот ведь за это и посадить можно! — мужчина от ужаса икнул и схватился ладонью за сердце. А вот Ми Нам, похоже, моя идея понравилась. Усмехнулся и что-то сказал на тему того, что он бы на это посмотрел.
— Ну-ну, — засмеялся менеджер Ма, стараясь утихомирить эту ситуацию. — Ми Нё и Ми Нам — близнецы. Поэтому и ошибка вышла. Ты их просто перепутал! Это тебе не дорама, ха-ха-ха…
После последней фразы я не смогла сдержать усмешку. Не дорама. Ага, как же! Более того, мою усмешку заметил Тхэ Гён. Он сейчас всё время следил за мной и буквально прожигал взглядом. Что-то в нём изменилось. В чём дело? Теперь ты мне веришь? Да, теперь он верит каждому моему слову. Похоже, из-за того, что он вернулся в Сеул раньше, смог проверить правду ли я сказала на счёт песни и его матери. И когда данная информация подтвердилась… Что он намерен делать дальше? Просто бы жил себе и всё.
Менеджер Ма под шумный смех и хихиканье увёл репортёра Кима от нас как можно дальше. Тот сопротивлялся, так как хотел вновь и вновь убедиться в увиденном и заверял всех, что его нюх никогда не подводит, но менеджер был сильнее. В итоге репортёр сдался.
Остальные подошли к нам ближе, окружив Ми Нам. Всем было интересно, как на самом деле выглядит парень и вообще… это же официально наша первая встреча. Как только Репортёр Ким ушёл, я выскользнула из объятий Ми Нам, хотя чувствовалось, что он это отпускает меня с небольшой охотой. Более того, парень успел нашептать мне слова благодарности за свою сестру и сказал, что вечно будет обязан. Многое ли он знает? Ну да, мне пришлось играть роль её девушки, но теперь мы должны расстаться, разве нет? Что-то мне подсказывает, что он не очень-то на это согласен.
— Приятно познакомиться, — усмехнулся парень остальным. — Я — Ко Ми Нам, — и протянул руку в знак приветствия.
— А это лицо на парне неплохо смотрится, — фыркнула Ю Хе И. Это был комплимент? Во всяком случае, Ми Нам именно так его и воспринял, благодарно кивнув.
— Как две капли воды… — восхищался Джереми, неуверенно пожимая протянутую руку Ми Нам.
— Но… кажется, характеры разные, — заметил Шин У, немного отталкивая Джереми назад, чтобы тот с ним не любезничал. А ведь ему я в первую очередь советовала бы подружиться с будущим членом семейства.
— Кэт, — строго обратился ко мне Тхэ Гён, насмотревшись на Ми Нам. — Надо поговорить.
Это было неожиданно. Многие даже удивлённо приподняли брови, не понимая такой резкой смены темы. Тут перед ним настоящий Ми Нам, а он желает поговорить со мной? Но Джереми и Шин У быстро уловили нотки друга и утащили с собой Ми Нам, направляясь к выходу. Координатор Ван взялась за Ю Хе И, хотя вот та сопротивлялась сильнее репортёра Кима. Злилась и кусала губы, но делать нечего. Всё равно потом выяснилось, что ей необходимо улететь на Бали, для очередной фотосессии с Национальной Феей Кореи.
— О чём ты хотел поговорить? — спокойно спросила я, когда мы с Тхэ Гёном остались одни, хоть и в центре зала аэропорта. Людей тут очень много, и каждый второй узнаёт то Тхэ Гёна, то меня.
— Не здесь, — бросил он, осматриваясь. — Давай выйдем.
На заднем дворе аэропорта имелся небольшой цветущий сад. Кругом цвели розы различных цветов и сортов. И это посреди осени? Но тут было не так уж много людей, что позволяло спокойно поговорить. На этот раз, даже стоя лицом к лицу, Тхэ Гён не смотрел мне в глаза. Отворачивался и смущался. Словно он чувствовал свою вину и теперь сам испытывал тот страх, что и я недавно. Боится увидеть в моих глазах ненависть? Наверное, я слишком сильно давила на него в тот вечер… но сделанного не вернёшь.
— Так что ты хотел мне сказать? — начала я негромко.
— Я… ты была права, — начал Тхэ Гён. — Я разговаривал с Мо Хва Ран и… твои слова подтвердились, — он не называет свою мать матерью. Неужели обида переросла в нечто большее, и теперь он просто ничего не желает с ней иметь общего? — Также… я нашёл в твоей комнате это… — парень достал из-за спины небольшую книгу. Мой руководитель для Помощников мира Дорам.
Взяла книгу в руки.
— Ты прочёл, — это был не вопрос. Просто констатация факта. Каждая страница слегка помята, а значит, её не просто держали в руках. А ведь целиком и полностью даже я не удосужилась прочесть.
— Да, — всё же ответил Тхэ Гён. — Мне… очень жаль… Я не знал, что… всё настолько серьёзно. Я…
— Хван Тхэ Гён, — остановила я его. — Ты не виноват. Откуда ты мог знать о подобных вещах? Да тебе и нельзя их было знать. Поэтому, прошу, не вини себя, — я улыбнулась.
— Ты была права… всё это время ты была права, — продолжал Тхэ Гён, всё ещё избегая встречи со мной взглядом. — Я постоянно думал только о себе. Не прислушивался к твоим словам и совершенно не понимал, каково будет тебе. Ведь ты… нарушила все правила, верно? Это без последствий не обойдётся. Не думал о твоих чувствах. Только и делал, что срывал на тебе злость, в то время как мне надо было тебя защищать… Если бы на секунду представил, что ты чувствуешь, то понял, что сильнее всех страдаешь именно ты.
— Ну, это было даже весело, — усмехнулась я. — Встретиться с вами. Найти верных друзей. Влюбиться… Думаю оно того стоило, но ты прав, за все мои поступки придётся расплачиваться.
В этот момент, со спины Тхэ Гёна в сад вошли два огромных парня, одетых в чёрные костюмы. Встретившись со мной взглядом, они коротко кивнули, давая понять, чтобы я следовала за ними. Ну вот и всё. Конец счастливой сказке. Пора уезжать. Не Франция, как предлагалось в начале. Но мне всё равно. Пусть бы я даже поехала на Бали. Не имеет значения.
— Хорошо, что мы смогли поговорить с тобой так спокойно, — продолжала улыбаться я, стараясь показать, как мне легко и радостно, вот только слёзам не возможно приказывать. Да и врать перед Тхэ Гёном у меня всё равно не получается. — Поговорить… в последний раз, — парень наконец-то посмотрел мне в глаза. Он не мог понять, о чём я говорю. — Ты тоже был прав, Тхэ Гён. Мне не следовало появляться в вашем мире. Теперь я уезжаю в Россию. Это наша последняя встреча. Передай остальным… спасибо. Я буду всегда вас помнить. А теперь… прощай.
Я шагнула в сторону двух мужчин, терпеливо ждущих меня в конце сада, но в тот момент, когда я проходила мимо парня, он схватил меня за руку, крепко сжимая ладонь. Что же это? Попытка остановить? Зачем? Если и так всё ясно? Лучше расстаться сейчас, пока не стало ещё хуже. Я больше не хочу обманывать себя. Больше не хочу притворяться, что эта сказка навсегда. Это слишком больно. Слишком невыносимо. Мне не следовало появляться в этой истории. Как и говорил Феликс, последствия в итоге разгребает только Помощник.
Но его ладонь такая нежная и тёплая. Моё тело само не желает его отпускать. Хочет подойти и обнять, как и раньше, ощущая защиту и уверенность, что он спрячет меня от всех ужасов этого мира. Вот только… это всё иллюзия. Обман.
— Не волнуйся, Тхэ Гён, — произнесла я, краем глаза замечая, как вздрагивают его плечи. — Пройдёт немного времени, и ты забудешь всё, как кошмарный сон.
Медленно я освободила свою ладонь и направилась в сторону мужчин, чувствуя жгучую боль в груди. Тхэ Гён остался стоять в центре прекрасного цветущего сада. Спасибо, мир Дорам, за эту последнюю возможность увидеть его в таком чудесном месте. Пожалуй, этот момент я запомню на всю жизнь.
— Госпожа Кэт, — обратился ко мне один из мужчин, протягивая белоснежный платок, чтобы я вытерла слёзы. — Прошу, следуйте за нами. Самолёт уже готов к вылету в Россию. Отец ждёт вас.
— Поняла, — кивнула я, покидая цветущий сад.



Зозо Кат

Отредактировано: 24.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться