Мне не нравится конец!

Размер шрифта: - +

Глава 29. Пропал котёнок

1.

Прошла неделя.
За это время я успела обосноваться в особняке своего отца. В России в это время уже местами снег лежит, а сохранившаяся листва давно пожухла, приобретая коричневатый оттенок. В основном я сидела в отведённой мне комнате и действительно не знала проблем. В принципе, я могла гулять по зданию, но желательно не делать этого. Часто приходилось наталкиваться на приезжающих партнёров и коллег моего «бати». А по их физиономиям сразу можно сказать — криминал. Да и смотрели они на меня так, словно я лакомый кусочек, который обязательно нужно съесть.
Из-за этого каждый день около моей двери стояла охрана. Ну просто принцесса из сказки в башне с драконами. Правда, я действительно не знала забот. Если что-то хочу — мне это незамедлительно приносят. Тут есть ноутбук и интернет, так что я могла спокойно отслеживать все последние новости о группе A.N.JELL.
А именно Хван Тхэ Гён и Ю Хе И расстались. В новостях писалось, что расставание произошло по инициативе Ю Хе И, но я то знаю правду. Также писалось о нашем с Ко Ми Нам расставании. О причинах не говорилось, но тонко упоминали, что Ми Нам и Хе И часто видят вместе в последнее время. Неужели парень решил приударить за ней? Ох, несладко же ему придётся. Она барышня с характером, причём взрывоопасном.
Также говорилось об отношениях Шин У и Ми Нё. Они официально объявили о помолвке, что вызвало огромную бурю среди фанатов. Но на этом пока всё. Их часто показывают по телевизору, да и в интернете их песни распространяются с сумасшедшей скоростью. Часто спрашивают обо мне, так как никто не понял, куда я исчезла, но и группа, и президент Ан умалчивают этот вопрос. Говорят, что я пошла своей дорогой. Фанаты в шоке.
Но больше всех были в шоке сами парни. Джереми мне каждый день звонил по скайпу и спрашивал, как я там и не надо ли мне чего? И каждый наш разговор заканчивался тем, что парень под конец начинал плакать и просить меня вернуться в Сеул. Но я объясняла ему, что не могу это сделать по многим причинам. Зачастую рядом с Джереми сидел Шин У и рассказывал о том, что у них происходит. О Ми Нам и Ми Нё, о президенте Ане и менеджере Ма с координатором Ван и, наконец, о Тхэ Гёне.
Правда, по их словам, он совершенно обо мне не вспоминает. Ведёт себя так, словно меня и вовсе не существовало. А на любые вопросы сразу уходит в студию или в свою комнату, требуя, чтобы ему не мешали работать. Стал ещё злее и раздражительнее. Шин У даже произнёс такую фразу — «Окончательно покрылся льдом». Однако он идёт дальше, и это главное.
Когда я поведала о своей истории Феликсу и Дэну, так же по скайпу, первым, кто не выдержал и заревел, был Феликс. И успокоить его было невозможно. Парень рыдал, обвиняя мир Дорам в жестокости, но таковы его правила. Что мы можем сделать? Правда, когда я сказала, что после окончания дорамы возвращаюсь в свой мир, зарыдал и Дэн. Ох, тяжело же им. Просили не торопиться и обдумать всё. Да хотя бы последний раз собраться вместе и выпить чайку. В принципе, мне это не так уж трудно это сделать. Как Помощнику. Мир Дорам пропитан лазейками и потайными ходами. То, что по сюжету займёт несколько часов в самолёте, для Помощника несколько минут пешком. Всего-то необходимо перейти в соседний квартал.
Вот только… смогу ли я покинуть особняк незаметно? Вряд ли. Отец хорошо меня охраняет, боясь, что я покину дом. Мой так называемый жених, ещё не появился. Но должен вот-вот появиться вместе со своей роднёй. Кто это, и что они делают? Понятия не имею. Да и плевать мне как-то. Когда появится, тогда и будем решать, а сейчас я сижу и смотрю на призрака Димона…
О да! Совсем забыла! Я ведь живу в этой комнате не одна, да. С первого дня моего здешнего проживания, каждую ночь в моей комнате появлялся очередной «Каспер». Ох, как же я его в начале до жути боялась. Это был высокий мужчина под два метра ростом, крепкого телосложения с короткими темными волосами и безумными стеклянными глазами. Одет призрак был в смирительную рубашку, крепко связанную за спиной. На лице имелось некое подобие намордника. Он что, из психбольницы? Причём, судя по одежде, из отдела особо безумных.
Призрак не говорил и не прикасался ко мне. Однако тот факт, что ночью он вечно ходит вокруг меня кругами и пятится этими ледяными глазами… в общем, сон мне был «обеспечен». Позже я обнаружила на его рубашке небольшой бейджик с номером и именем «Дима». Тогда-то я и стала к нему так обращаться. Прогонять призраков я не умею, хотя как только не пыталась. «Кыш-кыш» использовала в первую очередь. Тот только наклонил голову на бок и посмотрел на меня как на дуру. Не знаю, как он умер, но, судя по синим венам вдоль висков, могу предположить, что это был электрошок. В былые времена так лечили безумных. Вернее, думали, что лечили.
На третью ночь я додумалась поставить Диме один из сериалов. Включила ноутбук и… не поверите, но сработало. Всю ночь Дима сидел за ноутбуком и смотрел сериал. Спала как убитая, невзирая на шум, доносившийся из устройства. В итоге я привыкла к его жуткой физиономии и даже играла в шашки. Из-за того, что на его лице маска, он не мог разговаривать, но вот слушателем был прекрасным. Вот мы играем в шашки, он указывает мне куда и как пойти, а я рассказывала ему о Тхэ Гёне и о том, как поступила с ребятами. М-да… нашла друга даже на той стороне бытия. Таким, думаю, не все могут похвастаться. Ближе к ночи, когда мне надоедало с ним болтать, просто включала продолжение сериала и ложилась спать.
Но вот однажды отец собрал вечером у себя гостей. Не знаю, что за причина, но людей было много. Все собрались на первом этаже в центральном зале, смеялись и улыбались отцу, как и он перед ними. Выпил рюмку, за ней другую и вот уже отец звал меня, требуя, чтобы я развлекла гостей. А именно спела.
Просьба как просьба. Я подошла к фортепиано, за которым уже сидел приглашённый музыкант и спросила, чего же желают послушать гости? Ответила одна женщина средних лет, сидевшая практически в самом конце зала. Она как-то выделялась среди остальных. Сидела в одиночестве, совершенно не пила и мило улыбалась, смотря на меня. Её длинные белокурые волосы вплетены в небольшую причёску и закреплены позади заколкой-крабиком. Вечернее платье было длинным и имело тёмно-розовый цвет, что идеально подходило к её внешности.
— Спой о любви, — попросила она, и все дружно поддержали женщину.
— Хорошо, — кивнула я.
Песня, которую я начала петь, всплыла сама. Как наваждение. Именно её мне написал Тхэ Гён. В ней пелось о грусти, любви и расставании. А также о просьбе любимого человека вернуться. В голове всплывали образы, где мы снимали клип по этой песне, а также самая последняя сцена около часовни в лесу. Потом как Тхэ Гён обо мне заботился, во время болезни, и после этого я впервые посмотрела на него как на парня, а не как на просто симпатичную картинку. Наши ссоры и примирения… интересно, он до сих пор носил тот браслет, что я ему сплела из лент? На новых фотографиях не видно. На них Тхэ Гён всегда с длинными рукавами.
В какой-то момент пение прекратилось. Я ожидала чего угодно: смеха, аплодисментов, воплей, желание выгнать меня со сцены… да что угодно, но не это. Зал словно онемел. Мертвая тишина нависла в помещении, и все с неким шоковым состоянием смотрели на меня. Рты раскрыты. Мне даже стало страшно, а не нажали тут на паузу? Но нет, вон та женщина, которая выбирала тему, до сих пор сидит за столиком и улыбается. Значит… гости просто под впечатлением?
К женщине подсел высокий стройный мужчина азиатской внешности, в чёрном дорогом костюме, кроваво-красной рубашке и лакированных ботинках. Всё в нём говорило, что он при деньгах. И при больших деньгах. Густые чёрные волосы с небольшими седыми прядями зачёсаны назад. Чёрные глаза также устремлены на меня. Словно оценивают и проверяют, из какого я теста. А лёгкая улыбка на тонких губах, говорила о том, что его удовлетворяет то, что он видел.
Я не знаю, кто эта женщина и мужчина, но они явно знают меня.
Также данных гостей заметил мой отец и был… мягко говоря, в бешенстве. Не знаю, что на него нашло, но он в эту же секунду выгнал всех. Буквально всем велел покинуть его особняк, кроме этих двоих. Что происходит? Почему он так зол? И, самое главное, почему эти люди так спокойно реагируют на поведение моего отца? Словно каждый день за подобным следили.
— Какого чёрта вам тут надо? — гаркнул на пару отец, переходя на английский язык. Мда… сколько времени прошло, а я до сих пор не знаю его полного имени. Дурдом. Ну и не важно.
— Ну-ну, — мягко произнёс мужчина-азиат. Его голос был мягок, медлителен и сохранял некую музыкальную бархатистость, которая приятна слуху. — И это так ты встречаешь старых верных друзей?
— Мы с тобой не друзья, Хван Гён Сун, — гневно бросил отец. — И никогда ими не были.
Хван Гён Сун?! Не может этого быть! Это… неужели это… отец Тхэ Гёна? Что… что он тут делает? Я точно помню, что в дораме его в принципе не показывали. Его не существует, как персонажа, но нет. Вот он, со своей спутницей, которую бережно держит за руку. Может, эта белокурая женщина мачеха Тхэ Гёна? Джоанна? Я потеряла дар речи. Что тут происходит? Мир Дорам решил преподнести мне ещё один сюрприз? И наши с Тхэ Гёном отцы знакомы? Да как такое может быть? Это же не какой-нибудь там сериал! А… ну да… глупость сморозила…
— Я повторюсь, — уже рычал отец. — Что ты тут делаешь? Не потерплю, чтобы мой главный конкурент сидел на моём празднике.
— Вот как? — хмыкнул мужчина, продолжая улыбаться. — А если я предложу тебе сделку? Ты же любишь сделки, верно? Весь твой бизнес на этом построен, хоть и не совсем легален.
— Хе-хе-хе, — засмеялся каким-то утробным смехом отец. При этом часто кашляя и скрипя, как потёртое седло. — Сделка? С тобой? И что же ты мне можешь предложить такого, чего нет у меня?
— Ну, например деньги, — спокойно продолжал Гён Сун. — Ты ведь любишь деньги, верно? Я отдам тебе тридцать процентов своего бизнеса, и ты знаешь о каком именно бизнесе речь.
— А взамен…? — медленно произнёс отец, чувствуя вкус наживы.
— А взамен… — мужчина вновь посмотрел на меня, стоящую около фортепиано и всё крепче сжимающую микрофон. — Ты отпустишь свою дочь и навсегда оставишь её в покое.
— Ха-ха-ха! Что? Да будет тебе известно, хренов дирижёр, что Кэт тут по своей воле! — кричал и смеялся отец. — Я не заставлял её приезжать в Россию.
— Неужели? — спросил мужчина. — А у меня есть серьёзные доказательства того, что при вашей встрече в Сеуле ты её шантажировал. И ещё, пока ты не начал кричать, я знаю о твоём плане, — отец побледнел. — Решил слиться с итальянской мафией путём брака? Хороший ход. Особенно когда ты притворяешься больным и немощным стариком. На самом деле, как только брак вступит в законную форму, паренька ждёт только один конец — смерть. Но, а госпожа Кэт… от неё ты просто избавишься, как и раньше. Единственное, что тебя волнует — это деньги. Но вот вопрос, а ты уверен, что итальянцы будут так просты? Уверен, они всё тщательно проверят, прежде чем подпустят наследника на твою территорию.
Я даже дышать разучилась. Мафия? Итальянцы? Чем занимается отец Тхэ Гёна? И знает ли об этом сам Тхэ Гён? Что он от меня хочет? Почему торгуется за меня? А мой отец, он здоров? Это специально подстроено? Боже… голова кругом. Ничего не понимаю. То есть… он бы просто убил моего мужа, а меня вышвырнул за дверь и продолжал бы себе дальше жить, упиваясь властью и богатством? Что за безумие? Чёрт! Когда же этот сюжет кончится?!
Глаза отца сощурились. Ему было абсолютно наплевать, каково мне сейчас, когда я узнала правду. Женщина подошла и помогла мне сесть на один из освободившихся стульев, налив в пустой стакан обычной воды из графина. Я опустошила его залпом и даже не почувствовала. Прохладная рука Джоанны пожимала мне плечо, немного успокаивая. Женщина улыбалась, и в её взгляде не было и крупицы сомнений в своём муже.
— Зачем тебе девчонка? — настороженно спросил отец. — Из-за её голоса? Так ты себе легко можешь отыскать сотню таких, как она, и даже лучше. Связи есть.
— Таких, как она, я вряд ли найду, — задумчиво произнёс мужчина. — Скажем так… это ради «подрастающего будущего».
— Пф, всегда говорил загадками, — брезгливо бросил отец. — Если она так тебе нужна, то почему бы не поднять цену?
То есть, он даже не собирается меня сохранить или оставить при себе. Полное игнорирование. Я вещь, элемент бизнеса, деньги… но не человек. Теперь понятно, почему моя версия этой реальности так сильно ненавидела своего отца. Он чудовище. Копилка для денег. Вот и всё.
— И сколько ты хочешь? — спросил Хван Гён Сун.
— Пятьдесят процентов! — гордо бросил отец, после чего смачно улыбнулся. — Я хочу ровно половину того, что ты имеешь!
Видно, он был уверен в том, что Гён Сун откажется. Кто захочет отдавать половину нажитого за всю жизнь, так ещё за какую-то неизвестную девчонку? Естественно, никто. Но Хван Гён Сун спокойно достал из внутреннего кармана пиджака дорогую ручку и холодным, но мягким тоном спросил:
— Где подписать соглашение о сделке?
— Что? — шёпотом спросила я, так как иначе просто не могла. Шок буквально пульсировал в голове. Всё казалось каким-то нереальным. Именно в такие минуты человек говорит, что это происходит с кем угодно, но не с ним.
Отец нахмурился. Улыбка напрочь стёрта с его лица. Уверена, что сейчас он обдумывал, а не продешевил ли? Но он бизнесмен с большой и надёжной репутацией. И изменять своему слову не намерен.
— Можешь забирать девчонку, — небрежно махнул рукой в мою сторону. — Всё равно от неё толку, как от козла молока. Знаю, ты человек слова, так что о нашей сделке поговорим после. Юристы как раз набросают договор.
— Вот и отлично, — улыбаясь, ответил мужчина, возвращая ручку в свой карман и вставая из-за стола. После чего он посмотрел на меня: — Ну что? Идём?
Словно под гипнозом, я встала и при поддержке Джоанны вышла из зала собирать вещи. Мысли были словно в тумане. Единственное, что я отчётливо понимала, это то, что меня продали. Как вещь или скотину — продали.

2.

— Извини за этот цирк, — смеялся Гён Сун. — Понимаю, ты, наверное, в шоке от происходящего, но я постараюсь вкратце всё объяснить.
Мы сидели в его машине на заднем сидении, пока личный водитель вёз нас в аэропорт. Автомобиль изредка покачивало из стороны в сторону, но всё же поездка была весьма мягкой.
Мои вещи собрали быстро. Даже очень быстро. Может, по той простой причине, что я толком и не распаковывала их? Не знаю. В любом случае, сидя в одной машине с отцом и мачехой парня, который мне дорог, я чувствовала себя не в своей тарелке. Молчала и просто не знала, с чего начать разговор.
— Для начала поясню, — продолжал Хван Гён Сун. — Ты мне ничего не должна. Я это сделал по своей воле, хотя, вернее, воли моего сына.
— Тхэ Гён в этом замешан? — наконец-то задала я вопрос. Мужчина призадумался, а Джоанна лишь украдкой улыбнулась, смотря в окно.
— Ты знаешь, мой мальчик очень горд и высокомерен. Он не признаёт слабости, не просит помощи и никогда не признает своей ошибки. Для него это подобно смерти. Знаешь, когда он меня о чём-то в последний раз попросил? — я отрицательно покачала головой. — Тогда, когда ему было десять лет. Он попросил, чтобы я связался с его матерью для того, чтобы они сделали одно совместное фото. После этого дня он пролежал в больнице с неделю, поправляясь от анафилактического шока.
— Креветки, — поняла я.
— Креветки, — подтвердил мужчина, кивком головы. — После того дня мой сын изменился. Он больше никогда и ни о чём не просил меня. Даже сменил свой день рождения, чего я до сих пор не могу понять. Но вот недавно он позвонил и впервые за долгое время попросил о помощи. Моё удивление не передать словами. Однако он позвонил и впервые о чём-то попросил. Разве я мог ему отказать? — Гён Сун мягко засмеялся, не скрывая радости. — Правда, Тхэ Гён не знает всей правды о тебе и твоём отце. Да и моём бизнесе он мало что знает.
— Возможно, догадывается, — заметила Джоанна. — Не зря же он связался с тобой.
— Да, — кивнул мужчина. — Возможно, догадывается.
— И что же именно попросил Тхэ Гён? — спросила я.
— Хм… — мужчина задумчиво посмотрел на меня. — Ничего особенного. Просто попросил разобраться.
— Что-то я сомневаюсь, что выкуп девушки входит в его просьбу, — заметила я.
— Тебе не стоит об том волноваться, — произнесла Джоанна, похлопав меня по коленке. — Какая бы просьба не была у Тхэ Гёна, тебя это ни к чему не обязывает. Единственное, о чём мы попросим, это чтобы ты сходила на концерт группы A.N.JELL. Он пройдёт в Сеуле через неделю.
— Я знаю об этом. Так вы везёте меня в аэропорт?
— Да, — ответил Гён Сун. — Ты полетишь в Сеул, а дальше делай, что хочешь. Ты свободна и об отце можешь больше не беспокоиться.
— Но вы должны моему отцу половину…
— Милая, это всего лишь деньги, — произнесла Джоанна. — Сегодня есть, завтра нет. Они не столь важны, когда дело касается человеческих чувств.
— Моего сына уже однажды предала одна женщина, — более строго заметил Хван Гён Сун. — Уверенности в том, что он когда-либо оправится, не было никакой. Но если его сердце снова будет разбито… боюсь, что спасти его станет уже просто невозможно.
На это мне нечего было сказать. Он прав, но не совсем. Всё намного сложнее. Поэтому в дальнейшем я если и отвечала, то довольно короткими репликами, но обещание из меня они всё же вытянуть успели. Я должна сходить на концерт ребят. Они даже билет мне всучили на первые места. Просто посмотрю, как парни выступают, и уйду. Вот только куда?

3.

Да, именно. Я вновь в Сеуле.
Мир Дорам провернул невероятную петлю с Сюжетом, и теперь я в том самом месте, где и начинала. Но что мне делать? Куда идти? Я стою в аэропорту со своими вещами и тупо пялюсь на ряд таксистов, выжидающих клиентов. Правильнее было бы позвонить Феликсу и поехать к нему. Тем более, он давно зовёт к себе, встретиться, но не успела я даже телефон из сумки достать, как меня засекли фанаты и стали фотографировать.
— Это Кэт! Точно! Кэт! Это Кэт! — верещали парни и девушки. Все хотели со мной сфотографироваться и получить автограф, а вот я вообще не хотела, чтобы меня заметили. Пришлось брать первую же попавшуюся машину и просить, чтобы побыстрей увезли в центр города.
Что касается денег… ну, на первое время хватит. Неделю или две точно. А дальше как повезёт.
Зазвонил сотовый телефон. На экране всплыло имя «Дядя». Ой-ёй! И часа не прошло, как он уже тут как тут. Что же делать? Сбросить вызов? Нет, так не получится. Будет трезвонить до последнего. Ладно, приму.
— Алло? — медленно протянула я.
— Кэт, ты в Сеуле? — сразу перешёл к делу президент Ан. — Один из моих знакомых видел тебя недавно в аэропорту.
— Эм, он ошибся! — бросила я, наиграно смеясь.
— Куда едем, девушка? Время — деньги, знаете ли, — грубо спросил таксист, спалив всю контору.
— Ты в Сеуле, — понял президент Ан. — Ладно, это не телефонный разговор. Езжай сразу в студию. Там и поговорим.
— Нет, дядя, — тут же ответила я. — Я не хочу, чтобы остальные знали, что я в городе.
— В смысле не хочешь, чтобы знали, Кэт? — повысил тон в голосе президент Ан. — Ты хоть знаешь, что уже на протяжении недели каждый из парней допытывается у меня подробностей на счёт тебя? Тхэ Гён, правда, всё узнал ещё в первый день и больше не поднимал этот разговор, но вот Джереми… даже не здоровается, сразу спрашивает, где ты и когда вернёшься. А на носу выступление, да и Шин У с Ми Нё свадьбу решили сыграть.
— Что? — удивилась я.
— А ты не знаешь? Эта парочка решила сыграть свадьбу до того, как Ми Нё уедет на несколько недель в Африку миссионеркой. Одна из монахинь попросила её о помощи, и Ми Нё не смогла ей отказать. Уезжает она сразу после концерта. Вот и получается, что на этой неделе ожидается свадьба, а после неё сразу концерт. Правда, не такая шумная, как принято. Чисто для своих. Потом, когда Ми Нё вернётся, устроим шумное веселье для фанатов и прессы.
— Ясно, — уже более спокойно отозвалась я. — Рада за них.
— А разве ты не для этого вернулась? Хотя… не рассказывай пока, — притормозил президент Ан. — Слушай, если не хочешь, чтобы тебя видели, то есть одно неплохое место, где часто останавливаются звёзды. Отель дорогой, но зато туда ни пресса, ни фанаты не проникнут. Идёт?
— Идёт, — улыбнулась я.
— Отлично! — воскликнул мужчина, радуясь, что смог мне помочь. — Итак, слушай адрес…

4.

Отель, в который меня заселил президент Ан, был шикарен. Всё на высшем уровне, и я чувствовала себя тут куском грязи, которому здесь не место. Однако стоило мне появиться, как ко мне подошли несколько молодых парней в официальных костюмах. Парни с улыбкой поклонились.
— Добрый вечер, госпожа Кэт, — произнёс один из них. — Ваш номер готов. Позвольте провести вас и помочь с доставкой вещей.
Ого! Обслуживание на высшем уровне! Мне уже здесь нравится. Вроде, скоро и дядя должен подъехать. Ему придётся коротко объяснить, почему я здесь. Эх… хотя вообще не хочется вдаваться в подробности. Может, удастся избежать сего момента? Я была бы просто счастлива.
Один из администраторов отеля провёл меня через лифт на восьмой этаж, где мы вышли в длинный освещённый десятками бра коридор. Но не успели мы дойти до нужного номера, как одна дверь открылась и оттуда вышла Мо Хва Ран, готовясь к небольшой прогулке. По выражению её лица было ясно, что к такой встрече она не готовилась. Да что там, меня саму словно ледяной водой окатило. Вот она, стоит в двух метрах от меня.
— Добрый вечер, — поздоровался с ней администратор и прошёл дальше. Я попыталась последовать его примеру и пройти мимо женщины, но меня тут же взяли за локоть в попытке остановить.
— Прошу, подожди, — громко произнесла Хва Ран, однако, заметив, как данный жест был для меня неожидан, отпустила мою руку, сделав шаг назад. — Прости, — тут же произнесла она, отведя взор в сторону. — У тебя… найдётся… всего минутка? О большем я не прошу.
Молодой парень смерил нас непонимающим взглядом, но, когда понял, что мы знакомы, улыбнулся и кивнул. Мои вещи спокойно были доставлены в номер, в то время как я сама зашла в то отделение, где живёт Мо Хва Ран.
— Понимаю, ты, наверное, считаешь меня чудовищем или монстром, — начала женщина, когда я села на один из предложенных ей диванов.
— Нет, — спокойно ответила я. — По правде сказать, мне вас даже жаль. В погоне за призрачной любовью, которой никогда не было, вы упустили ту, что дарована вам с самого начала. Из-за своих поступков, теперь вы лишились всего.
— Тогда… тогда ты понимаешь, каково мне сейчас! — дрожащим голосом произнесла Хва Ран. — Тхэ Гён… он… раньше я всегда его считала чем-то постоянным. Думала, что он никогда от меня не отвернётся. Всегда прибежит, стоит только позвать. Но сейчас… он полностью игнорирует меня. Его будто подменили. Стал злым и хладнокровным. Не отвечает на звонки, не приходит, а при встрече старается даже не смотреть в глаза, словно мы незнакомы. Я…
— Получили то, что заслужили, — перебила я её. — Мо Хва Ран, Тхэ Гён довольно преданный, словно пёс. Но всему приходит конец. Тот человек, которому вы должны были дарить любовь хотя бы только потому, что он родился на свет, получал от вас одну лишь боль и неприязнь. Вы первая предали его, а он просто отплатил вам той же монетой.
— Н-но… й-й-я… — женщина стала сильнее заикаться. Слёзы полились рекой. Она уже даже стала переходить на рыдания, вытащив из сумочки платок и прижимая его к лицу.
— Что? — продолжала я, игнорируя слёзы. — Не думали, что такое может произойти? Может.
— Что же мне делать? — спросила женщина. — Может, если ты поговоришь с ним…
— Эх, — вздохнула я. — Как не посмотри, а вы всё же его мать. Просто встретьтесь с ним и попросите прощения. И не забывайте, — я встала с диванчика, направляясь к выходу, — что, для начала, вы мать, а потом уже певица, знаменитость и так далее.
Женщина провела меня взглядом, но около самой двери неожиданно крикнула:
— А ты? Что собираешься делать ты? — я остановилась и с непониманием посмотрела на Мо Хва Ран. — Я ясно вижу, что ты любишь моего сына. Сильно любишь. Так почему убегаешь от этого чувства?
— Лучше плохой конец, чем никакого, верно? — с улыбкой отозвалась я, вызывая замешательство в глазах женщины, и прежде, чем она успела задать ещё хоть один вопрос, покинула её номер, направившись в свой.

5.

М-да… спорить с президентом Аном просто невозможно! Он постоянно вскакивал, переходил из одного места на другое и заверял, что я ходячий «джек-пот», который необходимо быстрей разыграть на поле игры. Все режиссеры бастуют и требуют моего немедленного возвращения. Ещё бы, сколько контрактов прогорает. Дядя в ярости!
В итоге сошлись на том, что я как бы беру отпуск и всё это время отдыхаю. Контракты не сгорают, а просто переносится на другое время. После концерта, что пройдёт в конце недели, мне дадут ещё немного времени, и Кошка вновь вернётся на арену сцены.
Про то, как я выбралась из России, президент не спрашивал. Сказал, что это не так важно, если я не хочу об этом говорить. Потом, когда будет желание, он меня выслушает, а пока… что делать с парнями? В сети появились фотки, как я стою в аэропорту. Естественно, президента Ана донимают и требуют подробностей. Он же, как-никак, самый близкий родственник. Но тот отмалчивается, только ещё больше загружая парней работой, чтобы не разговаривать с ними на эту тему.
Правда, случился один непредсказуемый случай. Через пару дней, в течение которых дядя каждый вечер приезжал ко мне и рассказывал, что происходит в группе, с ним увязалась Ми Нё. Да как увязалась! Прыгнула в багажник и проследила весь путь до номера отеля. В итоге девушка поняла, где я живу. Но сам президент не в курсе. Он, как обычно, навестил меня, потратил полчаса на проповеди о том, что меня ждёт великое будущее, а потом, всё так же ни с чем, ушёл домой.
И именно тогда в дверь постучались. Естественно, я подумала, что это дядя. Ну, мало ли? Забыл что-нибудь. Однако перед дверьми стояла девушка и мило улыбалась мне.
— Ми Нё?! — удивилась я, на что меня тут же радостно обняли.
— Ура! Я тебя нашла!
— Вот блин…
В общем, через час — другой выяснилось, что Ми Нё меня уже довольно давно ищет. На носу свадьба (а если точнее — уже завтра), а меня как бы даже и не пригласили. Вернее, пригласить хотели, но лично. С глазу на глаз, но ни точного адреса, ни даже возможности поговорить в сети у Ми Нё нет. Да и как только я переехала в отель, с интернетом стали возникать проблемы. Но я в сообщениях каждому, кто спрашивал, об этом сказала. Особенно Джереми, что очень любил со мной по скайпу поболтать.
Но рано или поздно придётся дойти до самой серьёзной темы, а именно:
— Кэт, — произнесла девушка, беря мои ладони. — Ты должна быть на моей свадьбе. Прошу!
Девушка стала смотреть на меня щенячьими глазками. С одной стороны, почему нет? Мы же подруги! Я и правда обязана там быть. Сколько пришлось пройти ради её счастья? Но при одной мысли, что мне придётся встречаться с парнями, а особенно с Тхэ Гёном… Боже, моё сердце уже от одной мысли колотится, как сумасшедшее. А что будет, если это в действительности произойдёт? Да я не вынесу!
Нет-нет-нет! Этого не должно произойти. Последние слова были сказаны. Последняя сцена позади. Мне страшно… чёрт, мне очень страшно! Конец близится, а соблазн так велик…
— Это всё из-за хённима? — тихонько поинтересовалась Ми Нё, попадая прямо в десятку. — После твоего уезда он изменился.
— Мне это уже говорили, — кивнула я.
— Он практически не отдыхает и не проводит с ребятами время, — продолжала Ми Нё. — Всё время работает, а моего брата вообще не замечает. Словно его и нет. Знаешь, сейчас я живу в твоей комнате с тётей.
— О! Тётушка Ми Джа вернулась? — удивилась я.
— Да, — улыбнулась Ми Нё. — Она постоянно готовит завтраки, но никто не ест утром. Все работают, и тётя с грустью вспоминает тебя, уверяя, что если бы была ты, то точно всё съела бы и даже добавки попросила.
— Хех, может быть, — усмехнулась я. — С ней было весело.
— Кэт, ты должна прийти! — настаивала Ми Нё. — Это будет у нас в общежитии. На крыше здания. Как обычно.
— Ми Нё, ну вот как ты себе это представляешь? — вздохнула я. — Нет, не получится.
— Но что же делать? — с грустью произнесла девушка, обдумывая все варианты, и тут её лицо повеселело. — О! Точно!

6.

Да, именно. Вы не ошиблись. Я иду на свадьбу. Ага. Вот только как? Это уже совсем другая история. Если коротко, Ми Нё задумала ход конём. То есть заверила всех, что из монастыря, в котором она росла, приедет её подруга —
сестра София. Почему сестра София? Не знаю. Вроде, в том монастыре кошка была, и все ту кошку называли Софией. В общем, я теперь та самая сестра София. Меня одели в платье монахини, принадлежавшее раньше Ми Нё, а на голову надели большую белоснежную косынку с марлей спереди, которая полностью прятала лицо. Платье было лёгким, длинным и сохранявшим голубые и белые тона. Очень красивым. Мне нравится. И на мне сидело просто идеально.
Я монашка! Жесть! Что только ради подруги не сделаешь!
В общем, договорились на том, что я не говорю. То есть Ми Нё предупредила всех, будто я несу какой-то особый «обет молчания», и мне не положено говорить, но в честь свадьбы я все же пришла к старой подруге.
К нашему «шоу» также присоединился Ми Нам, который точно знает, с кем дружила его сестра в детстве. Кстати, он меня до общежития и довёз. Правда, на мотоцикле Джереми, но не суть. Видно, они с блондином хорошо подружились, раз Джереми доверяет этому парню свой транспорт. Проехались с ветерком. Раз двадцать чуть не потеряла не только свой головной убор, но и волосы вместе с ним. М-да… монашка на байке — зрелище не для слабонервных.
В общем, церемония была довольно… быстрой. Я стояла в стороне и практически не слышала, что говорят друг другу Ми Нё и Шин У. Но после обмены колец, все воскликнули «Поздравляем», и тысяча лепестков роз закружились над нашими головами. На церемонии и правда были только свои. Менеджер Ма и координатор Ван ревели в три ручья, обнимая друг друга. Тётя Ми Джа и Президент Ан сидели рядом с ними, хлопая менеджера по плечам и уверяя, что теперь у этой пары всё будет хорошо. Джереми рыдал не слабее менеджера и обнимал Джоли. Его, видно, совсем не заботила золотистая шерсть на черном официальном костюме. Ми Нам о чём-то говорил с Ю Хе И, которая всё время делала вид, что он ей не нужен, но в тоже время держала парня за руку. Может, она изменилась с тех пор? Не знаю… Тхэ Гён также поздравил пару, но потом предупредил, что ему надо будет уйти пораньше, так как он работает. Никто не удивился, и все даже как-то не обратили на это внимания.
Странно. Я боялась, что мой образ привлечёт общее внимание, но нет. Никто даже не смотрел на меня. Все прекрасно знали, что это сестра София. Не говорит, не пьёт и лица не показывает. Как по мне — шикарное начало для фильмов ужасов, но в мире Дорам на это, видно, свои взгляды.
Началась гулянка.
Все пили, смеялись, а особо желающие и караоке на крышу вытащить умудрились. На улице давно стемнело, но веселье только нарастало и приобретало новые обороты. Правда, как и сказал Тхэ Гён, он недолго посидел с компанией. Встал из-за стола и собирался уйти внутрь, но его остановил Джереми.
— Хён, подожди! Давай хотя бы сфотографируемся на память! — блондин вскочил на ноги и откуда-то из-под стола достал неплохой фотоаппарат. — Для истории!
Тхэ Гён вздохнул и кивнул. Пошла серия фотографий. Шин У и Ми Нё, Джереми и Шин У, Джереми и Ми Нё, Тхэ Гён и Шин У, Тхэ Гён и Ми Нё и так далее. Все хотели сфотографироваться, особыми активистами были президент Ан и менеджер Ма. И всё бы ничего. Я тоже собиралась вскоре свалить отсюда. Основной долг выполнен. Но нет… Всем на пьяную голову захотелось со мной сфотографироваться, хотя, по сути, они даже не знали, кто я. Первым рядом встал менеджер Ма.
— Сестра, смотрите сюда! — кричал Джереми, сжимая камеру трясущимися руками. Ой, чует моё сердце, это добром не кончится. Вспышка. Отлично, можно идти. — Вау! Как классно получилось! — вот чёрт! Джереми посмотрел сделанную фотографию в цифровом варианте. — Очень круто! Хён, — обратился Джереми к Тхэ Гёну, который стоял рядом и с нахмуренным лицом следил за нашей сценой. — Вот, возьми! — он протянул тому фотоаппарат. — Сфотографируй меня с сестрой Софией!
Блондин быстро подскочил ко мне и схватил под руку. Ой-ёй, я начинаю волноваться. Тхэ Гён настроил камеру и сделал несколько фотографий. Причём Джереми просил всего об одной, но он сделал ещё и ещё, проверяя качество каждого снимка. Теперь уже не только брови были нахмурены, но и губы вытянулись трубочкой. По лицу парня понятно, что он чувствует лапшу на ушах.
— Давай мне, — к солисту подошёл Шин У, предлагая передать ему в руки фотоаппарат. — Ты, вроде, уходить собирался.
— Ну да, — протянул парень, косясь в мою сторону. — Собирался…
Беги, Кэт, беги!!! — именно это сейчас отстукивало моё сердце. Ноги буквально задрожали. Хорошо, что юбка длинная, и ничего не видно.
— Но сегодня же как-никак свадьба, — тут же добавил Тхэ Гён, улыбаясь, чем многих ввёл в ступор. — Такой момент упускать…
— Вот это правильно! — поддержал Тхэ Гёна президент Ан, хлопая парня по спине. — Вот это по-нашему!
Дальше шёл какой-то аншлаг! Президент Ан всё время произносил душевные тосты. Причём, чем больше он пил, тем длиннее эти тосты становились. Менеджера Ма же тянуло танцевать и петь. Причём пел он ну просто ужасно, но зато душевно. Ми Нё и Ми Нам также танцевали, а потом и вовсе устроили игру — «Найди Ми Нам!». Парня накрасили, а на голову надели фату. Никто не угадал с первого раза. Уж очень похожи. Даже Шин У был в неком недоумении… в начале, но потом свою жену всё же отыскал.
Мне приходилось питаться через головную накидку. А это, я вам скажу, очень трудно. Еда так и норовит сползти с ложки, с вилки и даже с обычных палочек. Но всё забылось, когда рядом со мной кто-то сел. Ох, как же глубоко ускакало моё сердечко, когда я поняла, что этот «кто-то» — Тхэ Гён. Он вёл себя весьма спокойно. Улыбался и, видимо, полностью сосредоточился на игре «Найди Ми Нам!». Странно, мне говорили, что сейчас парень мрачнее тучи, а нет. Вон, улыбается и смеётся. И от одной этой улыбки… ночное небо вновь становится розовым…
Нет! Кэт! Соберись! Ты монашка! Вернее, ты Помощник! Пора собраться с мыслями и понять, что можно, а что — нет.
— Хороший сегодня вечер, не так ли? — услышала я голос Тхэ Гёна. Это он ко мне? Ну… ладно. Я кивнула головой. Отвечать нельзя. — Вы, наверное, с Ми Нё в хороших отношениях, раз она пригласила вас сюда, сестра София, — очередной кивок. Самое интересное — на нас никто не обращал внимания. Ну, разве что Ю Хе И. Но её больше привлекал сам Тхэ Гён, нежели то, что он делает. — Сестра София, вы же приближены к Всевышнему, — я с непониманием посмотрела на парня. Что он несёт? А потом вспомнила, что я же монахиня. Кивнула головой, хоть и запоздало. — Это хорошо, — улыбнулся Тхэ Гён. — Не возражаете, если я исповедуюсь?
Паника! Дикая паника! Ми Нё! Спасай! Я влипаю в неприятности! По твоей вине!
Замахала руками, выражая знак протеста и отказа. Мне такое приключение не надо. Более того, я встала, и уже побежала к выходу, но парень оказался ловче. Взял меня за ладонь и вернул обратно.
— Ну что же вы, сестра? — спросил парень, удивленно округляя глаза. — Вас же просят всего лишь выслушать.
Кто-нибудь… помогите! Эта кара мне за то, что я оделась монахиней, хотя той не являюсь. Вот точно кара. Сейчас он мне устроит. Но, может, всё же попытаться доиграть роль? Руку он мою всё ещё не отпускает. Ладонь такая тёплая… Кивнула головой, соглашаясь на предложение парня. Ну, послушаем, что он там скажет.
— Знаете, сестра София, у меня был ручной зверёк, — ну, начало довольно безобидное. Но что за зверёк? Может, про детство говорит? — Это котёнок, — ой, что-то мне нехорошо. — Я прикормил его, защищал и оберегал, но потом котёнок оказался Бродячей Кошкой. Сколько бы я его не прикармливал, он всё равно ушёл. Что же ему не понравилось? — парень замолчал, смотря на меня. Чего он ждёт? Ответа? Хрен там! Я только слушаю, не говорю. — Хотя, возможно, тут и моей вины предостаточно. Слишком давил, отнимая свободу. Но что можно требовать от обычного Домашнего Пса?
Я украдкой глянула на его запястье. То самое, на котором должен был быть браслет. Его до сих пор не видно. Неужели снял? Или за одежду спрятал?
Вот бы увидеть.
— Котёнок-то у меня прожорливый был, — вздохнул Тхэ Гён. Чего-чего? Какого? Чего это я прожорливый? — Сосиски со стола таскал… — Брехня! Клевета! Когда это я у него со стола сосиски таскала? Что он вообще несёт? — И в лоток не ходил, на тапки покушался…
— Это было всего один раз! — злобно бросила я. — И то в момент ссоры!
— И одного раза достаточно, — довольно усмехнулся Тхэ Гён. А до меня, наконец, дошло, что вся конспирация полетела к чёртям. Тяжело вздохнув, признала своё поражение. — Ну, здравствуй, Кэт.
— Давно ты понял? — негромко спросила я.
— Так хорошо на фотографиях получается только один человек, — заметил солист. — И это при том, что лица не видно.
— Ясно, — вновь поднялась на ноги и направилась к выходу.
— Куда ты? — спросил Тхэ Гён, следуя за мной.
— Я пришла на свадьбу своих друзей, — бросила через плечо. — Но меня разоблачили. Пора уходить.
Приподняв спереди юбку, я быстро спускалась по внутренней лестнице. В здании музыка и смех, доносившиеся с крыши, казались приглушёнными. Кругом горел свет, хотя все жильцы давно веселились наверху. Я сняла головной убор, открыв своё лицо. Темно-русые волосы широкими кудрями упали на плечи и спину. Дышать стало значительно легче.
— Кэт, — около самой двери меня вновь остановил Тхэ Гён, схватив за локоть. — Не уходи.
— Тхэ Гён… — сердце билось так быстро, что мне казалось, будто в груди его заменили на небольшой механический моторчик. — Мы уже говорили, что…
— Знаю, — перебил меня парень. — После «счастливого конца» Ми Нё и Шин У дорама закончится. И все персонажи забудут о том, кто они есть, проснувшись в новых историях. Это касается и меня. Только ты будешь помнить всё, но, прошу… — я почувствовала, как Тхэ Гён подходит ко мне со спины и, обнимая за талию, прячет лицо в моих волосах. — Позволь мне побыть ещё немного эгоистом. Ты говорила, что и я главный герой. Тогда где же мой «счастливый конец»?
— Тхэ Гён… — было больно говорить, было больно дышать, было больно думать о том, что это конец.
— Я эгоист и прошу о невозможном, — продолжал парень. — Я не знаю, когда кончится эта дорама. Не знаю, где я окажусь и в какой истории. Не знаю, что за сценарий мне выпадет. Но я уверен в другом: то, что я чувствую сейчас — настоящее. И я не смогу без тебя. Поэтому… останься.
Слёзы невозможно было остановить. Ноги стали ватными и просто приросли к полу. Логика кричала — уходи, нельзя, будет только больнее, но я не могла и шагу сделать. Сердце уговаривало поддаться искушению и забыться, хоть на мгновение. Хотя бы на чуть-чуть, пока есть возможность — быть счастливой. Разве я многого прошу?
Тхэ Гён развернул меня к себе лицом и обхватив щёки ладонями, вытирая подушечками пальцев выступившие слёзы.
— Я люблю тебя, Кэт, — произнёс он мягко, но уверенно. — И буду говорить тебе это каждый день из тех, что у нас остались. Я люблю тебя. И никуда не отпущу.
— Я остаюсь… — прошептала я, радуясь своему решению. Понимаю, что это приведёт к ещё большим проблемам, но это будет потом, а сейчас… — Я никуда не уйду.
Тхэ Гён поцеловал меня, выражая всю свою любовь, радость и заботу. Обнимал, словно боялся вновь потерять, и смеялся, не веря своему счастью. М-да…. Кэт, ты только что сама себе подписала приговор. Ну и к чёрту всё! Мир Дорам, ты засранец! Остальное не важно.
Мы решили вернуться к ребятам и уже в открытую представиться. Ох, ну и лица были у каждого, когда друзья поняли, что рядом с ними была я. Правда, Шин У ничуть не удивился. Сказал лишь, что рад меня видеть. Он точно с самого начала знал, кто я такая. Правда, Ю Хе И такой компании ничуть не обрадовалась и сильнее прижалась к Ми Наму, стараясь вызвать ревность у Тхэ Гёна. Но нам было всё равно.
Джереми, правда, чуть не раздавил меня в объятиях и вновь заплакал. Он так скучал. На смену ему пришли менеджер Ма и координатор Ван. Даже тётя Ми Джа пустила слезу и побежала меня обнимать, приговаривая: «Непутёвая, ну где же ты была? Голодная, наверное? Вот, покушай вот этого. Сама готовила. И вот это тоже попробуй. И вот это…».
Я отправлялась в этот мир с одной целью — объединить два любящих сердца, которые идеально друг другу подходят. Но не заметила, как сама влюбилась и обрела огромную любящую семью. Стоит ли этого приключение? Конечно, стоит. О цене же поговорим потом.

7.

Концерт прошёл на высшем уровне.
Какой же у всех был восторг, когда одну из песен мы спели с Тхэ Гёном дуэтом. Про нас и раньше ходили слухи, но теперь от них просто не избавиться. Но нам было всё нипочём. Да и на сцену я вышла только под хоровое упрашивание президента Ана и менеджера Ма. Мол, Кошка вернулась!
Помню, что в гримёрной Джереми как-то раз сказал Тхэ Гёну, что если он меня опять обидит, то получит по самое не балуйся. А в конце добавил: «Высокомерный Осёл!». Это было что-то. Я долго хихикала, подначивая Тхэ Гёна, что у меня есть покровители, которые и побить его могут. Забавно то, что и сам Тхэ Гён смеялся.
Презентация шестого альбома вышла потрясающей. Хоть по голосованию на фан-сайте самым популярным среди A.N.JELL стал Ми Нам, фанаты раз за разом звали на сцену Тхэ Гёна и меня, прося спеть ещё что-нибудь. Это был фурор, и дядя уже за кулисами говорил, что мировая музыкальная сцена не за горами.
Тхэ Гён постоянно смеялся, забыв напрочь о своей маске. Ю Хе И это часто бесило, но поделать с этим она ничего не могла. Хотя бывало так, что она скажет парню несколько гадостей, чтобы потешить своё самолюбие. Но это уже больше было похоже на реакцию обычной брошенной девушки. Всё нормально.
Также солист помирился с Мо Хва Ран. Она всё же набралась смелости и пришла к нему. Не знаю, о чём был разговор, но впервые после разговора с матерью, он выглядел… свободным. Словно долгое время тащил на спине груз, но наконец-то лишился его.
Ми Нё, как и обещала, уехала на несколько недель в Африку, помогать местным детям. Конечно, Шин У не хотел её отпускать, но… миссионерское дело очень важно для Ми Нё. Всё же раньше она хотела стать монахиней, служить в церкви, а ещё лучше — уехать в Рим. Но судьба распорядилась по-своему. И о своём выборе девушка не жалеет.
Как-то поздним вечером, я и Тхэ Гён сидели на крыше общежития, глядя на сверкающие огни ночного города. Они манили и притягивали к себе. Зачастую в таких ситуациях мы говорили о чём угодно, даже смели строить планы на будущее. Но сегодня Тхэ Гён позвал меня, так как хотел кое-что передать.
— Что же это? — с любопытством спросила я, облокачиваясь на перила.
— Помнишь, мы должны были встретиться на крыше студии? — я кивнула. Такое не забудешь. — Вот! — парень достал из кармана небольшую цепочку, на которой висел кулон в форме отпечатка кошачьей лапки. Также на ней имелись драгоценные камни, позволяя кулону красиво сверкать в лучах света. — Нравится? — кулон опустился мне в ладонь.
— Да, — улыбнулась я. — Очень! — присмотрелась. — А это кошачья или собачья лапка?
— Будто я спрашивал! — фыркнул Тхэ Гён. — Не нравится — верни, — он тут же потянул пальцы в сторону украшения.
— Нравится-нравится! — заверила я, пряча ладошки и отодвигая кулончик в сторону. — Очень-очень нравится!
Тхэ Гён немного успокоился, гордо задрав подбородок, но, видно, ему этого было мало, и он спросил:
— Будешь носить? — я кивнула и тут же в доказательство попыталась надеть украшение, вот только застегнуть его на себе оказалось трудновато. — Давай помогу, — предложил солист, беря цепочку в свои руки и застёгивая её за спиной. — Ну вот, теперь, посмотрев на кулон, будешь вспоминать меня.
— Я и так не забуду тебя, Тхэ Гён, — улыбаясь, заверила парня. Правда, в моём голосе всё равно скользнула грусть.
— Кэт, я хотел попросить тебя кое о чём, — неожиданно начал солист, я внимательно на него посмотрела. Его взор был устремлён куда-то вдаль, хотя, зная о его куриной слепоте, уверена, что в основном он видит лишь темноту. — Не возвращайся в свой мир.
— Что? — это было несколько неожиданно.
— Не возвращайся в свою реальность, останься тут, — голос стал настойчивее и наши взгляды встретились. — Более того, найди меня! Кем бы я ни был, напомни о том, кем мы были друг другу. Или постарайся влюбить вновь. Я уверен, это будет быстро.
— Но Тхэ Гён…
— Пожалуйста, — просил парень, беря меня за руки. — Просто… найди меня, — на лице мелькнула боль.
— Хорошо, — мягко произнесла я, прикоснувшись ладонью к его лицу. — Я останусь и найду тебя.
Неожиданно заиграла музыка, которая, казалось, звучит со всех сторон. Она была настолько громкой, что я собственных мыслей не слышала. Ритм был быстрым и радостным, символизирующим о том, что сериал подошёл к концу. А источники света с каждой секундой становились всё ярче и ярче, ослепляя нас.
— Что это за музыка? И что со светом? — услышала я громкий голос Тхэ Гёна.
— Что? — удивилась я. — Ты её слышишь?
— Стоп! Неужели это…? — до парня стало доходить. Он крепко схватил меня за плечи. — Кэт!
— Хван Тхэ Гён, — хотелось успокоить его, так как на лице солиста отчётливо читался ужас. Но как мне это сделать? Ах, ну да… — Я хочу сказать тебе, как меня зовут!
— Что? — не понимал он.
— Моё настоящее имя… Катерина! — и я ни о чём не жалею. — Катерина! — повторила я. — Кэтрин! Кэт!
Имя произнесено. Осознано. Отныне и навсегда, путь в мою реальность мне закрыт. Теперь эта реальность навсегда стала мне домом. Странно, но моё признание успокоило Тхэ Гёна. Он улыбнулся и с поклоном поцеловал тыльную сторону моей ладони, в знак «знакомства».
Свет стал ярче, а музыка громче. Теперь я совершенно ничего не видела и не слышала, а секунду спустя и не чувствовала. Самый яркий источник света… это же портал, верно? Вот только он теперь для меня закрыт. Как и всё остальное.
Прощай, дорама «Ангел: Ты прекрасен!». Ты стала мне настоящим другом и домом. Но что же ждёт меня теперь?



Зозо Кат

Отредактировано: 24.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться