Моё тёмное солнце

26.07

-- Как скажете, -- ухмыльнулся букмекер Аморасса, жалея лишь о том, что самолично не поймал эту дрянь.

Она нравилась ему, возбуждала, будоражила в нем нечто давно забытое, темное, пробуждала звериное и просто оживляла серые будни однотипной работы. Не говоря уже о том, что осознание того, насколько сильно важна девчонка императору, приносило удовлетворение внутреннему эго и тешило самолюбие. Конечно, отыскать замену не составит труда, ведь Вэндел не впервые практикует такое, однако нельзя не признать, что так долго с одной и той же он не был давно. Этой лисе было, что ему рассказать долгими холодными ночами, хотя, скорее, всё дело в её искалеченной душе.

Была у букместера ещё одна неприятная черта, а именно получать некое извращенное наслаждение от страданий другого. Собственно, потому он и подался в букмекеры жуткой и пугающей лишь своим одним названием арены. Впрочем, никто и не говорит, будто у самого Вэндела душа здоровая. У него за спиной тоже имелось то, что никому бы не хотелось рассказать, то, что сделало из него того, кем ныне он являлся.

И сейчас, быстрым шагом возвращаясь к своему телепортисту, мужчина мысленно проклинал мертвую ведьму, которая, сбегая, взорвала часть главной башни с темницами, тем самым выпустив на свободу более ста пленных! Из-за неё до сих пор отлавливали по всему острову рабов.

Император в это же время, медленно спускаясь по винтовой лестнице, испытывал совершенно другие чувства. Там уж точно не было ненависти или гнева, скорее, раздражение и разочарование, а еще странное неприятное чувство горечи, которое лишь усилилось, стоило ему пройти низкую арку, разделяющую коридор и Серебряный зал, где брат проводил собственные исследования.

Тусклый свет выделил из тьмы каменное ложе, на котором находилось изувеченное тело той, что так сильно жаждала мести.

-- Ты бы хотела, чтобы было все наоборот, не так ли, маленькая лгунья?

Казалось, она проста спит. Длинные рыжие волосы покрывалом спадают на пол, бледные тонкие руки перекрещены на груди, а когда-то яркие веснушки ныне просто исчезли с осунувшегося лица.

Тело проклятой интересовало Альнара, который с самой первой их встречи мечтал изучить силу и кровь упрямой девчонки, а Айкан хотел лишь, чтобы рано или поздно она склонилась перед ним, признала глупость, которую совершила, и поняла, как сильно ошибалась. Он по-настоящему надеялся, что ему удастся сломить её, удастся склонить на свою сторону. Столь сильный маг был просто необходим Империи, не говоря уже о том, кем на самом деле являлась Кори.

Хотя кого он обманывает? Главная причина, по которой он не убил её, не только в этом…

Мужчина вновь поднял тяжелый взгляд на хрупкое изломанное тело. Такого же изломанного, как и её душа, что так долго сопротивлялась. Не так он представлял их встречу. Не так.

-- Может быть, гуманнее было бы тебя в самом деле казнить? -- вспомнил он вдруг последнюю просьбу предательницы, невольно сжимая кулаки и отворачиваясь. – Жаль, что наши пути не пересеклись иначе, тогда бы ты разделила мои взгляды.

-- Не думаю…