Моё желтоглазое чудо 2

Размер шрифта: - +

Отступление 8

Шер пришел в себя, с хрипом втягивая воздух в легкие. Тут же зашелся каркающим кашлем — слишком много пыли втянулось с этим самым воздухом.

Медленно сел, прижимая ладонь ко рту, сделал несколько хрипящих, судорожных вдохов сквозь кашель. И поднял чернеющий взгляд из-под спутанной челки.

— Маленькая стерва… Ты все же исхитрилась меня убить.

Звук собственного голоса, хрипящего, словно сорванного, заставил его поморщиться и скривить губы. Это всегда выбешивало — вот так вот возвращаться, приходить в себя, напоминать телу, что ни тело, ни он больше не мертвы. Прикрыв глаза, парень попытался дышать ровно и чисто. Через несколько глубоких, размеренных вдохов у него это даже получилось.

И сейчас на самом деле главное не дать воли ярости, просыпающейся каждый раз, стоит ненадолго отлучиться из этой реальности.

Медленно, слегка покачнувшись, Шеридан поднялся на ноги, сделал неуверенный шаг, за ним еще один.
К тому моменту, как парень подошел к двери, от слабости, кажется, не осталось и следа. Но он все же оперся о створку ладонью, на миг опустив голову и пытаясь унять ярость, бушующую в груди.

— Ты не должен ее убивать. Ты обещал, — повторил сам себе и попытался уверовать в свои слова.

Голос звучал уже ровнее, но он все равно снова поморщился, хоть в этот раз уже больше от смысла сказанного, чем от того как это прозвучало. Не мстить убившему тебя — это не так уж и легко. Особенно после веков практики. Но в этот раз действительно нельзя. По крайней мере, прямо сейчас.

Рывком поправив плащ и тем самым взметнув во все стороны облака пыли, Шеридан потряс головой, вытряхивая из волос все ту же пыль и зацепившиеся за пряди мелкие щепки, после чего уверенно покинул комнату.

За дверью его ждал волк. Парень заглянул ему в глаза и словно сам увидел события, произошедшие, пока он… пока его не было.

Прошло три дня. Волки заблокировали кошку в соседней комнате, и стерегут по сей час. Но большая часть стаи ушла на поддержание барьера, так что остались только вожак и еще трое. В последние сутки они не покидали дом, поэтому новостей нет. До того наблюдение показывало, что клан всеми силами продолжает искать свою главу, правдами и неправдами выискивая хоть какую-то информацию. А сила Граничного Принца продолжала колебаться, нарастая.

— Чтож, — походя потрепав зверя по холке, пробормотал Шеридан. — Пришло время посмотреть в ее глаза.

Амелия обнаружилась там, где и показал волк. Некогда надменная кошка выглядела, как побитая жизнью собака: одежда была порвана, волосы свисали паклей, на правой руке виднелись три длинные царапины, уже начавшие затягиваться, но поначалу измазавшие и без того больше ни на что не пригодную кофту кровью. Женщина сидела в дальнем углу, прижавшись к стене, и, кажется, спала. Вокруг нее царил такой же беспорядок, как и в той комнате, которую она разрушила ранее.

Войдя и сделав пару медленных шагов, Шер развел руками:

— У тебя хобби такое — уничтожать мой дом?

Она медленно, словно бы устало, подняла голову на голос. И в ее глазах отразилось удивление пополам с беспокойством и непониманием.

Шеридан удивленно приподнял брови — он ожидал увидеть в этих глазах отчаянье и безысходность существа, осознавшего, что скоро умрет.

— Ты… Ты жив? Я… промахнулась? — она заговорила с трудом, но Шер ни на миг не поверил в ее слабость.

Оборотни всегда были более живучими и сильными существами, чем люди. Что для них пятые сутки без еды и воды?

— Ты представляешь, сколько мне пришлось бы здесь убираться, если бы это и вправду было моим домом? — он подошел чуть ближе, недовольно морщась и качая головой.

От желания придушить эту на первый взгляд беззащитную кошечку чесались руки и сжимались пальцы. Но Шеридан всегда делал только то, что сам себе позволял.

— Я… промахнулась? — она повторила свой вопрос, словно бы и не услышав его.

И смотрела большими, не верящими глазами, словно всерьез подозревала, что перед ней призрак.

Шеридан окинул ее задумчивым взглядом, решая, стоит ли говорить ей правду или просто махнуть рукой. Ему было бы очень интересно увидеть ее реакцию, когда он качнет головой и скажет «нет, ты попала точно в сердце». Очень интересно. Но нецелесообразно. Поэтому он, растянув губы в насмешливой улыбке, кивнул:

— Да. Ты промахнулась, дорогуша.

Она тут же напряглась, взглянула на него с подозрением:

— Где ты был? Что с моим сыном?

Улыбка на его лице стала шире, но при этом стала удивительно зловещей. Парень указал на нее пальцем и слегка пошевелил запястьем, словно пытаясь безмолвно попенять, но вслух сказал совершенно иное:

— А вот это, госпожа Амелия, очень хороший вопрос.

После чего развернулся и быстро покинул комнату уже совсем уверенным шагом.

Маленькая бестия слегка спутала его карты, но игра продолжалась и, кажется, даже не получила слишком больших отклонений.

Он вышел из дома и поднял взгляд в небеса. В голове все еще звучал знакомый, чуть хрипловатый от волнения голос.

«Ты же помнишь? Помнишь, что обещал мне? Если это не сработает, если он… такой же?»

— Тебе не нужно напоминать мне такие вещи, друг, — Шеридан прикрыл глаза, и опасная улыбка снова вернулась на его лицо.

 

Они оба обнаружились дома у Якоря. От Граничного Принца исходила уже четко ощутимая волна силы, немного дрожащей, словно покрытой рябью. И, но сила эта была столь неприкрытой, что пристроившийся на краю крыши Шеридан даже испытал укол жалости к сидящей напротив кота вампирице, для которой эта сила была как желанный, но недосягаемый наркотик. «Энергик, — тут же поправил он сам себя. — Правильно будет называть ее «энергик». И было в ней что-то ему знакомое.



Кира Оксана Валарика

Отредактировано: 03.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: