Мой кошмар

Размер шрифта: - +

Мой кошмар

 Сколько себя помню, у меня был всего один ночной кошмар. Закрывая глаза, я начинал падать в темноту. Маленьким я плакал всякий раз, когда видел этот сон. Мама всегда пыталась разбудить меня, но я боялся открыть глаза и увидеть бездну, поэтому зажмуривался всё сильнее и сильнее. Мама поила, умывала, говорила какие-то утешающие слова, молилась, но ничего не помогало. Необходимо было около получаса, а иногда и больше, чтобы открыть мне глаза. Говорить я начал довольно поздно, и это, наконец, помогло моим родителям узнать, что же мне сниться. Они очень удивилась, узнав, что моим кошмаром было падение в бездну. Теперь, когда меня успокаивали после очередного кошмара, мама говорила: «Ты не падай, ты лети». Но я так и не научился летать, я всё равно падал. Наверное, я был единственным ребёнком, который ни разу не летал во сне.

 

 Вскоре я научился читать, и моя фантазия стала уходить всё дальше и дальше. Мои сны становились всё интереснее, и со временем они превратились в логичные истории. Часто мне снилась война. Такие сны были наполнены кровью и смертью, но я никогда не боялся этого. Я с удовольствием принимал участие в кровавых бойнях, смотрел на развороченные тела и не чувствовал ни страха, ни отвращения. Моим единственным кошмаром так и осталось падение в темноту. Но с возрастом он стал приходить всё реже и реже. Я совсем перестал бояться спать.

 

 Всё детство я провёл в деревне, поэтому никогда не задумывался о высоте, но судя по моему кошмару, я должен был бояться её. Каково же было моё удивления, когда вместо страха я испытал восторг от нахождения на высшей точке колеса обозрения. После этого у меня появилась идея-фикс: прыжок с парашютом. Я очень хотел узнать, что же я почувствую: страх или восторг.

 

 Я рос в среде, где считалось, что каждый настоящий мужчина должен отслужить в армии. Поэтому перед тем как поступить в университет я решил отдать долг родине. Меня ждала Морская авиация. Здесь я понял, что без полётов жить не смогу. Также именно в армии я прыгнул с парашютом (и не один раз). Первый прыжок принёс мне бешеный восторг. Я видел под собой землю, а над собой небо. Было такое ощущение, что мой кошмар обрёл краски и от этого перестал быть кошмаром. После армии я поступил в Военное Авиационное Училище. Я хотел стать военным лётчиком и летать на истребителе. И я своего добился.

 

 К двадцати восьми годам я почти забыл о своём детском страхе. Кто ж знал, что он оживёт. Я не знаю, сколько уже падаю, может минуту, может час, а может уже несколько тысячелетий. Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами, вот и я вспоминаю. Сейчас я помню всё, даже то, что не могу помнить по причине своего малолетства. Моя память потихоньку теряет все белые пятна. И я, наконец, понимаю, откуда у меня страх падения и любовь к полётам и высоте. Однажды я уже падал. Библия была не права, Люцифера и его сторонников сбросили не в ад. Нас лишили крыльев и выбросили на Землю, в мир людей. Я падал вместе со всеми, за своего вождя и наши идеи. Каждый из нас был готов к смерти, но Отец нашёл более мудрое решение.

 

 Интересно я сошёл с ума и придумал жизнь Александра Волкова, или же она, правда была. Жаль если привиделось. Я был по-настоящему счастлив со своей земной семьёй. Прожив человеческую жизнь, я перестал воспринимать Бога как отца, а ангелов как братьев. Мой отец обычный человек Михаил Волков, а братьев у меня только двое Лёша и Серёжа, а так же младшая сестрёнка Женя. От своей ангельской жизни я сохранил только преданность своему предводителю. Я был генералом армии Люцифера. Если выберусь из этой бездны, то обязательно разыщу его.

 

 Мне всегда говорили, что я похож на волка, а волку без стаи очень трудно. Даже когда был ангелом, я отчаянно нуждался в ней. Сейчас я, наконец, обрёл её, моя семья не предаст и примет меня таким, какой я есть. Я вернусь к ней, попрошу прощения за все переживания принесенные мной. Но я никогда не скажу им кто я, и не, потому что не доверяю, а потому что люблю и не хочу причинять им боль. Я не хочу их разочаровывать.

 

 И вот бездна стала колыхаться, как будто шевелится. Неужели конец? Через мгновение она разлетелась на тысячи мелких осколков, и я упал на снег. Надо мной голубое небо и яркое солнце, вокруг высокие сосны. В ушах стоял звон. Теперь я вспомнил, как оказался в бездне. У моего самолёта отказал двигатель, мне было приказано катапультироваться, что я и проделал. Но когда парашют уже открылся, истребитель взорвался и в меня прилетел его осколок, я потерял сознание. Как и ожидалось, приземлился я на сосну, тайга всё-таки. Над собой на соснах я вижу раскрытый купол, сам оттуда я спустится, не мог, значит, мне кто-то помог. Я скосил глаза направо и увидел одного спасателя, который говорил по рации, помощь вызывал. Только сейчас понял, что лежу не на снегу, а на брезенте. Наконец, мой слух стал возвращаться, а спасатель перестал говорить по рации и повернулся ко мне и сразу же начал говорить:

- О, вы очнулись, пожалуйста, не шевелитесь, у вас очень тяжелые раны. Вам повезло, что вы весели над самой землей, и я смог снять вас в одиночку. Иначе помощь к вам вряд ли бы подоспела. А теперь, пожалуйста, потерпите, скоро до нас доберутся мои коллеги и помогут перенести вас.

 

 Я снова закрыл глаза и погрузился в свои мысли. Привидится же. Всегда считал себя психом с больной фантазией, это же надо было придумать! Я генерал армии Люцифера, посмеяться только! Да все знакомые говорили, что я ненормальный и вот оно, подтверждение. Как оказалось, они были правы.

 

 Хм, а вдруг это правда. Слишком уж яркие воспоминания. Я помню даже момент своего рождения. Наверное, я всё-таки слишком сильно ударился головой. А может и нет, надо всё проверить. Поспрашивать у родителей о моментах, которые я не могу помнить, например, своём первом попадание в больницу, правда ли, что со мной в одной палате лежала годовалая девочка с обваренной ногой?



Ольга Исаева

Отредактировано: 25.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться