Мой личный кошмар. Укрощение строптивого декана

2018-07-16 09:00

— Тогда может, ты не откажешь мне в просьбе? — хитрая улыбка тронула губы моего «бога», и я не сдержала ответного кивка. — Обращайся ко мне по имени, хотя бы за пределами академии. Ведь тогда у меня создается впечатление отчужденной стены между нами.

— Но по правилам этикета...

— За стенами академии, в личном общении позволено упрощенное обращение.

Это он не знает, что бабушка требует всегда и везде называть ее «леди Ноаэль-старшая».

— Да, но... — я сделала короткую паузу и выпалила на одном дыхание: — мне сложно обращаться к преподавателю как-то иначе, без нужного уважения.

— Но Рэйнарда ты ведь Коршуном зовешь, — я уловила недовольные нотки в его голосе, — Впрочем, настаивать не стану. Подожду, когда ты будешь готова, моя маленькая богиня.

Как же смущает! И почему внутри все отзывается приятной теплотой? Ведь я ждала этого дня. Хотела встретиться с «Осенним богом» без масок и тайн. И вот...

Он рядом, держит за руку, просит личного обращения, а я... я то и дело возвращаюсь мыслями к празднику Шаласса и нашему ужину. Мой взгляд скользит по его губам и перед глазами всплывает наш поцелуй, от которого становится жарко. Кажется, он замечает.

— Ноаэль Тринавия, вы бы не отказали мне в прогулке?

И конечно я согласилась, забывая обо всем...

Мы гуляли в центральном парке, сидели под яблоней, свободно болтая о всяких пустяках, и кажется, в этот миг я была самая счастливая. И всякие Коршуны не лезли в голову. Были только я и мой осенний бог — Лоран. Мне даже удалось пересилить себя и обратиться к нему в личной форме.

А после была долгая прогулка по городу, и лишь к вечеру Альберт отвез меня в родовое поместье Ноаэль. Он не стал отговаривать от идеи не возвращаться в академию, даже поддержал и согласился. Однако отдыхать я конечно не собиралась. Ведь скоро соревнования и первый письменный тест, который я намеревалась пройти!

Уже у ворот, когда карета притормозила, «Осенний бог» мягко накрыл мою ладошку. Он был так близко, а его глаза напротив моих. Чистые голубые, они словно завораживали и манили. Я не уловила того мгновения, когда наши губы соприкоснулись. Такие нежные и чувственные…

Внутри все затрепетало, а глаза закрылись сами собой. Вокруг ничего не существовало. Только мы и этот поцелуй, осторожный, нежный и в то же время волнующий.

Не передать словами, какое ощутила разочарование, когда он легонько облизнул губы и с неохотой отстранился. Я вдруг отчетливо поняла — мне нравятся поцелуи этого мужчины.

Однако он только улыбнулся, первым вышел из кареты и галантно подал руку, помогая спуститься.

— Я вынужден попрощаться, — с теплотой проговорил маг жизни, не спеша отпускать мою руку. — Постараюсь как можно быстрее управиться с прошением...

— Спасибо!

Лоран кивнул и поцеловал мне руку, после чего отступил к карете, и я вошла в доброжелательно распахнутые ворота.

Однако это была лишь иллюзия. Не успела я переступить порог родного дома, как наш дворецкий шепотом сообщил, что наверху меня уже ждут. И, конечно же, никакого отдыха с дороги или ванны быть не могло. Ведь леди Ноаэль-старшая зла.

Я сразу это поняла, как только вошла в светлый кабинет. Бабушка стояла у окна и курила трубку. Ей даже не надо было оборачиваться. Вся поза говорила о недовольстве. Прямая осанка, приподнятые плечи и с силой сжатая свободной рукой трость.