Мой личный зверь

Размер шрифта: - +

28.03.2018

— Все ли хорошо в твоих делах, дева? — спросил он, изучая меня сияющими янтарными глазами.

— Да вроде… — засмущалась я.

— Что ж, это прекрасно! — Бог выпустил мою ладонь и быстро переглянулся с Бассареем. — Где мне расположиться?

Лукавый указал на свободный стул, а Дионис занялся разливом напитков. Себе он бокал, конечно, не ставил, лишь скользнув по нему пренебрежительным взглядом. Такая емкость не в его стиле. Вот литровая коробочка — другое дело. Катька же наполняла тарелки, стараясь вообще не смотреть на Солнцеликого, видимо, чтобы не нервировать Гермеса. Хотя это только мои догадки.

— Когда нам ждать твоего сына? — между делом поинтересовался Аполлон у брата, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

Почему я забываю о нем? И вообще, почему не думаю об Илае беспрерывно? Это начинает бесить! Ведь я на самом деле очень жду его. Очень хочу увидеть…

— Давно должен быть… — протянул Бассарей с таким же растерянным видом, словно и сам только что о нем вспомнил. — Но не думаю, что нам придется долго ждать. Ведь тут предмет его страсти, — подмигнул он остальным и бросил на меня многозначительный взгляд.

— Пожалуй… Ну что ж, тогда с тебя тост, хороводник!

— Опять прелюдии?! Ну нет! Давайте уже выпьем, а?

Часа через два запасы алкоголя (благодаря некоторым) были на исходе, и все начали намекать, что неплохо бы отправить гонца. Вообще-то, почти сразу вызвалась я, но все никак не могла расстаться со своими друзьями. Бассарей как раз долго и в красках рассказывал мне, как быстро и легко Аня влилась в компанию вакханок и сатиров, живущих в его прекрасном лесу. И хвалил, что я так легко смогла разглядеть истинную менаду среди простых людей. В общем, слово за слово… Я оставалась дома до последнего, пока периодически дергающие меня за рукав Катька и Лукавый не начали орать благим матом, чтобы я или шла в магазин, или уже сидела тут. Пришлось вставать.

Мое великолепное настроение не могли омрачить не мерзкая тетка-продавщица на кассе, ни километровая очередь. Когда я, наконец, груженная тяжеленными пакетами, дотащила их до лифта и нажала кнопку, запоздало вспомнила, что он не работает. Но, как ни странно, кнопка загорелась, и кабина поехала вниз, по-моему, даже с нашего этажа.

Предвкушая возвращение домой, я сделала шаг к открывающимся дверям и замерла. Разъехавшиеся створки продемонстрировали мне то, от чего я дернулась и впала в столбняк. Внутри сидел мертвый человек. И первое, что я увидела, — черные выжженные дыры на месте глаз. Колени трупа разогнулись сами по себе, ноги выпрямились, и ступни в потертых коричневых ботинках выскользнули за пределы лифта. Когда двери попытались закрыться в первый раз, я в ужасе попятилась.

Хотя в подъезде было довольно тепло, в отличие от улицы, я вдруг начала мерзнуть. Но, несмотря на это, ладони и лоб покрылись испариной. Потом началась нервная дрожь. Я делала глубокие вдохи, чувствуя острую нехватку воздуха, и все не могла оторвать взгляда от кошмарного, неестественного, изуродованного лица. И никак не могла произнести ни звука. Ненавижу себя за это! Идиотская привычка с самой юности. Приличные люди кричат или визжат от неожиданности или в моменты опасности, я же впадаю в ступор и молчу… Попытавшись сделать еще шаг назад, я споткнулась о нижнюю ступеньку и упала бы, но меня легко подхватили в полете. За жалкие мгновения пока падала и оборачивалась, чтобы увидеть, кто меня поймал, успела столько перебрать в голове, что позже долго удивлялась. Там пронеслось все, от демонов и оживших мертвецов до убийцы, который сейчас казнит меня как ненужного свидетеля, не вовремя оказавшегося на месте преступления. Куда мне там было сообразить, что подсохшая лужица крови рядом с мертвым человеком свидетельствует о его многочасовом нахождении в лифте…

Я попыталась вырваться из крепко держащих меня рук и даже не сразу поняла, что это Илай. Он мгновенно закрыл мне рот ладонью, на случай, если все-таки решу заорать. А когда убедился, что я в адеквате, убрал руку и кивнул на тело:

— Что это?

— Не знаю… — еле выдавила я, отрицательно качая головой. И, произнеся это, продолжала качать.

— Уверена? — Острый взгляд внимательно следил за моей реакцией.

— Ты совсем?! — тихо возмутилась я — Надо полицию вызвать… соседям, наверное, позвонить.

— Нет! — пресек он мои бормотания. — Иди домой, я сам все решу.

— Но я же нашла его. Меня будут вызывать.

— Тихо! — Илай схватил меня за руку и, легко подняв свободной оба пакета, повел наверх. — Сиди дома и не высовывайся, пока я не приду. Поняла?!

— А если кто-нибудь сейчас зайдет в подъезд?

— Чтобы этого не случилось, поторапливайся.

Уже у своих дверей трясущимися руками я достала ключи и попыталась вставить нужный в замочную скважину. Не став ждать, фирион выхватил связку, быстро отпер замок, втолкнул меня в квартиру, поставил пакеты на тумбочку и выскользнул обратно, бесшумно заперев за собой дверь. Включив свет, я обессиленно сползла по стеночке и села на корточки. Чтобы хоть как-то унять мандраж обхватила себя руками и стала прислушиваться к звукам в подъезде. В тот же момент захлопнулись двери лифта. И тишина.

— Не прошло и года! — воскликнула Катька, выходя ко мне. Наверное, заметила включенный свет.

И, быстро сообразила — что-то не так.

— Что такое?! Что случилось???

Она подняла меня на ноги и внимательно осмотрела. Ничего не найдя, снова начала допытываться, но так и не получив ответа, побежала за остальными. Дрожь усилилась… Перед глазами все еще стояло лицо с двумя черными провалами и приоткрытый рот с желтыми зубами. Больше я не видела и не слышала ничего. Даже не заметила, как меня взяли под руки и отвели в зал, усадив на стул.



Александра Никитина

Отредактировано: 16.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться