Мой передвижной дом

Глава 5

- Да так-с, нормальненько, - ответил Калабишка и прыснул в смехе.

Гавриш проглотил ком в горле, глядя в желто-черный ряд зубов бомжа.

«Ничего себе - начало!»

Но бомж не мог самостоятельно прекратить хохот. Он и не стремился к спокойствию. Его крупная рука легла на край подвесного стола, и стол перекосился и скрипнул.

«Что за херня? Может, он псих! Точно – псих!»

И к своему удивлению Гавриш сам растянулся в улыбке, не в силах ее сомкнуть. В этом смраде нечистого человека, его дурацкого смеха, грязи, вони, и вообще -хорошенького начала, воображение писателя просто зашкаливало чертило черте что...

- Ну, вот! – Внезапно закончил бомж. – Мы хорошо понимаем друг друга.

Гавриш все еще не мог справиться с идиотской улыбкой и весело глядел на при-шельца.

«Да, черт, что со мной: этакое такое!» - Представлял его мозг.

- Я знал, - говорил внезапно успокоившися бомж, - у нас найдется точка соприкосновения.

- Да какая точка? – Голос писателя по-ребячески взвизгнул и он еще раз глубоченько захватил смрад, в котором пребывать ему подарила судьба.

- Точка гражданская и человеческая! – Торжественно объявил бомж, самым серьезным образом глядя в глаза Гавришу.

Писатель подумал: «Или рассмеяться еще или чего?»

Но он принялс также сосредоточенный вид и давай сверлить бомжа его же мышлением. Последний отклонил голову, смялся. Видно – был смущен.

«Вот и рычаг! Нет, все – таки бомж есть бомж. что с него взять? И не так уж он страшен. В нем просто пребывает нечто шизоидное. Вот и сейчас…»

Калабишка сделал полушаг в сторону мгновенно опешившего и предательски побледневшего писателя, и тот час отступил, удовлетворяясь чем-то.

«Да он мне тренинги устраивает, черт волосатый!»

Вонь медленно разлазилась по трейлеру. Гавриш даже чувствовал это. Как она присаживается на его альпийской свежести полотенца, на кровать, аккуратно застеленную и прикрытую сиреневым одеялом. Как вонь неспешно проглядывает, читаемые им книги и присаживается у папки с рукописью.

- Что же вы в этих краях ищете? – Чуть не вскрикнул Гавриш, и в половине фразц, тут же снижая тон. Он интуитивно понимал, что требуется гибкость с этим полудурком и так как, во всяком случае, сегодня от поганца не избавиться, придется общаться.

- А кушать - как?

- Ах, да! – Писатель произнес иронично, обратился к провонянной сковородке. Ему даже было интересно, каким смаком теперь его стандартное блюдо будет приправлено.

Он занялся готовкой. Быстро наклонился к шкафу с картошкой, думая на пару перемешать ее с яйцами.

Под надзором бомжа ловко, будто того и не было (хотя всегда раздражает, когда кто-то стоит за спиной...), принялся кромсать продукт.

- Вы, не так делаете, - бережно заметил бомж.

- Что не так-с?

Калабишка тронул своим грузным телом и совершенно неожиданно, просто самым необыкновенным образом близко подошел к Гавришу так, что оттолкнул его в сторону, не значительно, но оттолкнул и сам взялся за дело.

«Или мне ему сразу в лоб дать или как?» - Это отчетливо возникло в уме Олега.

- Вот, глядите… У вас и нож тупой. Ты же просто все переводишь! – говорил бомж и немедленно принялся за чистку по-своему. Писатель с подрагивающей головой глядел на него, на ходящие руки его и не понимал, что здесь, кому здесь все это говорится?

Бомж, тем временем, совершенно отвлекся от хозяина и большими грязными руками владел картошкой, перемещая ее в ход отстругиваемой поверхности, а очистив одну, он зачем-то обнимал ее, зажимая плотно в руке, словно желая отжать с нее сок, и после этого только клал в миску с водой.

«Нет, это я жрать не буду!»- Неслось в голове забитого в угол писателя.

- О книгах великих, известных философов, писателей, психологов поговорить можем…, - объявил вдруг бомж.

- Чего? – Сдавленно произнес Гавриш.

- Ну там, э-э, Демократе, Секрита… - Межевался и краснел, к счастью Гавриша, Калабишка.

- …те! – Закончил писатель, едва сдавливая смех.

- Что: «те»? – Бомж остановился, прерывая работу. Нож в его руке встал торчком.

Гавриш хотел откашлятся, но дыхания для этого не хватило. Он произвел в себе нечто между сглатыванием и храпом, исходящим от верхнего неба.

- Так как? – Переспросил бомж, расплывающийся в глазах Гавриша.

Последний приспустил голову, все же сглатывая ком. Силы нашлись - разок и кашлянуть. Потом он пожал подергивающими плечами.

- То-то же! – Нагло заключил Калабишка и снова обратился к чистке. В этот раз, верно, переживая и сам, так как пропустил один отжим вычищенного овоща.