Мой Роман или Отвали моя черешня

Размер шрифта: - +

Глава 3

    Глава 3
     Взлетев по ступенькам, я зашла в свою квартиру и спиной прижалась к входной двери, пытаясь отдышаться. 

Наташка появилась из кухни в моём переднике, с ножом и луковицей в руках и с подозрением посмотрела на меня.

- Это не ты ли там, моя прелесть, в машине, сидела?

Я кивнула.

- Ну-ну – произнесла укоризненно подруга. – И с кем это?

- С Черешневым.

- С кем? – презрительно переспросила подруга. – Это с тем дебилом, за которым ты в молодости бегала и который тебя бросил?

Я вздохнула. Это было почти правдой.  Только я не бегала за Генкой, но сути это не меняло.

- Да-а! Деградируешь, подруга. Господи, Алька, когда ж ты поумнеешь? Тебе нормальный мужик нужен. Понимаешь? Мужик - она выделила это слово. -  А не всякое гэ… 

- А где взять-то этого нормального мужика? – огрызнулась я, не выдержав. - Дай адрес? Чего ж ты вместо турфирмы в «Бюро знакомств» не устроилась? Вот бы и снабдила подружку подходящим женишком.

- Ага! Разогналась! А потом вдруг что не так, Наташка виновата. Она подсунула. Сама, сама, своими силам. Только не таких, как Черешня, выбирай. 

- Ладно, не грызи меня. Ничего не было. Подвёз, посидели. На жизнь жаловался. И всё. Ему сейчас не сладко. С женой разводится. Я-то через это  прошла…

- Ага, а тебе уже стало сладко. И ты жалеешь всех убогих и брошенных. Да я после того, как он с тобой поступил,  его за человека не считаю. Трус несчастный. Ты знаешь, подруга, говорят, когда дерьмо сниться – это к богатству. Но это когда сниться, а не подбирают его…

- Ой, Наташа, что было, то прошло. Давай, чего-нибудь поужинать соорудим. Я уже и забыла, когда нормально дома ела – и я прошла на кухню. На кухонном столе, опираясь друг на друга, стояло два пакета, принесенных Натальей. 

- Разбирай пакеты – скомандовала подруга. – Грибы мне передай. А всё остальное пока в холодильник.

Я стала перекладывать содержимое пакетов в холодильник.

- Слышишь, Алька, а зачем тебе такой огромный холодильник, если там кроме  куска колбасы, масла и пары помидоров ничего нет? – спросила Наталья, стоя у меня за спиной.

- Это мне дети подарили свой, а себе чуть ли не с телевизором внутри купили. Старый был очень удобный. Но он ушел вместе с мужем, прихватив с собой за компанию телевизор и компьютер. Но я ничего не прогадала. Дети подарили холодильник, мы с зятем поехали и купили плазму и заодно поставили новые замки на двери. А компьютера мне и на работе хватает.

- Слушай. А на хрена твоему компьютер? Он же в нем ничего не соображает.

- Ну,  фильмы и сайты сомнительного содержания смотреть большого ума не надо.

- А свекровь, что?

- А свекровь плюнула и пошла к Маришке. Теперь почти всё время живёт там, правнуков растит. Не воспринимает она нас с Женькой по раздельности. Как ни как двадцать два года вместе были. Я её как называла мамой, так и называю. Она до сих пор мне как мать. Зачем же я буду зря обижать человека. Она ко мне приезжает по выходным, звонит часто, беспокоится.

- Ясно – произнесла подруга, вытаскивая мясо из микроволновки. – Режь салат,  пошустрей. Я удивляюсь, как ты при таком питании еще с голода не сдохла.

- А чего мне сдыхать? Мне хватает.

- Наверное, всю неделю на одном кофе сидишь? Я бы так не выдержала.

Конечно, по сравнению с моим сорок шестым внатяжку, подружкин пятьдесят второй 
выглядел солидно.

 Быстро сообразив на стол, мы уселись, открыв бутылку лёгкого вина. Выпили за встречу. Подруга хвалилась успехами своих детей, рассказала домашние новости, всякие приколы, которые происходили у неё на работе. Я сидела, слушала её, кивала головой, задавала какие-то вопросы, а в памяти то  и дело всплывали Генкины губы и тот поцелуй. И самое смешное то, что теперь я могла дать определение своему безымянному чувству. Это было чувство неловкости и какого-то внутреннего стыда. Вот, к примеру, идешь ты по городу среди людей в шикарном наряде, и вдруг на тебе воробей или голубь оставили свой «автограф», да еще на самом видном месте. Наряд сменить не можешь, так и чешешь с этой «отметиной». И все видят и знают. Вот и встреча с Генкой стала для меня чем-то сродни воробьиному «автографу». Неприятно, но факт.

- А когда у тебя отпуск? – вдруг спросила Наташка. – Вид твой мне не нравится. 

- Если закончу работу, то с понедельника, как выйдет сотрудница. По хорошему, я уже неделю могла отдыхать, если бы моему начальнику не вздумалось сделать сверку. Сам-то хорош, укатил в санаторий, а я как крот в бумагах роюсь. Я ему предлагала всё сделать после отпуска, а он: «Прости, Алиночка, после отпуска у нас с тобой будут другие дела, по важнее». Знаю я эти «дела поважнее». У него все дела важные, поэтому без зарплаты не сидим. Вот так. Всех разогнала, чтобы не мешали и не отвлекали, и почти справилась, так что пусть шеф не надеется, что я буду до октября в кабинете торчать.

- А что за человек, твой начальник? Как тебе с ним работается? – вдруг спросила подруга. Странно, за три года ни разу не соизволила спросить. А тут ей интересно стало. Я не стала заострять на этом внимание и просто ответила: 

- Мужчина спокойный, красивый, видный, умница. Мужчина – мечта. О его личной жизни мне ничего не известно, да и не интересно. Но, судя по количеству звонков, мужчина популярный и женщин любит. В общем, хороша Маша – да не наша. Ладно, наливай.

- А ты чего ждёшь? – спросила подруга, пригубив немного из бокала.

- Наташка, ты что? Он же мой начальник. А начальник – это святое. Тем более там такая конкуренция из более молодых. Да он на меня и внимания не обращает. И не хочу я лишних разговоров.

- Ясно. Самооценочка явно занижена. Типа: «Я старая, больная обезьяна, не трясите мою пальму». Это, милая моя уже клиника – козлов жалеть, а хороших не замечать. Надо тебя куда-то отправить отдыхать, пока ты тут чего не натворила, и пока кое-кто из города не уберётся. Ой, как мне тебя хочется отправить по путёвочке.

- Куда? Конец августа, какие путёвки?  Разве что «дикарём».

- А я на что? Ты, конечно, не строй иллюзий, но у меня есть один знакомый человечек. Завтра я созвонюсь с ним, а потом сообщу тебе результат.

- Спасибо, подружка – ответила я, не веря в то, что что-то может получиться.

- Спасибо потом скажешь. А сейчас просто прошу: не вляпайся опять куда-нибудь. Я насчет Черешнева. Присмотрись. Не нравится он мне, до тошноты. Держись от него подальше. А ты знаешь, меня предчувствие никогда не подводило. Я понимаю, мужик нужен. Но если он опять разобьёт тебе сердце…

- Да там уже и так одни осколки, бить нечего. Но я обещаю, подруга, глупости  не делать и держать его на безопасном расстоянии. А там, будем посмотреть… 

Наговорившись вдоволь, мы отправились спать.

Утром, прощаясь со мной у метро, Наталья выдала следующее:

- Да, Алька, надо тебя срочно пристраивать. А то и личной жизни у тебя никакой, и кухню ты совсем забросила. Хоть удочеряй, ей Богу…
     
 
Приехав на работу, я с рвением взялась просматривать оставшиеся документы. 

Кроме сегодняшнего у меня в запасе было ещё два дня – четверг и пятница. Такое чувство, что до отпуска я буду считать время не днями, а секундами. Я внимательно просматривала файлы, как вдруг раздался звонок мобильного. Не глядя на дисплей, и не узнав, кто там так  хочет со мной пообщаться, я нажала клавишу соединения и поднесла телефон к уху.  И напрасно…

- Привет – раздался Генкин голос.

- Доброе утро – ответила я.

- Что делаешь? 

- Что можно делать на работе? Куча бумаг. А ты?

- А я вот катаюсь. Хочешь, я к тебе заеду?

- Гена, у меня работы полно. Не до развлечений.

- Ну ладно, вечером встретимся – самоуверенно произнес он. - Представляешь, моя утром звонила, куча проблем у неё, плохо ей без меня, интересуется, куда я поехал. Заботливая какая стала, вспомнила обо мне. Но меня уже этим не купишь. Всё. Никаких отношений, приеду, буду подавать на развод. Представляешь, и тещу к этому подключила…

- Ген, ты извини, у меня посетитель – соврала я, не выдержав.  Представлять его отношения с супругой и слушать отчёт о чужой личной жизни не очень-то хотелось. Как и не хотелось, на данный момент, быть чьей-то «жилеткой».

- Ну ладно, до вечера.

- Пока – и я отложила мобильник в сторону. Я думала, он спросит обо мне. Скажет что-то хорошее. На душе образовался неприятный осадок. И правда, зачем мне его душевные излияния. Мне что больше и переживать-то не за кого? 


В кабинет заглянула Ивановна.

- Аль! А я сегодня с утреца блинов накрутила. С мяском. И сметанка есть. Давай чайку попьем, пока народу нет. Бросай уже свои бумаги, а то язву наживёшь. 

- Ивановна, я сегодня откормленная. У меня Наталья ночевала, а для неё, вы же знаете, кухня – святое.

- Ну, все равно, завтрак уже давно прошел, а мы с тобой сделаем маленький перерывчик, типа ланча, и пожуем, пока народа нету.

 Ивановна включила электрочайник и стала накрывать на стол. Я достала из холодильника колбасу, сыр и помидоры и проложила на тарелки. С Полиной 
Ивановной у нас была своя дружба. Мы жили  в соседних домах.  Она была очень грамотным и тактичным человеком, и, заработав  пенсию в каком-то проектном отделе, не захотела сидеть дома, а устроилась сюда. Поначалу она занималась у нас проектированием, пока не пришла Маша. И это она встретила меня, когда я пришла впервые на собеседование.

- Так. Всё, выключай уже свою тарахтелку, Пусть и у него мозги отдохнут, и подсаживайся – сказала Ивановна, разливая чай по чашкам. – Что, твой, молчит? 
Ивановна была в курсе моих отношений с мужем, знала мою свекровь, но никогда ничего не спрашивала. 

- А что ему говорить?  Пока замки не поменяла – не успокоился. Года два ходил за вещами.  

- Не поняла?

- А что тут понимать. Сначала он забрал машину, потому что мне осталась квартира. Потом компьютер – потому, что он ему срочно нужен. Телевизор – потому, что он его купил. И  холодильник – потому, что тоже на его деньги куплен. На этом моё терпение лопнуло, и я сменила замки на двери.  

- И?

- И этим спасла жизнь утюгу, стиральной машине и микроволновке. И уже потом, не без помощи детей, приобрела всё недостающее. Но поверьте, Ивановна, я бы и оставшееся отдала без жалости, лишь бы больше никогда не видеть и не слышать его. Устала. 

- Ладно, Бог ему судья. Кушай блинчики, а то остывают. А это к тебе кто приходил? – полюбопытствовала Ивановна. – Красивый такой мужчина. Видный.

Я поняла, что она спрашивает о Генке.

- Это друг моей молодости. Толку, что красивый. Внутри бы он таким красивым был. А так не понятно, что… 

Помыв чашки. Ивановна удалилась на пост. А я уселась за стол, обложившись бумагами.

Не успела я перевернуть страницу, как мобильник снова ожил. Я, уже учёная, посмотрела на дисплей. Это была моя Наташка.

- Алинка, ты мой должник, с тебя печенье. Значит так, я позвонила своему хорошему знакомому, администратору одного санатория, и он с радостью найдёт для тебя местечко на десять дней. Только ни кому не говори, куда ты едешь. В перерыве бери такси, приезжай ко мне, обсудим все подробности. Целую, - смеясь, сказала она.

До перерыва оставалось два часа. Значит, за два часа я должна была закончить проверку папки. И гонка началась.

Ровно без пяти двенадцать, я захлопнула папку, выключила компьютер и вызвала такси. В ожидании машины я успела ещё заскочить в кондитерский отдел гастронома и, купить коробку любимых Натальиных заварных пирожных.


 



Рина Волошина

Отредактировано: 18.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться