Мой Роман или Отвали моя черешня

Размер шрифта: - +

Глава 4

  • Глава 4
    Офис турагенства, где работала моя подруга, находился на третьем этаже старой пятиэтажки, недалеко от центра.

    Как говорила Наташка, чтобы у желающих обратится, было время подумать, когда поднимались по ступенькам, брать путёвку или на фиг она им нужна. Шеф прислушался к её словам, и подсуетился, чтобы перенести офис на первый этаж в этом же здании.

    в новом помещении шел ремонт.

    Я взлетела на третий этаж и почти не запыхалась. Долгие годы тренировки, сама-то живу на четвёртом.

    Моя подруга уже ожидала меня и заваривала чай. Я уселась в удобное кресло возле невысокого столика с кипой буклетов и огляделась.

    Да, уютненько у них, но тесновато. Это не то, что у нас, по кабинету, хоть на лошади катайся. А для нас, пятерых, вообще – сказка. Вот и заполняем пустующее пространство цветами. Диффенбахия в углу, что ёлка новогодняя, не обойти - не объехать. Маша говорила, что у неё дома кот диффенбахию слопал. Принесла бы своего кота к нам на откорм, там ему еды на пятилетку. А у девчонок с цветочками туго: на подоконнике стоят, да на шкафах, чтобы не мешали. Ну, ничего, как будут переезжать, подарю им что-нибудь конкретное, солидное, в новом помещении места много.

    Наташа переложила буклеты на подоконник и сама устроилась напротив, поставив чай и пирожные.

    - Значит так – начала она, взяв пирожное из коробки. – Моего знакомого администратора зовут Вадим Николаевич, а жену его - Татьяна. Они работают вместе. Люди замечательные. Я тебя отправлю с группой. О билетах не беспокойся. Тебя привезут к месту назначения и заберут там же. Как приедешь, сразу иди к нему, а там уже всё решите по месту. Одно тебе скажу: место классное, санаторий возле моря, сразу и нервишки свои подлечишь. Так что тётя, как хотите, а уезжать вам в понедельник в восемь вечера.

    - Наташка, да ты маг какой-то. Раз-два и всё у тебя готово. Спасибо тебе огромное.

    - Пожалуйста. Только не говори своей Сливе, куда ты едешь. Все равно будешь с ним общаться, я тебя знаю.

    - Кому? – не поняла я.

    - Ну, Черешне. Один хрен - косточковые. Вообще, Алька, я считаю, что тебе фрукты полезны только натуральные и в свежем виде.

    - А он то, тут причём?

    - Да перед самым перерывом он посетил нас. Меня не узнал. Леночку нашу обхаживал, конфетами, деньгами закидал, путёвочку горящую взял, кто-то в последний момент отказался. Куда путевка не скажу, не знаю. Леночка повезла документы в банк, и он навязался подбросить её. Леночка - девочка умная. Так что Генка зря на задних лапках перед ней выплясывал. И ещё. Даже если вы и окажетесь в одном городе, то город большой, народу много, а ты в закрытом санатории.

    - Ясно, захочу – встречу, а нет – в санатории надёжная охрана.

    - Умница – сказала Наташа. – Короче, я кое-что о Черешне узнала, но говорить не буду, поскольку ты ведёшь себя правильно и достойно.

    - А мне и не интересно - улыбаясь, ответила я.

    - Это первые пять минут не интересно, а потом чесаться будешь от любопытства. Телефон оборвешь.

    - А вот и не буду.

    - Ну-ну! Я посмотрю, на сколько, тебя хватит – ответила Наташка.


    Рассчитавшись с подругой за нежданно-негаданно доставшуюся путевку и вызвав такси, я отправилась к месту работы. Мне осталось совсем немного, пара папок, потом навести порядок на столе, разложить все документы по местам и я свободна.

    К концу рабочего дня позвонила дочь.

    - Мам, а что это ты молчишь? Мы с Володей надумали тебе путёвку взять, отдыхать тебя отправить, а она у тебя уже имеется. Хорошо, что Натали догадались позвонить - и дочь, и зять по-другому подругу и не называли. А ей нравилось. – Мы за тобой заедем сейчас, домой отвезём.

    Ещё раз, проверив ящики и оглядев рабочее место, я закрыла кабинет и вышла на улицу. Поскольку Генка молчал и не звонил, я решила ехать с детьми. Машина зятя уже стояла возле офиса.

    - Как вы, как мальчишки, как бабушка? – скороговоркой спросила я, садясь на заднее сидение

    - Мама, всё расскажем дома, мы же не на две минуты. Мальчишки с бабушкой – ответила Маришка.

    - Володя – я обратилась к зятю. – Ну, хоть ты скажи, что у вас всё в порядке. А то я буду всю дорогу думать, в какую страшную тайну вы посвятите меня дома. Маринка не может по-человечески, по-бабски: раз – и все секреты выболтала. Ей надо замариновать человека, замучить неизвестностью, всё в тайну обрядить.

    - У нас всё отлично – ответил зять, а дочь сидела рядом с ним и хитро улыбалась. Ох, как хорошо я знала эту улыбку. Поэтому вся изнутри подобралась и приготовилась к сюрпризам.


    Остановились возле дома. Мы с дочерью поднялись, а зять немного задержавшись, зашел и занес чемодан, стильный такой, на колёсиках.

    - Не ставь его в прихожей – тащи сюда – скомандовала дочка.

    Володя принёс чемодан в комнату.

    - Мам, - сказал он, улыбаясь. – Это вам.

    «Так. Предчувствия меня не обманули. Сюрпризы начинаются» - пронеслось в голове.

    Мой зять, классный мужик, старше моего ребёнка на десять лет, ну и соответственно младше меня, на столько - же, всегда улыбался, когда говорит мне «мам». И он и дитя моё сами по себе не мелкие. Это мне солнца и витаминов не хватило вырасти. А они молодцы, друг другу под стать. И отношение ко мне такое, что не я им мать, а они мне родители.

    - Мам Аль, - продолжал зять. Мы с Машкой решили, что на отдых ты должна ехать, как крутая тёлка.

    - Ну, спасибочки! Скорее, как крутая старая коза. Куда мне выделываться, Мне купальника, халата и спортивного костюма с головой хватит. Я нервы лечить еду.

    - А вечером? – спросила Маришка. – Что вечером делать будешь?

    - Вечером воздухом подышу, по бережку босиком похожу и баиньки.

    - Да, мама. Давно вы нигде не были. Колхоз «40 лет без урожая». А если вдруг познакомишься с кем? В халате будешь гулять или в старых трениках с вытянутыми коленями? – ехидно поинтересовался зятёк. – Ты еще шлепанцы стоптанные, родные, с собой возьми.

    Если честно, я давно ничего себе не покупала из обновок, и слова детей привели меня в замешательство. Я заметно погрустнела, представив, что в выходной придётся тащиться на рынок и по магазинам, искать и покупать себе что-то, раздеваться и примерять в этих жутких условиях, когда ты весь потный от жары. Ужас и кошмар. На работе меня вполне устраивал мой деловой костюм и брюки с блузками, к которым я давно привыкла.

    Маришка открыла чемодан и вывалила из него груду новых вещей.

    - Мам, смотри: вот маечка, - с восторгом произнесла моя дочь, вытаскивая что-то яркое и непонятное из кучи. - Она отлично смотрится с вот этой юбочкой - в руках у неё появилась юбка замысловатой конструкции.- А, вот эти штанишки с этой рубашечкой, а вот этот сарафанчик… в общем, пошли мерять, что я зря у Светки в магазине целый час торчала?

    Упомянутая Светка приходилась крёстной мамой одному из моих внуков Глебу и работала в бутике. Я помчалась в душ. А потом, в течение часа, меня раздевали, одевали, заставляя временами выходить к зятю, на оценку. В конце концов, мы отложили, понравившиеся мне вещи, а остальное дочь сложила в пакет.

    - Боже мой, неужели обошлось малой кровью. И обновок накупила, и раздеваться по магазинам не пришлось. Марина – ты золото, а не ребёнок.

    - Я знаю. А я так, Светке и сказала: «Мама и магазин – вещи не совместимые». Вот теперь завтра завезу ей оставшееся и деньги - и порядок.

    - Ладно, дети, пошли на кухню. У меня Наташка, с ночёвкой, была. Так что холодильник не пустой.

    Дочь, заглянув в холодильник, выдала:

    - Да! С Натали не пропадёшь. А ещё надо бабушку, почаще, к тебе засылать. А вообще-то нет. Надо пристраивать тебя в хорошие руки.

    - Спасибо, дочечка! Это собак и котов пристраивают в хорошие руки. А я ещё не чувствую себя ни одним, ни другим из животных.

    - Мам! Ну, я в смысле, надо тебя замуж отдавать.

    - Скажите, что я вам плохого сделала? Я два года от концертов твоего папы отойти не могу. Что-то не хочется одними и теми же граблями по лбу получать.

    - Ну не все мужики такие, как отец. Есть же и нормальные.

    - Есть, но не про нашу честь. Нормальных всех уже разобрали. Нормальные, с женами живут, а не зажимаются с молоденькими, на глазах у всего города.

    - Так ты уже в курсе, что отец нашел себе подружку?

    - Уже сообщили. Я от чистого сердца желаю ему счастья, а его избраннице терпения. Если ему нужен развод – всегда-пожалуйста, пусть готовит документы. Я подпишу, потому что всё, что можно, мы уже поделили. Только бабушке пока ничего не говорите, не травмируйте. Так вот чего вы меня отдыхать отправить хотите? Мариш, не переживай, у меня к твоему отцу, уже нет ни каких чувств. Ни обиды, ни злости. Наш брак давно изжил себя – как это не банально. Но вывод я сделала – надо было выходить замуж по любви, а не стерпится – слюбится. Вот у нас с твоим отцом и терпелось, сколько можно, но не слюбилось. У тебя уже давно своя семья, мы, как и были, так и остались твоими родителями, но жить вместе уже не можем. Так, что так и передай это отцу, когда увидишь. И вообще, зови Володю кушать, а то он на моём телевизоре дырку просмотрит.

    Мы поужинали. Провожая детей, я пообещала им, что в субботу обязательно приеду к ним, навестить внуков.


    Выйдя из ванной, я удобно устроилась на кровати и открыла журнал «Отдохни». Не успела я перевернуть и пары страниц, как на тумбочке завибрировал мобильник. «Шеф» проинформировал меня экран дисплея. Господи, двадцать два с минутами.
    Этому-то чего не спится? Отдыхал бы себе спокойно – нет же, надо звонить среди ночи.

    - Добрый вечер – раздался в трубке тихий голос шефа. – Не разбудил?

    - Нет, Роман Евгеньевич, не получилось у вас. Я ещё не сплю. Хотя уже лежу.

    - Я тоже. Ты с понедельника в отпуске?

    - Не скажу, а то ещё какую-нибудь работу найдёте.

    - Поедешь отдыхать? – не поддался он на колкость. - Приезжай ко мне, здесь хорошо.

    - Ага, а вы мне сразу папку в руки, компьютер или ноутбук где-нибудь раздобудете, и «Давай, Алиночка, работай. Клиента упускать нельзя». Нет уж. Я не скажу, куда поеду.

    В трубке раздался тихий смех, и Роман Евгеньевич произнёс:

    - Что, я так когда-то говорил?

    - Постоянно. Сами знаете.

    - Ну, хорошо. Я исправлюсь. А если серьёзно – приезжай. Море такое тёплое. А воздух. Здесь очень хорошо. Я тебе покажу такие места…

    - А что, домашние не хотят к вам ехать? – вдруг бестактно брякнула я. Роман Евгеньевич замолчал, потом тихо произнёс:

    - Извини. Спокойной ночи – и связь прервалась.

    Положив на тумбочку телефон я снова взяла журнал, но уже не читалось.

    Я мысленно выругала себя за свой бестактный вопрос. Зачем я это спросила? Что я вообще знаю о своём начальнике?!

    Я ничего не знала о его личной жизни. Я не знала, есть ли у него семья: жена, дети. Мне это было не интересно. Он для меня всегда был красивым, недосягаемым мужчиной – человеком, у которого я работала, моим шефом. А если разобраться, я всегда уделяла мало внимания флирту и заигрываниям. Мне это было не надо. Хватило двух предательств: одно - Генкино, другое - Женькино. Ещё одну подлость моё сердце просто не выдержало бы. А оно у меня одно. И я боялась новых отношений, вернее не отношений, а разрыва, зная, как я привыкаю, и как буду переживать, если всё закончится плохо.

    Ой! Правда, чего это я завелась? Шеф мне ничего не предлагал конкретного, всегда вел себя тактично. Что же теперь о всех мужчинах плохо думать? Ну, неужели тяжело было сделать человеку приятное и пофлиртовать с ним по телефону? Надо будет завтра позвонить и извиниться.


    Ход мыслей нарушил звонок. На экране дисплея горел большой вопрос и подпись «Неизвестно».

    Какие у вас возникают мысли, когда вы не знаете, кто вам звонит, да еще поздно вечером? То-то же.

    Я нажала клавишу соединения.

    - Добрый вечер! – звонко и громко произнёс Генка.

    Чтоб ты сто лет был жив! Вот кому точно не спится. Я еще не отошла от разговора с шефом, а тут он со своим «добрым вечером».

    - Скорее уже ночь – ответила я, мысленно пожелав Генке длительного расстройства кишечника. – Что случилось?

    - Ничего. Целый день тебя не видел. Соскучился. У меня для тебя подарок. Хочешь, я приеду.

    - Не хочу! Ген, ты не обижайся, уже поздно для подарков, давай завтра. Я уже сплю.

    - А в чем ты спишь? – продолжал выпытывать неугомонный Генка. - Наверное, голенькая?

    - Не угадал: в ватных штанах и в вязанной зимней шапке.

    Генка затих, соображая. Потом спросил:

    - А в шапке-то зачем?

    - А затем, Геночка, чтобы телефонных звонков и глупых вопросов не слышать.

    - Ну, хорошо, тогда до завтра. Договорились? Я заберу тебя завтра с работы.

    - Угу. «Сегодня уже забрал – подумала я.»

    - Тогда, спокойной ночи. Моя звонила, угомониться не может…

    - И тебе спокойной ночи, Гена – ответила я, перебивая его излияния, и засунула мобилку под подушку. Потом прокрутив в голове разговор с Генкой рассмеялась. Черешня не поинтересовался, почему я, в августе месяце, сплю в ватных штанах, а вот шапочка его поставила в тупик. Вот и попробуй, пойми этих мужиков, кому чего надо.


    А ночью мне приснился странный сон. Будто я стою на горе и надо спуститься. А с горы ведут две тропинки. Они переплетаются между собой, спускаясь вниз. В конце возле одной тропинки стоит Генка, а возле другой - мой шеф. И я не знаю, по какой тропинке мне лучше и безопаснее пойти. Я начала спускаться и только мне осталось выйти из-за камней и увидеть, кто же ожидает меня – как вдруг зазвенел будильник. Я вздрогнула и проснулась, так и не узнав, чем закончился мой сон.
     



Рина Волошина

Отредактировано: 18.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться