Мой Роман или Отвали моя черешня

Размер шрифта: - +

Глава 12

        Глава 12
    Ранним утром, когда все сони ещё спали, и солнышко ещё не показалось из-за моря, мы с Петровной пошли на пляж. 

Сегодня мы были самыми первыми и заняли лежаки на всех членов нашего клуба.  Но долго наслаждаться одиночеством не пришлось. Вскоре наша команда любителей утреннего плаванья и загара была в полном составе. Всем было интересно, как мы провели день, и как прошла поездка. Мы с Петровной сказали, что остались довольны и поездкой и экскурсоводом, показывали фотографии на цифровике и в свою очередь поинтересовались, что было интересного без нас.

- Да всё нормально - ответил Сан Саныч. – Только вот во время обеда одна из вновь прибывших женщин закатила скандал. Полная такая, рыжая и до ужаса неприятная.  

Мы с Петровной переглянулись.  Нила начинала давать концерты.

- Так, сиди и не шевелись. Пришел красавчик, и глазками тебя ищет – произнесла, почти не шевеля губами, моя компаньонка. – Так нашел, улёгся, теперь будет наблюдать из-под шляпы. Пошли, окунёмся, что ли?

И мы пошли купаться. Наплававшись вдоволь, мы с Петровной упали на лежаки и стали загорать. Мне кажется, я даже задремала, когда услышала над собой хрипловатый голос:

- Господи! Какая же ты слепая!

Я, подняла голову и увидала удаляющийся силуэт мужчины. Моя Петровна с широко открытыми глазами и ртом сидела на своём лежаке.

- Чего? – спросила я.

- Даю руку на отсечение: он тебя хорошо знает. Не зря он за тобой так наблюдал.

- Петровна, инвалидом останешься, у меня нет здесь близких знакомых, если бы таковые были, то я бы сюда не поехала. Мне подарков всяких хватало и дома.

- Ну-ну, время покажет. Переворачивайся на спину. Поваляемся и завтракать пойдём. А то скоро припекать начнет. Кстати. Завтра, после обеда, Александрович предлагает на дегустацию съездить. Ты как?

- Я как все. От коллектива не отделяюсь.

- Ну, я  почти такое же сказала. Саныч пошел билеты на всех заказывать.

Повалявшись немного и заметив, что народ уже начинает сходиться после завтрака, мы стали собираться, чтобы пойти, как говорит Андреич, получить причитающиеся нам калории. Мы по лестнице поднимались на набережную, я была без шляпы, неся её в руках, как вдруг из-за поворота нам на встречу вышел Черешня с супругой.  

Поскольку я уже знала, что он здесь и видела их «торжественный выполз» из автобуса, ни один мускул на моём лице не дрогнул. А вот Черешня не смог сдержаться и покраснел, вернее, налился соком. Его супруга вытаращила на меня свои поросячьи глазки. Я не останавливаясь, поздоровавшись, прошла мимо. И вдруг услышала за спиной визгливый голос Нилки.  

- Что она здесь делает? Почему она в нашем санатории? – вопрошала она у супруга. И услышала в ответ пять слов, которые никак не ожидала услышать от Генки.

- Заткнись! А не нравится – уматывай!

 Мы с Петровной переглянулись и пошли в столовую.


- Да! – произнесла Петровна,  доедая завтрак. – Впору пожалеть мужика. С такой ведьмой живёт. Ни кожи, ни рожи, ещё и скандалистка. Не пойму, что в ней хорошего-то было?

- Петровна, как говорит моя подруга – всех не пережалеешь. Он сам выбрал свою судьбу. Кто ему доктор? Но с другой стороны хорошо, что он с ней. Не будет приставать и надоедать. Видите, во всём есть свои плюсы и теперь можно спокойно наслаждаться отдыхом. А знаете что? Поехали-ка в Ялту. По набережной погуляем, на рынок сходим, инжира купим, винограда. 

- А и правда, поехали. К обеду вернёмся.


Мы быстро собрались и отправились путешествовать. Всё что задумали – было выполнено и к обеду мы вернулись. Танюша сидела в комнате консьержки и 
разговаривала с ней. Завидев меня, она приветливо помахала рукой, приглашая присоединиться. Я зашла, села, угощая девчонок виноградом. Тут мой взгляд упал на стол, где лежал список расселения. Черешневы жили в моём корпусе, на третьем этаже. Это получалось, что по нескольку раз в день мне придётся проходить через их этаж. А, может, и не встретимся. Соседи каждый день и то не видятся. 

Поговорив немного с девчонками, я поднялась к себе в номер. Достала телефон. Упала на кровать и стала звонить Наташе. Подруга была свободна и мы с удовольствием поболтали. Я рассказала Наташе о путешествии в Севастополь и о приезде четы Черешневых.  О том, что Нилка и здесь успела прославиться. Наташа всё выслушав, вдруг спросила: 

- А начальник твой, что? Молчит?

- Ну, почему? Позванивает. Только я молчу.

- Ну, и глупо! Объяснилась бы с человеком. Поговорила. Выяснила бы всё.

- Наташ, хочешь честно? Есть такая категория людей, рядом с которыми чувствуешь, что не дотягиваешь до них. Теряешься рядом с ними, что ли. Вот и здесь.  

- Ну, признайся честно, он тебе нравился. Ну?

- Если честно и как единственной подруге – то да. Но я никогда не живу иллюзиями. Зачем мне ещё раз разбивать себе сердце? А теперь это уже не имеет никакого значения. Я не работаю у него. И прошу тебя, не затевай больше таких разговоров.

- Хорошо, больше не буду. Ну, всё отдыхай, набирайся здоровья. Вадику и Татьяне привет.


Разбудил меня звонок Петровны.

-  Ты сюда отсыпаться приехала? Ты купаться идёшь или до самого вечера дрыхнуть будешь?

- Иду-иду!  - крикнула я, вскакивая с кровати. – Одну секундочку. 

Плеснув водой в лицо, схватив шляпу и пляжную сумку, я выскочила из номера и рванула по ступенькам вниз. Пробегая мимо третьего этажа, я вдруг столкнулась с Генкой, выходящим из вестибюля на лестницу. Он поймал меня за руку и рванул к себе. 

- Как это называется? Долго ты от меня бегать будешь? За что ты так со мной? Ведь я же люблю тебя – его голос дрожал от возмущения.

От неожиданности я даже перестала сопротивляться и не знала что сказать. 

Признание Генки никак не вязалось с его поступками.

- Гена – выдавила я. – А как ЭТО называется? Когда просто едешь в гости со знакомым, не давая ему никакого повода, и не обещая ничего, а утром обнаруживаешь его в своей кровати? Потом он приглашает тебя с собой на отдых, и когда узнаёт, что ты уехала, предупреждает, чтобы возле тебя никто не вился, а в финале эффектно появляется со своей собственной женой? Погоди, я знаю, как это называется. С-Ю-Р-П-Р-И-З. Так вот, Гена, ты уж как-то разберись со своей личной жизнью. Со своими сюрпризами. Определись, что ли. А то неувязочка, какая-то, получается.

- Аля, не волнуйся, все будет хорошо.

- Ген, это у «Русского радио» все будет хорошо! А у тебя непонятно что.

- Я не хотел брать её с собой. Но ей срочно надо на море - пройти курс лечения. Она такая больная.

- Гена! – не выдержала я. – Открой глаза. Это ты больной. Ты как был лапухом, так им и остался. У тебя за спиной уже люди смеются, а ты в своей жизни даже поменять ничего не хочешь, и показать кто в семье главный. На голову твоя жена больная и на язык. И хитрая. Её, в первый же день, возненавидела добрая половина отдыхающих. Это ж надо, царица приехала, права свои качает. Ты бы хоть отдергивал её что ли, а нет – купи скотч и рот ей заклей на время отпуска.

- Так ты всё знаешь?

- Конечно. Администратор и его супруга мои друзья. За столько лет работы это у них первый конфликт с отдыхающими

- Аль, а если я поменяю свою жизнь, ты будешь рядом со мной?

- Гена, ты что, на базаре? «Если ты будешь со мной – я уйду от жены, а если нет 
– тогда останусь». Значит тебе с ней не совсем плохо. Когда человеку припекло, он бросает всё: живое и мёртвое, и уходит. Это называется – ДОСТАЛИ. Я знаю. Я сама в этой шкуре побывала. А тебя ещё видно не достали. Короче, Гена, мне некогда. Меня человек ждёт. 

- Алина, ты меня обижаешь!

- Ха! Я бы тебя, Геночка, с огромным удовольствием обидела, но с природой  тягаться не хочу. Ты и так ею конкретно обиженный. И причем, очень давно.

 И вырвавшись, я побежала вниз. Лицо горело, и я поспешила натянуть шляпу. Петровна сидела на лавочке возле корпуса. Я подошла и присела рядом.

- Что так долго? Что случилось? – спросила она, заглядывая мне под шляпу.

И я пересказала наш с Генкой разговор.

- Вот и молодец. Правильно всё сделала. Если он умный то отвяжется. А если дурак – то я тебе не завидую. Иметь рядом такого мужика – упаси Господь. 
Липучка какая-то, а не мужик.

- Знаешь, Петровна, что мне напоминает его поведение? Одну резкую поговорку: «Хочу нагадить и не надуться». «И тебя боюсь потерять и  жену не хочу обидеть». Вот только одну вещь он не может понять – не нужен он мне такой. Я это выяснила через пару дней, слушая его бесконечные жалобы на супругу. Я бы к нему относилась с, гораздо большим уважением, если бы он сказал: « Да, моя жена – сварливая, толстая, страшная стерва – но я люблю её, потому что с этим человеком мы вместе прошли через многое, переносили вместе и горе и радость».

- Жди! Ни один мужик этого не скажет. По причине патологической трусости.

- Вот это-то и плохо. Ладно, Бог с ним. Пошли купаться. А то исключат нас из клуба за прогулы в послеобеденное время. Заодно и узнаем у Андреевича, в какое время завтра экскурсия. 


 Мы спустились на пляж, и подошли к нашим лежакам. Я выпрыгнула из шортов, стащила майку и побежала в воду. Плавала до тех пор, пока не прошел осадок от разговора с Черешней, только потом вышла з воды и улеглась рядом  с Петровной, подставив спину солнышку. 

- Ну, что, русалка, наплавалась? – спросила Петровна.-  А красавчик-то твой уже в ожидании. 

- Ой, Петровна, да ну его на фиг. Не хочу я ни «красавчиков», ни «корявчиков». Очередной «Гена Черешнев» в поиске очередной лохушки. Пусть наблюдает издалека, но ближе чем на пять метров не подходит, пока у меня стойкая аллергия на мужиков не началась.

- Ну, всё-всё, не заводись, а то не отдых получается, а сплошная нервотрёпка. Андреевич сказал, что сбор завтра в четыре.

- Отлично! Поедем, надегустируемся. До поросячьего визга. Петровна, а вы сегодня в кино или на дискотеку для пенсионеров? Ногами дрыгать?

- Сегодня дети звонить будут. Так что, наверное, в кино. Пошли со мной? Чего в номере-то сидеть. Я тебя потом проведу.

- Хорошо. Только провожать не надо. Мне здесь не кого бояться.

 Вечером мы пошли с Петровной в кино. 

Наш фильм. Про любовь. «Одинокий ангел». Сколько нас таких, «одиноких ангелов», да не у всех сказка красиво заканчивается. Хорошо, хоть в кино кому-то везет. 
Мы с Петровной расслабились, сидели слезы глотая. Черешня тоже со своей половиной приперся, про чужую любовь смотреть. Сидели недалеко от нас. «Половина» смотрела про любовь, а Генка буравил глазами меня. 

Зря старался. 

После фильма мы с Петровной побродили немного, по освещенным фонарями аллеям, обсудили фильм и направились к корпусу. 

Я  поднялась в номер. Только разделась, как раздался звонок. Это была моя Наташка. Кум уехал в командировку, и подруга изнывала от скуки.  У Натальи собралось несколько выходных, и подруга грозилась приехать на днях. Я была очень этому рада. Всё-таки Наташка свой человек. Ей можно поплакаться и пожаловаться, она и посоветует чего-нибудь путного. Но это будет только на следующей неделе. 

А пока надо обходиться своим умом. 


 



Рина Волошина

Отредактировано: 18.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться