Мой темный-претемный властелин

Размер шрифта: - +

Глава 10. Не забывай о силе воды и клятвах

Больно ухватив под локоть, Атрок практически тащила меня за собой.

— Да иду я! — жестом, присущим Анаретт, скинула ее ладонь, смерив презрительным взглядом.

— Отдай! — она едва ли не вырвала ковш из моих рук и бережно, стараясь не расплескать, понесла сама.

Интересно, на что он ей сдался? Спрашивать бесполезно, Атрок никогда не стесняется в выражениях, так что не стану даже пытаться, чтобы не выслушать очередную грубость. Задрав подбородок, напустила на себя надменный вид и зашагала вперед, отметив, как искренне перекосило старушку. Что ж, хоть какая-то польза от уроков сестры. Кто сказал, что издеваться годиться только над слугами?

Полумрак коридора для слуг показался кромешной темнотой после залитого ярким светом двора, поэтому я не сразу заметила притаившуюся в нише сестру.

— Где он?!

Вздрогнув, я приложила руку к сердцу и возмущенно выдохнула:

— Ретт!

— Куда ты его дела? — продолжила наступать на меня сестрица.

— Под подолом спрятала! Хочешь посмотреть? Разве ты не заметила, что Рансовье вместе с твоей матушкой вошли через главный вход?

— Дура! Тупорылая овечка, куда ты дела приветственный ковш!

— Ах, вот ты о чем? — с облегчением выдохнула я, проигнорировав оскорбления.

Она так часто обзывалась, что у меня давным-давно выработался иммунитет к яду «Анаретт». Я успешно игнорировала оскорбления, и это бесило сестрицу почти так же, как краткая форма ее имени. Отчасти потому, что на кентарийском рет — это крыса, о чем неосторожно ее просветил наш посол.

— Ваше высочество.

Ажарра Атрок проплыла мимо, одарив меня полным неодобрения взглядом, и церемонно подала приветственный ковш сестре. Та вцепилась в него, принялась пить большими глотками жадно, едва не захлебываясь.

— Анаретт, если бы у тебя был дар, я бы решила, что ты переломала себе все кости до последней. Осторожнее, не то живот заболит. Кстати! Из него пил властитель Темных Земель. Осторожнее, кто знает, какие у них там болезни? Вдруг подхватишь что-нибудь эдакое хаоситское и тю-тю…

Атрок при этих словах так широко открыла рот, что коричневая от шаранты слюна капнула на лиф голубого платья. Спохватившись, фрейлина принялась его оттирать, да где там! Эта дрянь намертво въедается даже в зубную эмаль.

Тем временем сестрица оторвалась наконец от питья и уставилась, злобно сопя, а потом вдруг резко бросилась вперед, впечатав меня в стену. Занесла над головой пустой ковш. Ее рука дрожала так, словно она еле-еле сдерживается, чтобы не ударить.

— Кто тебя просил из него пить?! — шипела сквозь зубы она. — Я все видела! Если из-за тебя приворот не подействует, я… Я… — она даже растеряла дар связно говорить.

— Приворот? Вы что же, решили приворожить Темного Властелина?!

Такой наглости или смелости. Или глупости я никак не ожидала.

Анаретт пихнула меня напоследок и выпустила ткань платья. Я поправила юбки и корсаж, мысленно прибавив эйри к той сумме, что предъявлю ей при случае. Цена моей мести растет. Мне всю жизнь старательно внушали чувство вины, обвиняя в прегрешениях отца. Словно это я виновата в том, что он меня зачал. Все время говорили про то, что я должна это искупить. Видимо даром, а за одно и собственной жизнью.

Я долго терпела, и даже порой начинала им верить, но с момента побега, наконец, осознала, будет только хуже. Всегда. Так что счет открыт на каждую. Как только подвернется случай верну все сполна. Эта мысль помогла прямо взглянуть сестре в глаза. О да! Я не преминула скопировать ее надменно-презрительное выражение лица. Как там она сказала? Наше сходство начинает ее пугать? Вот и прекрасно. Пусть боится.

Все, что касалось магии, тетка тщательно от меня скрывала. Инициация наследников обычно проводилась у источника Аэра, но мне на это нечего было и надеяться. Теперь, когда мне исполнился двадцать один год, они боялась, что у меня получится самостоятельно раскрыть мою силу. Приворот не выходил из головы, мне было очень интересно, как это работает. Подействует ли на Темного? С вопросами нужно быть осторожнее и не спугнуть, поэтому лучше притвориться недалекой, сестрица обожает умничать, вдруг выдаст что-то важное?

— Но при чем тут приветственный ковш, — спросила словно невзначай, почти равнодушно и без надежды на ответ. — Ведь это я его держала в руках. Вы хотели приворожить меня к Темному, чтобы мне не было так противно лечь с ним, окажись он и стариком?

— Вот еще! — ухмыльнулась сестра. — Делать больше нечего!

Ну конечно, чего еще обо мне-то заботиться? Ожидаемо. Не удивила.

— Чары с ковша перешли на Рансовье. Кто после выпьет воды из этого ковша станет объектом его обожания.

Я едва сдержалась, чтобы не испустить победный клич, но тут же испугалась. Нет, радовалась я не потому, что Анделар Рансовье теперь будет привязан ко мне. Чужая несвобода в чувствах меня совершенно не прельщает. Радовалась, я тому, что могла помешать Анаретт, первой отпив водички. Было бы мучительно обидно, если бы их с теткой планы исполнились. Особенно теперь, когда я увидела его. Сердце сладко замерло от образа, что возник в сознании. Пресветлый Аэр! Хоть бы он оказался таким, как я его представила. Хоть бы благородная внешность соответствовала внутренней сути. Хоть бы… Он забрал меня с собой.



Любовь Черникова

Отредактировано: 30.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться