Мой выигрыш - ты. Часть 2

Глава 12

Тимофей несколько раз постучал в дверь комнаты Алены, но ответом ему была тишина.

После поездки к следователю прошло несколько дней, в каждый из которых отец неизменно напоминал ему о том, что пора подавать заявление в ЗАГС. Вот только каждый раз, глядя на Алену, уныло ковыряющуюся в тарелке во время совместной трапезы или безразлично рассматривающую потолок своей комнаты, ему было страшно заговаривать с ней на эту тему. Он подолгу собирался с силами, внутренне убеждая себя, что все козыри у него, и в сложившейся ситуации она просто не посмеет ему отказать, но стоило встретиться с ней взглядом, как все слова сразу же застревали в горле. Однако тянуть дальше уже было нельзя, иначе отец возьмет дело в свои руки, и будет он выглядеть перед девчонкой полным дураком.

Парень осторожно приоткрыл дверь и вздохнул с облегчением. Она как всегда лежала на кровати, уставившись в потолок.

— Можно войти? — помаявшись на пороге и как обычно не получив никакой реакции девушки, Тимофей все-таки прошел в комнату и прикрыл за собой дверь.

Она даже не пошевелилась. От постоянного нахождения в четырех стенах Алена уже счет дням потеряла, совершенно не понимая, какое нынче число, день недели, да даже который час. Все смешалось, слилось в какую-то однообразную серую кашу. Дни сменяли ночи, ночи сменяли дни. И вроде бы за окном было лето, но оно словно проходило мимо нее, оставаясь где-то там за опущенными жалюзи и задернутыми занавесками на окнах. А в последние дни и вовсе тепла не чувствовалось, все чаще по стеклам стучал дождь. Словно сама природа оплакивала вместе с Аленой ее несчастную судьбу. Там, у следователя, она так старалась как можно меньше упоминать в своем рассказе Илью, так боялась навредить ему, что даже ни на секунду не задумалась о том, что стены ОВД могли бы стать спасением для нее самой, если бы она посмела сказать правду про Матюшиных. Вот только спасением они стали бы ненадолго. Алексей Сергеевич ясно дал понять, что улики на нее у него имеются. Ее арестовали бы прямо на глазах у мамы, заключили под стражу, а дальше что? Сизо, суд, тюрьма…

— Ален? — снова тихо позвал Тимофей.

— Ну, что? — нехотя отозвалась она, наконец взглянув в его сторону.

Господи, как же он надоел ей! Она бы вообще не выходила из комнаты, если бы он не таскался сюда! Но нет, каждый раз, когда она не спускалась к столу, Тимофей скребся в дверь, а потом стоял над ее кроватью и подолгу ныл о том, что ей нужно питаться. Но и на этом не заканчивалось — он разгораживал занавески и жалюзи, открывал нараспашку окно, для того чтобы впустить в комнату свежий воздух, начинал просить ее прогуляться во двор. Ха, один раз она согласилась, после чего навсегда зареклась ходить на такие прогулки. Более подходящее слово было «выгулка». Примерно так выгуливают собак, тщательно следя за каждым их шагом. Мало того, выгуливали они ее вдвоем с Михеем, тенью бродящим за ними по небольшой аллее перед домом.

— Почему не спускаешься к ужину? — не в силах сразу приступить к главному, Тимофей начал издалека.

Ну вот, опять начинается!

— Не хочу, — раздраженно фыркнула Алена и демонстративно отвернулась.

А ведь раньше он не проявлял к ее персоне такого повышенного внимания, все началось после приезда отца. Как только тот появился, весь ее размеренный график жизни полетел ко всем чертям. Мало того, что старикан обожал все эти церемонии с приемом пищи и привлекал к этому и их с Тимофеем, так еще и буквально поселился в гостиной, проводя там все свое время. То он, развалившись на диване, копался в многочисленных документах, что-то изучал, подписывал, вел долгие беседы по телефону, то устраивался с пультом перед телевизором, перещелкивая новостные каналы. Разумеется, никакой и речи не было о том, чтобы подойти к бару и взять что-то из алкоголя. И эти несколько дней вынужденной трезвости показались ей невыносимо долгими. Она не могла ни есть, ни спать. Все мысли были только об одном — когда уже Алексей Сергеевич уже свалит к себе обратно за город?

Тимофей обошел кровать так, чтобы видеть ее лицо.

— Ален, пойдем за стол, — мягко попросил он. — Отец ждет нас.

— Зачем? — приподнявшись на локтях, вызывающе поинтересовалась девушка.

— Что «зачем»? Ужинать, — не уловив в ее вопросе усмешки, просто ответил Тимофей и, помолчав, добавил неуверенно: — Мы же одна семья.

— Господи, какая еще семья? — Алена снова откинулась обратно на подушки и даже на мгновение зажмурилась, с трудом подавляя раздражение. — Этот человек хотел меня убить! Да я не то, что есть, я дышать в его присутствии не могу, ты не понимаешь этого?!

— Ален, ну не надо так. Он ничего тебе не сделает. Я же обещал, что теперь ты в безопасности, — не особо уверенно проговорил парень, но, вдохновленный своей речью, продолжил уже более решительно: — Скоро ты станешь моей женой, и тебе будет уже абсолютно нечего бояться.

— Вот когда мне нечего будет бояться, тогда и будем ужинать! — передразнила его Алена, однако тот растолковал ее слова по-своему.

— Давай завтра подадим заявление! — выпалил Тимофей, радуясь, что разговор о свадьбе зашел сам собой.

 Однако после того как встретился взглядом с девушкой, его решимость вмиг куда-то исчезла, а лицо залилось пунцовой краской.



Александра Ронис

Отредактировано: 19.02.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться