Молнии Великого Се

Догнать ветер. Часть 1

Царевна поведала Камню, что в том краю, откуда она пришла, существует некое очень темное и очень могущественное братство, именуемое альянсом Рас Альхаг или орденом Змееносца. Их твердыня расположилась на одной из планет сияющего на верхнем небосклоне созвездия, которое получило название в честь одного мудреца и целителя, прославленного умением воскрешать мертвых.

 Впрочем, нынешние змееносцы об исцелении, да и просто помощи ближнему пеклись не больше, чем князь Ниак — о благе Сольсурана. Их целью являлась власть, как в надзвездном, так и подзвездном краю, и средство для достижения этой цели находилось на сольсуранской земле. Вот почему попустительством Великого Се возобладала в стране травяных лесов тьма. Ибо даже вестники, бросившие темному ордену вызов, потерпели поражение и вынуждены были заключить унизительное перемирие, которое Змееносцы могли в любой момент нарушить. Вот почему путь дочери царя Афру лежал в сторону древних пещер.

 Отважным сердцем следовало обладать, чтобы тягаться с таким могущественным врагом. Камень посмотрел на хрупкую фигурку девушки, на узенькое запястье, выглядывающее из широкого рукава надетой не по праву мужской рубахи, и покачал головой:
 — Неужто на такое дело в надзвездных краях иных мудрецов не было? Шутка ли сказать! Поперек князя Ниака и вятшие мужи идти боятся. А уж если, как ты говоришь, он получает поддержку от этих поклонников тьмы! И как тебя, госпожа, только твои близкие на такое благословили?!

 Прекрасные глаза девушки сделались темными и сухими, точно два глубоких, но иссякших колодца.

  — Князь Ниак убил моих родителей, — напомнила она таким тоном, что у Камня мигом отпало желание обсуждать этот вопрос.

  — Ну, а жених или возлюбленный? — без особой надежды повел Камень рукой.

  Царевна глянула на него глазами раненой птицы:
  — Прежде у меня был жених, — глухо проговорила она. — Но нам пришлось расстаться. Обстоятельства вынудили его покинуть край, который в Сольсуране называют надзвездным, сделавшись изгнанником. Он нашел свой дом в стране травяных лесов и недавно породнился с потомками Духа Ветра.

 Услышав последние слова, Камень не без удивления приподнял левую бровь. Насколько он помнил, в роду Урагана был только один приемыш.

 Три года назад сыновья главы рода Ураганов и их двоюродные братья, возвращавшиеся с торга в Имарне, наткнулись в горной теснине на вооруженный отряд своих заклятых врагов — Горных Табурлыков. Потомки Горного Ветра были стойкими и искусными бойцами, но плохо пришлось бы им в бою с превосходящим их почти вдвое врагом, если бы на помощь им не пришел неизвестно откуда, едва ли не из воздуха взявшийся молодой воин. Отчаянно храбрый, владевший неведомыми приемами боя, чужеземец один одолел столько врагов, сколько Сыны Ветра, взятые вместе.

 Хотя он толком не назвал ни своего рода, ни страны, из которой пришел, Ураганы приняли его как дорогого гостя, а когда пожелал остаться, с радостью назвали своим сыном, дав ему имя Ветерок, в память о любимом младшем сыне, сраженном вражеской стрелой за год до того.

 Ураганы не прогадали. Слава о воинских подвигах Ветерка гремела по всему Сольсурану, упрочивая доброе имя их рода, заставляя трепетать тех, кто бы хотел покуситься на владения и свободу потомков Горного Ветра. Во время последнего посещения Гнезда Ветров Камень познакомился с приемышем. Пригожий и статный, удалой и не по годам мудрый в суждениях, владеющий тайной металлов и секретами других ремесел, он напоминал вестников Великого Се в те дни, когда они снисходили до того, чтобы примерить одежду сынов Сольсурана, и потому Могучему Утесу странно было слышать слова об изгнании.

 В Сольсуране этой карой, считавшейся одной из самых суровых, наказывали людей, совершивших что-то ужасное. С другой стороны, не так уж редко встречалось, что люди благородные и достойные брали на себя бремя вины какого-нибудь безответственного младшего родича или несли незаслуженное наказание, став жертвой зависти или клеветы. А ведь во многих своих проявлениях вестники не так уж отличались от сольсуранцев.

 Хотя край неба уже начал светлеть, посланцы Великого Се, товарищи царевны, не спешили появляться. Не на шутку встревоженная, девушка, обхватив худенькие плечи гибкими руками, стояла на краю террасы, приютившей их маленький лагерь, и напряженно вглядывалась вдаль.

  — Ну где же они?! — не выдержала она наконец. — Можно подумать, добираются сюда на зенебоке или пешком! Впрочем, если Вадик говорит «на рассвете», раньше полудня его ждать не имеет смысла!

 — Вот бы Великий Се направил стопы Ветерка в эти края! — ни к кому особо не обращаясь, задумчиво проговорил Камень. — Все ж было бы как-то спокойнее Синеглаза поджидать!

 — Увы, догнать в травяном лесу ветер  так же сложно, как подняться до облаков, — перефразировав известную поговорку, невесело отозвалась царевна. — Мои товарищи и я уже почти полгода в Сольсуране, а он ни разу не посетил нас.
Камень подумал, что он тоже бы не торопился встретиться с теми, кто его отверг.

  — В травяном лесу приемный сын Ураганов прославился как великий воин и верный товарищ. Его братья говорили мне, что в бою он стоит десятерых.

  — Это действительно так, и все же я бы не стала тешить себя пустыми надеждами на этот счет, ибо до меня дошли слухи, что Ветерок из рода Урагана готовится к свадьбе с дочерью вождя рода Земли.

 Камень покачал головой. Какая же все-таки лживая птица — людская молва! Насколько ему лично было известно, а он сам гостил в то время в Земляном Граде, дело обстояло с точностью до наоборот.

 Вождя рода Земли Дола в травяном лесу прозывали Дол Многоплодный или Дол Большое Гнездо. Двенадцать сыновей взрастил Дол, но дороже каждого из них ему была его единственная дочь, рыжеволосая красавица Медь. Взлелеянная любящим отцом, девушка росла, ни в чем не зная отказа. Любое ее желание выполнялось, любая прихоть воспринималась как закон.



Белый лев

Отредактировано: 18.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться