Молох ведьм

Глава 5

Пейн, наконец, разрешил сделать привал. Уставшие, голодные люди валились с ног. Не было сил готовить еду. Жадно ели консервы, запивая газировкой, перекусив, немедленно уснули. Шериф оглядел свою команду.

Рори Макгоуэн — лучший стрелок и следопыт. Пейн побаивался его.

Саймон — исполнительный, расторопный, немногословный. Верен шефу и никогда не лезет не в свое дело. К сожалению, туповат. Пейн снова пожалел, что так и не смог найти подход к Кларе Мэддиген. Принципиальная курица одна стоила всего отдела. Пейн не хотел с ней расставаться, но это было неизбежно. Они не могли ужиться друг с другом, Мэддиген становилась опасной, часто лезла туда, куда не надо, и, скорее всего, догадывалась о тайной жизни шерифа.

Альфред Хогг — обычный отморозок с улицы, выполнявший грязные поручения. В команде он совсем недавно, Пейн приберегал Хогга до времени, когда придется свалить на кого-то все это дерьмо. Альфред хорошо владел ножом, не брезговал никакой работой и был безоговорочно предан шерифу.

Пейн посмотрел на седовласого курносого мужчину, надвинувшего на глаза ковбойскую шляпу. Гиллан, заместитель прокурора. Пейн втянул его, чтобы прикрыть свой тыл. Он изучал Гиллана почти год, прежде чем предложить ему войти в дело. Гиллан был падок на женщин, жаден и любил деньги. На охотах почти ничего не делал, но шериф всегда щедро платил ему, несмотря на недовольство других. Уж кто-кто, а Пейн понимал, почему кресло под ним все еще не шатается. Пейну было страшно даже подумать, как отреагирует Гиллан на предложение свернуть их «бизнес».

Бабби — еще один отморозок, под стать Альфреду. Он провел за решеткой большую часть своей жизни. Бабби знал всех преступников в округе и Пейн держал его в качестве стукача. Получая очередную благодарность за высокую раскрываемость, Пейн всегда вспоминал лисью морду старика со стальными мускулами. Если в округе было слишком тихо, шериф не брезговал отрядить Бабби на мелкие, незначительные, но шумные преступления. Бабби выходил сухим из воды, а вот соучастники получали реальные сроки. Впрочем, они умели хранить молчание, поскольку Бабби обещал им райское обхождение за решеткой, что неукоснительно выполнялось с молчаливого согласия шерифа.

Джеффри Уайтхэд — одноклассник его сына. В школе отрывал лягушкам лапки и вешал котов. Пейн запретил сыну на милю приближаться к Джеффри. Теперь Уайтхэд в команде. С явным наслаждением участвует в каждой охоте. Дождь, снег, июльская жара — Уайтхэду все нипочем. Он будет идти за подранком хоть трое суток. Шерифу не о чем беспокоиться. Жертве никуда не деться. Но Пейн все же не любил посылать Джеффри одного, уж больно парень увлекался. С головой Уайтхэд не дружил никогда, о последствиях не думал. Идиот и очередной отморозок. Пейн сильно жалел, что втянул его в дело, но пока лучше держать этого дегенерата при себе. Придет время, и Уайтхэд исчезнет в бескрайних лесах Спенсерхуда.

Спят. Кто-то беспокойно ворочается с боку на бок, кто-то безмятежно храпит. Плохо, все очень плохо. Люди стали огрызаться, неохотно выполняют приказы. Неблагодарные свиньи. Раньше, когда были охоты и деньги лились рекой, они боготворили Пейна. А теперь, после истории с этой сучкой из ФБР, об охотах не может быть и речи. Теперь вся эта шайка живет за счет Пейна. Скорее всего, придется сворачивать удочки и проваливать отсюда.

После пропажи Хелен Рэй федералы клещами вцепились в шерифа. Он организовал самые активные поиски и быстро обнаружил палатку. Лично осмотрел номер Хелен в отеле, но ничего там не нашел. Подключил местных егерей, добровольцев и даже вертолеты, курировал весь процесс, направляя людей в самые укромные уголки леса. Не щадил ни себя, ни людей. Многие жаловались, умоляя ФБР и шерифа штата приструнить Пейна и дать людям отдых. Пейн поддерживал железную дисциплину, на каждое действие просил разрешение, подписанное прокурором, и был крайне педантичен. Он часто говорил, что его сможет остановить лишь официальный документ из Вашингтона. Под давлением измученных людей и поисковых бригад такой документ был ему выдан, и поиски прекратились. Теперь даже генеральный прокурор не имел права обвинить Пейна в бездействии.

Шериф уже торжествовал победу, когда поиски решили возобновить. Какой-то идиот-охотник со своей вонючей шавкой обнаружил труп жертвы, убитой на одной из охот около четырех лет назад. На прозекторском столе лежали истлевшие останки проститутки, не имеющие к делу Рэй никакого отношения. Они-то и дали импульс новым поискам. Пейн проклинал придурка Уайтхэда, не удосужившегося закопать тело поглубже. Теперь ищейки перевернут весь лес. Мисс Рэй, может, и не найдут, зато непременно наткнутся на другие трупы.

На следующий же день собрав свою команду, он приказал срочно заметать следы. Рори научил их готовить раствор из хлорки, извести, стирального порошка и бог весть еще чего. Раствор в считанные часы превращал любые останки в отвратительную бурую массу, уходившую глубоко в почву. Пейна это вполне устраивало, он пожалел, что не делал так раньше. Первым делом «обработали» тело Хелен. После нее занялись и другими захоронениями. Они таскались по лесу с лопатами, мешками с известью и пачками порошка. В один поход удавалось «обработать» не более пяти захоронений. Работа была мерзкой, Пейну едва удавалось приструнить людей. Страх перед разоблачением и угрозы личной расправы приносили лишь временный эффект. Пейн понимал: еще немного — и все разбегутся, платить было нечем. Вначале зачистили все места, где трупы могли обнаружить в первую очередь.

Его группа ни у кого не вызывала подозрений. Напротив, шерифа хвалили, что не отсиживается в офисе, а рыщет по лесам в поисках девчонки из ФБР. Дело, возможно, снова бы затухло, но после обнаружения проститутки родня мисс Рэй подняла шум, выдумав версию о маньяке. Ко всей этой суете подключились активисты, однокурсники Хелен и знаменитый блоггер. Многие жители округа подогревали и без того неспокойную ситуацию свежими подробностями и жуткими историями о женщинах, пропавших при загадочных обстоятельствах. Лишь пригрозив тюрьмой за распускание слухов, Пейну удалось на время усмирить их буйное воображение. Была и еще одна напасть — доверенные лица поговаривали о каких-то письмах в Вашингтон.