Monday

Глава 38 (часть 2).

Утром я собиралась на тренировку с особым настроем, меня не атаковала усталость или же плохое самочувствие. Я бежала к спортивному комплексу, и единственное, что волновало меня, это сбитое дыхание из-за того, что я давно не бегала на большие дистанции, как это было раньше. Но в моей голове возникли так же и мысли о моём весе, когда я оказалась в зале и после разминки принялась за брусья. Я чувствовала, как мне трудно сделать перелет Ткачева, так же с особой сложностью мне давался перелет с высокой жерди на нижнюю в вертикальную стойку, я просто падала на спину и злилась про себя. Даже петлю Корбут, которую Стивен адаптировал под меня, я боялась делать из-за лишнего веса, но я смогла с ней справиться, потому что страх упасть с этого элемента был выше, чем страх сделать это правильно.

Тренеры вошли в зал, когда я была уже на ковре, а другие девочки выполняли комбинации на бревнах и брусьях. Я разгонялась, чтобы сделать тройной винт, но из-за того что я отвлеклась на то, что на меня пристально смотрели, я сделала три оборота, но приземлилась на свою спину, мне просто не хватило высоты, чтобы приземлиться на ноги.

— Здравствуйте, будущие чемпионки! Готовы к взвешиванию?

— Да! — меня раздражало, как они одновременно выкрикивали это, хотя я знала, что они этого боялись, но при этом им хотелось возвысить себя в глазах тренеров.

— Не особо, — я пробормотала себе это под нос и зашла с остальными в медицинский кабинет, нас было не так много, поэтому взвешивание не должно было занять много времени.

— Эмми, ты поправилась на пару килограмм, — врач сказал это не так разочарованно, как говорил другим, которые прибавляли столько же, а я удивилась, ведь была уверена, что набрала больше пяти килограмм. — Это не так страшно, учитывая то, что ты постоянно голодала. У тебя вес в норме, я бы так сказал. До этого была слишком маленькая цифра.

— Хоть вес и в норме, я бы сказал, что эта прибавка как раз и не даёт тебе выполнить то, что ты делала несколько месяцев назад. Сегодня выполнишь несколько кругов упражнений и потом на снаряды, — тренер подбодрил меня, похлопав по плечу и после взвешивания остальных пошёл со мной обратно в зал, чтобы проследить за выполнением упражнений.

Я заметила, как другие смотрели с завистью на меня, возможно, из-за того, что их отчитали за лишний вес, а меня хвалили. Им было не понять, что для врача мой отвес значил, что я хоть что-то ела, а не пыталась похудеть, поэтому для него это была хорошая новость, как и для тренера. Но для остальных в нашей "команде" это означало, что ко мне относились по особенному, не смотря на то, что я отрабатывала упражнения на все группы мышц вместе с ними.

Когда пришло время для снарядов, то тренер запретил мне делать вольные упражнения первыми, потому что он хотел, чтобы я сперва отработала соскоки на прыжке, бревне и брусьях. Всё это было повышенной сложности, поэтому я устала намного сильнее исполняя прыжок и последнюю часть комбинаций на снарядах, чем если бы исполняла лишь вольные.

Каждый раз, когда я разгонялась, я представляла как сейчас сделаю переворот вперёд, а затем двойное сальто вперёд в группировке, и как ни в чём не бывало приземлюсь без помарок. Именно эти воображение и вера в чистое исполнение помогали мне исполнять всё чисто. После отработанного сальто, у которого была база почти шесть с половиной баллов, я тренировала винт в три оборота. Уже через несколько попыток я чувствовала, как моё тело вымоталось. Казалось бы, я сделала очень мало повторений, а сил уже не было, потому что это был самый трудный прыжок в гимнастике. Именно из-за усталости в следующие разы я приземлилась на спину или колени, от чего вздрагивала и молилась, чтобы у меня не было перелома, иначе вся эта работа могла пройти в пустую.

— Эмми, с опорным прыжком достаточно, иди на брусья, — тренер сказал это, когда я в очередной раз упала, но я не хотела переходить на другой снаряд, пока не выполню хотя бы два раза подряд идеальный прыжок.

— Но я же неудачно приземлилась несколько раз.

— Это и не нужно, я увидел, как ты делаешь тройной винт с идеальным преземлением, после третьего раза он отнял у тебя слишком много сил, лучше не насиловать организм, нам травмы не нужны. Забыла, что было с коленом в последний раз?

— Ладно, брусья, так брусья.

Я старалась не обращать внимания на девчонок, которые то ли со страхом, то ли с издёвкой обсуждали мой опорный прыжок, который им даже во сне не снился. Возможно, они увидели лишь неудачные попытки и решили, что я слабое звено, которое не способно сделать что-либо чисто, либо они видели всё и смех был их реакцией на зависть. Я наблюдала за ними, как они пытались выполнить тоже самое, что и я, но ни у кого не получалось сделать этого.

В них не было того азарта, который жил во мне; если они пытались выполнить сложные элементы только потому, что хотели обогнать меня и повысить свою базу, то я делала это не ради высоких оценок, а ради удовольствия. Мне нравилось идти на риск, разгоняться и высоко отталкиваться от пола, чтобы сделать невозможное. В воздухе я ощущала себя свободной, поэтому мне так легко давалось то, что я тренировала месяцами.

Комбинация на брусьях мне давалась более легко, потому что здесь моё тело двигалось согласно физике, мне нужно было лишь управлять им и делать элементы, которые я могла выполнить во сне. Мне нравилось перелётать с одной жерди на другую, удерживать равновесие и разгоняться для петли, которая была подстроена под меня и под правила довольно хитрым способом. Нам нельзя было стоять на верхней жерди, чтобы сделать эту петлю, но касаться ее ногами, чтобы разогнаться и сделать перелет на нижнюю жердь можно было, поэтому я делала это и затем резко отталкивалась, чтобы сделать сальто, и так же резко хваталась за брусья, потому что мне ещё хотелось жить. Я любила так иронизировать и  продолжать делать что-то нереальное.

После соскока в два с половиной винта я ещё долго стояла на мате и приходила в себя. Только после преобретения лишнего веса и усталости я понимала, что мои программы были слишком насыщенными, и начала сомневаться в том, хватит ли меня на все снаряды, или же я буду в одном из них всегда делать ошибки. Вроде бы, у меня были самые сложные программы, и ошибка на одном из снарядов не несла таких сильных потерь, как раньше, но я не хотела выигрывать, совершая какие-либо ошибки, поэтому мне нужно было поработать над своей выносливостью.



tanya haze

Отредактировано: 10.08.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться