Monsta.com: Вакансия для монстра

Размер шрифта: - +

Глава 12 «Fighting Dreamers»*

Где-то, в самых недрах дома, что-то грохнуло. Я проснулась. Пробуждение наступило резко, проникая в глубины мозга, принося боль, туман и отвращение к спиртному. Почему у меня такое впечатление, будто я мешала водку с портвейном и заливала всё это пивом?

Из моей груди вырвались хрипящие стоны, проклинающие эту вселенную и факт жизни, вообще. Я пришла к выводу, что на меня сейчас можно вешать табличку следующего содержания: «Осторожно: ведутся археологические раскопки с целью найти мысль. Хоть одну».

Вспомнила. Мне снился какой-то очень странный сон, но я, естественно, приняла его за похмельный бред и тут же забыла. Еще через несколько мучительных секунд до меня дошло, что сейчас я одетая лежу на кровати у себя в комнате.

Медленно, не делая резких движений, чуть приподнялась с тихими матюками. Теперь причиной моей ругани стало осознание того, как и при каких обстоятельствах меня «вырубило». За окном просматривались первые отголоски рассвета. Щелчок пальцами, и стало значительно светлее. Одновременно загорелись всё имеющиеся в комнате свечи. А потом мне стало ещё поганее: на прикроватной тумбочке возвышалась моя недопитая бутылка джина, которую я умыкнула с банкета, рядом лежала пачка сигарет. На бутылку то ли просто так, то ли в качестве издевательства, был надет мой галстук. Через бархатный подлокотник стоящего у камина кресла был аккуратно перекинут шипованный ремень, а сапоги стояли рядом на ковре.

Значить это могло только одно — со мною снова нянчились, и это просто убивало. Надо собраться с силами и доползти до ванной, умыться.

Торжественно клянусь, больше никогда не буду пить! Сейчас, вот только чуток опохмелюсь…

Далее следовал момент спасительного присасывания к бутылке. Несколько глотков сделали своё дело, и соображать я стала яснее. Вот только на способности перемещаться в пространстве это никак не сказалось. Движениями, характерными, пожалуй, для страдающего болезнью Паркинсона, я добралась до ванны. Умылась тоже с трудом. Возвращение обратно происходило по той же траектории. Хотелось одного — обратно в постель. А грохот мне, скорее всего, почудился. Спьяну и не такое бывает.

Желая как можно быстрее вернуться в мир снов, я широко распахнула дверь в комнату, да так и замерла на пороге. В свете свечей было хорошо видно, как, перебирая лапками, с балдахина на кровать опускается громадный паук. Рука невольно потянулась к сердцу, а эта погань, замерев на полпути к покрывалу, так и зависла.

Ну почему сейчас? Что, нельзя было пораскачиваться на паутине, пока меня не было целый вечер?

Раздражение тут же отразилось внешне — ладони заполыхали синим пламенем. Через полминуты, я с размаху запустила во вторженца сгустком огня. Вот только огненный шар пролетел сантиметров на двадцать выше, чем надо. Пламя пережгло паутину, и было отчетливо видно, как черненькое тельце свалилось на постель. Но на этом абсурд не прекратился. Настигнув цель, пусть и неточно выполнивший свою функцию шар приземлился на кровать. Я вскрикнула, пламя погасло. Жалко только, что от повышения голоса прожженное место никуда не исчезло. Похоже, пауки на меня действуют хуже, чем криптонит на Супермена.

Раздосадовано помотала головой, насупилась и пошла передвигать кресло так, чтобы сидя на нем можно было закинуть ноги на письменный стол. Приняв вышеозначенное положение, покосилась сначала на несчастную кровать, потом на тумбочку с бутылкой. Быстрый, словно манящий, жест — и вот бутылка уже в руке. 
Мне почему-то упорно казалось, что в обоих случаях я промазала и «монстр» все еще где-то в кровати. В голове возникла следующая картинка. Я увидела себя в короткой пижаме, с зажатой в руках мягкой игрушкой — дракончиком, с сонным и испуганным выражением лица стоящей на пороге комнаты шефа. «Мистер Ван Райан, на мою кроватку спустился здоровенный паук! Можно я посплю в вашей комнате?» Тут некстати вспомнился Драй. Спать видимо пришлось бы втроём… Камера, мотор, снимаем!

Я истерически хохотнула. «Джозефсон, тебе лечиться надо». Внутренний голос, как ты прав! Надо, но тогда, боюсь, я стану значительно скучнее.

Новый день, завтра будет новый день, за которым неминуемо наступит и следующий. Тогда я стану Защитником, окончательно переставая быть тем, кем была всё прошлые почти беззаботные годы жизни.

Вот и она — развязка сумасшедших событий последнего месяца. Но мне и в голову не могло прийти, какой на самом деле будет эта развязка.
 

***


Как заснула второй раз, я уже не помнила. Зато очень живо помнила пробуждение. Действительность не спешила приобретать четкие очертания, стоило мне разлепить глаза. Рядом с креслом и моим телом в нем явно кто-то стоял. Кто-то в чёрной одежде. Кроу или Смерть, Смерть или Кроу?

При ближайшем рассмотрении одежда оказалась строгим костюмом-тройкой.
Я подняла голову с подлокотника и начала выпрямляться:

— Драй, это ты? — и тут же наткнулась на взгляд, потрясающий своим невыразимым красноречием. Значит, не та «версия» Ван Райана заявилась ко мне в комнату. Нужно было догадаться, раз он предстал передо мной в привычном директорском образе.

— А, понятно… — разочарованно пробормотала я, потирая глаза.

— Почему ты спишь в кресле? Что вчера произошло на твоей кровати?
Прикрыв глаза, я задумалась. Съязвить или не надо? В том то и дело, что ничего интересного там вчера не произошло.

— Какая разница? Слава Богу, не в гробу, — беспорядочно почесывая затылок, произнесла я охрипшим голосом. Похмельный синдром порой заставляет меня нести совершеннейшую дурь.

Мой шеф ничего на это не ответил. И хорошо, что не ответил, иначе это вызвало бы у меня дурное предчувствие.

— Кстати, а что ты делаешь в моей комнате с утра пораньше? — вдруг осенило меня.

— Твоё творение вчера здорово набедокурило… — объявил он, и по тону было понятно, что тут нет никаких преувеличений.

— Что он натворил? — с выпученными глазами я вскочила с кресла, забывая на миг обо всех последствиях вчерашнего вечера.

По прошествии небольшого отрезка времени, я, застегивая джинсы на ходу и расправляя на себе первую попавшуюся безрукавку, бежала по коридору за Ван Райаном, решительно шедшим вперёд. Да, именно так: он шёл, а мне приходилось догонять. Шутки шутками, но от репутации директора Бюро слишком многое зависело в моем нынешнем положении. Этот урок я усвоила хорошо.

А меж тем в поместье Барбары Бересфорд была разворочена часть первого этажа, и в холе имелась дыра в полу, размером с небольшой пруд… По словам Ван Райана. Сама я этого ещё не видела.

— Почему он вообще пошел в подвал? — кусая губы и ругая себя, спросила я.

— Во время фейерверка и финальной речи он выпил шампанского. Очевидно, ему понравилось, и он решил поживиться тем, что оставалось в подвале… Вот же бесполезное создание!

— Эй-эй-эй! Полегче! Ты сам вынудил меня его создать! — возмутилась я. — Но… но почему он не вернулся? Он же хотел вернуться…

— Сотворенные демонами слуги безоговорочно подчиняются только прямым приказам создателя. Ты пыталась заставить его принимать меня, как создателя, но это работало лишь в твоём присутствии. А четкого приказа возвращаться он не получал. И приказа «не пить» тоже.

Я скрипнула зубами. Шеф сам помешал мне дать первый из перечисленных приказов.

— Все из-за того, что я вырубилась! А теперь эти сестры-близняшки из команды организаторов фейерверков видели вас вместе… Они сильно пострадали?

— За них можешь не волноваться. Я успел вынести девушек из подвала во время первого взрыва. Потом ими занималась Барбара, а после использования запасов особых зелий мисс Уандер они не вспомнят ничего лишнего, и их раны восстановятся.

При этих словах я затормозила на верхних ступеньках лестницы. «Большой Босс», как его называет Холли и её компания, стремительно спускался вниз.

— Донны? Она умеет делать такие зелья? Ты уверен, что мы с тобой говорим об одном и том же человеке?

— На самом деле, тебе мало известно о людях, служащих Барбаре… — не вдаваясь в подробности ответил он.

«Можно подумать мне кто-то рассказывал» — мысленно проворчала я.

В дверь кабинета леди Бересфорд Ван Райан вошел первым, а за ним на полном ходу уже влетела я.

Лучи утреннего солнца играли на люстре похожей на большой переливающийся кристалл со множеством мелких ответвлений. Леди стояла, чуть опираясь рукой о тяжёлый резной письменный стол, одетая в теплый домашний халат, тапочки и с белоснежным чепцом на голове. Из окна на нее лился теплый свет. Не успела я ее поприветствовать, как на меня что-то налетело, приподняло с пола и закружило вокруг своей оси.

— Госпожа! Ну, почему вас так долго не было? — мне в грудь уткнулась не сразу опознанная чёрноволосая голова. Краем глаза успела заметить выражения лиц леди и Ван Райана. Это можно было назвать сильным удивлением, но правильнее было бы употребить более непечатное определение.

— Драй! Немедленно опусти меня на фиг на пол!

— На фиг на пол? – не поняли меня.

— На пол!

Поставил и отошел на два шага назад. Осмотрев его, я невольно треснула себя по щёке от досады. На лице и волосах копии Ван Райана коё-где еще остались следы копоти и сажи. В отличие от одежды, выглядевшей свежей, будто только что из чистки. Видимо, господину директору пришлось поделиться с ним чем-то из своего официального гардероба. Хотя сомневаюсь, что его гардероб от этого оскудеет. Скудеть и так особо нечему.

— Драй, ты хоть представляешь, что вчера натворил? — в моём голосе было столько разочарования и стыда. Может быть, родители так отчитывают детей?

— Я просто мило поприветствовал тех девушек, когда они спустились в подвал за фейерверками и попросил их присоединиться ко мне. Они отчего-то напряглись, а потом появился господин — они вовсе закричали, и одна из них задела ногой какую-то коробку…

— А потом был взрыв? — спросила я, представляя всю картину под музыку из шоу Бенни Хилла.

— Нет! — со смесью воодушевления и чувства вины заговорил Драй. — Коробка задела другую коробку, та — следующую…

— Все, я тебя поняла, дальше можешь не продолжать, — и замахала руками перед ним, подкрепляя свои слова.

— Словно вчера на свет родился. — Бросил в сторону до сих пор молча наблюдавший Ван Райан. Сейчас директор Бюро стоял по правую руку от Барбары.

— Увы, так оно и есть, — высунувшись из-за «клона», развела руками я.

Ван Райан выступил вперед, похоже, собираясь высказать не в самой приятной форме свои соображения, но Барбара просто положила руку ему на плечо:

— Драйден… Не надо, я прошу.

Он посмотрел на нее. Бабушка примирительно ему улыбнулась, а потом перевела взгляд на меня.

— Кристина, его нужно отпустить, — она кивнула на моё несчастное создание. И я поняла её без дополнительных разъяснений. Только от этого почему-то стало немного грустно. Наверное, мы всегда жалеем то, что сотворили своими силами.

— Драй, ты должен уйти туда, откуда пришел, — стараясь говорить вкрадчиво и спокойно, произнесла я.

— Ясно, — он страдальчески повесил голову. — Госпожа больше не призовет меня?

— Почему? — слукавила я. — Призову, если ты хочешь, но сейчас твое присутствие опасно для нас. Пожалуйста, возвращайся… — И в следующий момент я ахнула — сперва его фигура потеряла четкость очертаний, стала размытой и дымчатой, а потом, поблекшая, медленно начала растворяться. Мне так хотелось протянуть к нему руку, но тогда бы это было слишком похоже на прощание.

— Моя госпожа такая врунишка, но знаю, что она на самом деле очень добрая…

Я невольно поджала губы и продолжала вглядываться в его исчезающий силуэт. Он действительно знал меня, однако в его взгляде было столько понимания и веры, что это задевало и трогало. Приложив ладонь ко рту, я так и стояла, смотря на пустеющее пространство перед собой. Не такая добрая, какой могла бы быть…

В дверь постучали. Леди Барбара острым взглядом посмотрела на меня. Я часто заморгала и согласным кивком дала понять, что посетителя можно принять. Хозяйка поместья громко произнесла:

— Тот, кто за дверью, может войти…
В кабинете появился ещё один человек. Я оглянулась и увидела Кроу в длинном тёмно-сером спальном одеянии из плотной ткани, а-ля ночная сорочка, и с колпаком на голове. Я едва сдержала ехидный смешок. Он осмотрел меня с ног до головы, и от этого стало не по себе. С такой нескрываемой ненавистью на меня ещё ни разу никто не смотрел. Даже сам Защитник леди Бересфорд.

К его чести нужно сказать, что он сразу сосредоточил внимание на Барбаре, шелестя непонятно откуда взявшимся ворохом документов в руках.

— Леди, я произвел расчеты и подготовил официальные письма с жалобами в профсоюз Праздничных огней и… — для жителей поместья официальная версия была такова: произошел несчастный случай во время транспортировки остатков зарядов для салюта. А то, что Кроу незамедлительно начал искать виноватых, так это просто часть его натуры.

— В этом нет необходимости, Гордон, — мягко произнесла Барбара. — Давайте просто забудем об этой чудовищной случайности…

Он так и застыл с чуть приоткрытым ртом и бумагами в руках, не в состоянии сдержать изумление.

— При всем моем уважении, мисс Барбара, я надеюсь, вы шутите!

— Нет, Гордон, я даже не думала шутить.

— Но первый этаж и подвал поместья превратились в руины из-за халатности этих людей!

Леди Бересфорд прошла через весь кабинет навстречу своему действующему Защитнику и аккуратно прикоснулась пальцами к документам в его руках, словно желая их забрать.

— Тогда, не лучше ли нам поспешить и заняться восстановлением дома? — она посмотрела Кроу в глаза с таким благодушием, что мне пришлось признаться себе в том, что я на такое ни черта не способна.

Барбара и Кроу медленно выходили из кабинета, когда внезапно в моей голове что-то коротко и сильно запульсировало. Я схватилась рукой за лицо и чуть покачнулась. Проклятое похмелье.

— Что-то не так? — спросил оказавшийся рядом Ван Райан. Мне померещилось, или в его глазах действительно на секунду мелькнула тревога?

— Обычная головная боль, — сквозь зубы процедила я. — А что?

Очень подозрительно все это. До сих пор директора интересовало моё самочувствие исключительно в рамках собственных интересов.

— Ты уверена, что ничего не чувствуешь?

На тот момент, когда он это спросил, уже была уверена. Я утвердительно закивала. Ван Райан сделал вид, словно ничего не произошло, и направился прочь.

Выйдя в коридор, я огляделась — на этаже уже никого не осталось. Употребив крепкое словцо, начала осторожно спускаться по лестнице. С каждой пройденной вниз ступенькой у меня все сильнее и сильнее шумело в голове. Чудились обрывки каких-то непонятных звуков, которые заглушали страшные ругательства. Очевидно, в холле ругался мистер Филдс. На фоне происходящего, я мельком подумала, что стоит внести в свой словарь пару особенно выразительных речевых пассажей. Это отвлекло меня от непонятной головной боли и слуховых галлюцинаций. Все, нужно срочно разыскать врача в Клифтоне, хотя и так уже предполагаю, каков будет диагноз. Белая горячка, причем, совсем белая.

Наконец, я доковыляла до разветвления лестниц между первым и вторым этажами. Шумы не только не прекратились, а наоборот усилились.

Увиденная картина разрушений меня поразила. Пейзажи на стенах покосились или вовсе обвалились, сами стены были в не менее плачевном состоянии, а у подножия центральной лестницы в холле красовалась чёрная дыра, от которой по полу расползались трещины. С моей точки обзора смотрелось так, будто лестница с завалившимися на бок перилами прямо в эту дыру и уходила.

— Оба-на! У них фейерверки с тротилом что ли?

На моё замечание никто не отозвался. Только где-то раздался звук обвала, а в остальном в особняке царила мертвая тишина.

— Э-эй! — медленно переступая со ступеньки на ступеньку и придерживаясь руками за пострадавшие перила, я пошла вниз к дыре. — Мисс Бересфорд!

Да куда они все подевались, секунду назад же были здесь.

— Ва… Мистер Ван Райан! — звать Кроу мне совсем не хотелось.

Может быть, все ушли в подвал? А на первом этаже остался садовник?

— Мистер Филдс, где вы?

Стоило мне это прокричать, как гул внутри стал нестерпимым. Я ощутила себя будто в кресле стоматолога с работающей во рту бормашиной. Гул всё усиливался, грозя взорвать мозг. Я обхватила голову руками и рухнула на ступеньки. Все вокруг заходило ходуном. Я пыталась закричать, но всё другие звуки исчезли, словно их и не было.

Что-то схватило меня за ноги и с силой потащило вниз по лестнице к дыре. Углы ступеней молотили по затылку, спине, пояснице, ногам, заднице. Каждая секунда приносила боль во всех суставах.

«Вот ты и попалась, певчая птичка!» — Раздалось посреди этого хаоса странное эхо. Одно я успела понять точно — это не мог быть человеческий голос. Равно как и голос любого другого существа, с которым мне приходилось хоть раз сталкиваться.

«Нашли!» — и это было последнее, что я успела подумать, прежде чем меня затянуло внутрь дыры. Ну и идиотское же сравнение про черную дыру угораздило прийти на ум.

Меня колотило и скручивало, будто в припадке, хотя больше ничто никуда не тащило. Рядом со мной раздавались знакомые голоса. Я слышала их через пелену боли и с трудом различала лица.

— Срань Господня, да что с ней? — выкрикнула Донна, которая, оказывается, умела выражаться не хуже меня и мистера Филдса.

— Амелия, пожалуйста! — умоляющий голос Барбары.

— Леди Бересфорд! Мисс Уандер! Держите её крепче!

Меня схватили за руки и за ноги и попытались распластать по полу. Я старалась угомонить своё взбунтовавшееся тело, заставить его не сопротивляться тем, кто желал мне помочь. Чьи-то ладони стиснули виски, и в меня полился поток прохладной спасительной энергии. Сперва он наполнил собой мою голову, а потом стал медленно разбегаться по телу, заставляя обмякнуть, успокоиться.

Дыша, как загнанный зверь, я выпучила глаза и только тогда увидела трех склонившихся надо мной женщин. Всё они были в домашней одежде. Пшеничные волосы Амелии Мейер наспех прихвачены заколкой, но монокль на месте. Она с изумлением смотрела на свои руки и иногда переводила странный взгляд на меня. Донна шумно выдохнула.

— Ну и напугала же ты нас, девочка!

Так, я лежу. Надо попытаться подняться. И я попыталась. Боли не было, но были незнакомые ощущения в теле — тяжесть и какая-то пустота.

Я хотела поблагодарить за помощь, но в этот момент поднялась и… Глаза увидели, но мозг отказывался воспринять. Часть холла, как будто объемный бумажный домик со страниц детской книжки, вырезали. Да, именно так. Словно великан поработал гигантскими ножницами.

Позади была лестница, ведущая на верхние этажи, и даже стена, за которой должна находиться оранжерея, но не было самих этажей, как и потолка, а только тьма напоминающая ночное небо. «Вырезанный» кусок поместья в ширину был точно таким же, как и сам холл. Отличие состояло лишь в том, что и по бокам стен не было. Зато в длину он увеличился раза в четыре. Шахматный пол создавал ощущение, будто нас поместили на гигантскую доску для игры, только доску с декорациями. Впереди, там, где должна была находиться дверь, чернел провал огромной арки.

Я видела спины Ван Райана, Кроу и мистера Филдса. Мужчины выстроились по дуге, готовые в любую секунду без колебаний принять бой. Даже лицезреть Защитника Барбары в спальном облачении уже не казалось мне хоть сколько-нибудь забавным.

Мне было страшно, но я Защитник и агент. У меня нет права отсиживаться за спинами. Кроме того, я — демон, ранить или убить меня будет труднее, чем остальных, исключая разве что Ван Райана. Я могу и умею сражаться, а, значит, я должна это делать. Все чего-нибудь боятся, но это не повод подставлять под удар других.

Но я не понимаю, где, где же мы допустили ошибку? Почему меня вычислили? Почему смогли атаковать поместье?

— Вульф — подонок! — я резко повернула лицо к источающей ярость Донне Уандер. Женщина эмоционально треснула кулаком по полу. — До сих пор не могу поверить, что он нанес свой удар так быстро и таким образом…

— Донна, — уверенным и от того несколько жестким тоном перебила её Барбара. — Сейчас наш противник не председатель Комитета.

И в тот миг, когда я ещё не успела ужаснуться внезапным откровениям, всё и началось. В темном пространстве, окружающем вырванный из реальности кусок, что-то закопошилось. Вязкой жижей из него полилась чёрная маслянистая субстанция. Она капала на шахматный пол, образовывая огромные лужи. К горлу подкатил ком.

А потом из луж медленно начали высовываться гладкие черные конечности, похожие на человеческие. Я наблюдала за этим, точно загипнотизированная, не способная отвести взгляд. Руки и головы — теперь я точно различала — поднимались над жижей, а вслед за ними показывались и тела целиком. Двухметровые, бесформенные, но в целом повторяющие человеческий силуэт; их плоть колебалась при каждом движении… Чтобы ни случилось, Джозефсон, только не смей орать!

Существа окружали нас, но они не торопились. Обступали ровным полукругом, двигаясь как единое целое. Бежать было некуда. 

Мистер Филдс выхватил из рукава своей робы небольшой мешочек, одновременно рассыпая что-то. Просыпанное зависло в воздухе, а потом разлетелось по сторонам, очерчивая линию наступления. Он что-то прошептал и в ту же секунду из пола потянулись побеги, превращающиеся в тугие зелёные стебли с грозными и огромными шипами, протыкая черных лоснящихся тварей, из которых обильно выливалась всё та же жижа.

Меня трясло, но что-то внутри ожило и подало признаки присутствия. Ему это даже нравилось.

Но короткая радость растаяла, как дым, когда раздавленные существа вперемешку с растениями снова начали оживать, сливаясь, вытягиваясь в то, что по-прежнему могло двигаться.

Я встала с пола. Барбара, Донна и мисс Мейер уже давно были на ногах. Мы вчетвером образовали ещё один полукруг за спинами мужчин. Черная масса продолжала полуползти-полуидти к нам.

Глядя на это, я ощупала свои бёдра по привычке. Саев нет. Они остались в моей комнате. Я отчаянно думала про синее пламя. Во мне боролись между собой несколько желаний: открыть свою сущность и сражаться в полную силу, сдаться самой… и просто закричать от ужаса и собственной бесполезности.
Неожиданно раздался хруст льда. Атакующих созданий до середины покрыло толстыми сверкающими пластами. Я моргнула. И следующим, что увидела, была сплошная толща льда, поглотившая тварей.

Кроу довольно, с ощущением собственного превосходства, хмыкнул и сделал взмах рукой в сторону, словно ударяя невидимого противника наотмашь. Ледяная стена на глазах стала трескаться. Казалось, весь лед покрыт тончайшей сеткой.
Прозрачные глыбы с чёрной, застывшей в них субстанцией, кусками полетели на пол, крошась мельче, но не тая. Холл был свободен.

— Гордон, ну вы, как всегда… — слегка удрученно покачивая головой, проговорила леди Бересфорд. Я себя почувствовала несколько пристыженной. Время тянулось, но повторной попытки к атаке не было.

Холодное спокойствие женщин меня поразило. Ван Райан был прав — леди Бересфорд служат очень непростые люди. Уж не знаю, что там со мной делала Амелия Мейер, но она, судя по всему, о чем-то догадалась. Не зря же управляющая стала на меня периодически посматривать. Про тварей никто не спрашивал и не говорил.

Ван Райан повернулся к нам, заговорил он рассудительно, словно обсуждая план какого-нибудь мероприятия:

— Отсюда не переместиться ни в особняк, ни в другое место. Нас заперли в этом наспех скроенном измерении. И наши силы несопоставимы с силами тех, кто это сделал.

— Сделанное наспех всегда имеет большее количество погрешностей, – вмешался Кроу.

— Определенно, — протянул полукровка и решительно направился в сторону левого конца холла. Он занес руку над расколотой ледяной глыбой. Несколько кусков поднялось в воздух.

— Драйден? — окликнула его Барбара.

— Нужно попробовать найти выход.

— Давно у вас не было такого богатого на события дня рождения, верно, мистер Ван Райан? — Защитник Барбары снова влез с язвительностью.

— Боюсь, что да. И весьма сожалею о том, что в этом году традиция не продолжилась. — Ван Райан закрыл глаза, и куски льда разлетелись в разные стороны, исчезая в окружающей «островок» темноте.

Все прислушались. Никаких звуков не было.

— Я могу ошибаться, но, похоже, там ничего нет, кроме нескончаемой пустоты, — сообщил Драйден.

«Голые текстуры», — всплыло где-то в сознании при этих словах.

— Что нам делать? — мисс Мейер была в ужасе. До выяснения истины насчет меня у неё больше не было дела. — Я с ума схожу, когда начинаю думать о том, что там с детьми!

Сердце защемило. Дети… надеюсь, они остались в поместье и их никто не тронул.

— Выхода нет. Придется пройти в арку, — Ван Райан вернулся в центр холла. Он знал, что ничем хорошим это не кончится. — Я могу пойти первым.

— Ну уж нет! — перебил его Защитник Барбары.

— Позвольте узнать, вы быстро восстановились после применения заклятий, мистер Кроу? — в свою очередь спросил Драйден.

— Я не восстановился и не восстановлюсь, — Кроу улыбнулся почти фанатичной улыбкой. Донна Уандер ахнула и прикрыла рот рукой, Амелия Мейер стояла, опустив взгляд, а мистер Филдс удрученно покачал головой. — Да, в этой дьявольской расщелине миров мы не можем восстанавливать запас своих сил.

— Тогда почему вы? — Ван Райан задавал вопросы, заранее зная на них ответ. По крайней мере, со стороны он производил именно такое впечатление.

— Я так решил, — и воинственно настроенный маг с идеально прямой спиной прошествовал к входу в арку.

— Стойте! — мне хватило мужества это выкрикнуть. — Я пойду с вами как Защитник леди Бересфорд.

Но стоило мне сделать шаг, как сама Барбара преградила путь. Кроу остановился и посмотрел на нас с долей заинтересованности.

— Нет, Кристина, я запрещаю, — с нажимом произнесла хозяйка поместья.

— Но у меня нет семьи и статуса в обществе. Мне нечего терять, в отличие от большинства.

— Кроме жизни и молодости, — охладила мой пыл бабушка. «Если только она может их потерять!» — говорил критический взгляд Кроу. — Вы с мистером Ван Райаном пойдете позади меня, замыкая построение. Так я буду чувствовать себя в безопасности.

Когда Кроу сделал шаг внутрь, одновременно освещая себе путь вспыхнувшим над его ладонью клубом морозно-белого воздуха, я напряглась. Но с ним ничего не произошло. Защитник благополучно очутился по ту сторону свода арки.

— Что там, Гордон? — спросила его Барбара.

— То же, что и везде — поддельное небо, — сообщил он, и эхо его голоса зазвучало вокруг. — Но под ногами твердая прозрачная поверхность. По ней можно идти. Сейчас ничто и никто путь не преграждает.

Держа мешок со своими «боевыми» растениями наготове, прямо за Кроу отправился мистер Филдс. Следом пошли Донна, мисс Мейер и Барбара. Я шла рядом с Ван Райаном и тщательно смотрела под ноги, памятуя о том, как меня утащили в это измерение. Медленно, с опаской женщины переступили порог.

Когда в холле не осталось никого, кроме меня и шефа, он сделал приглашающий жест.

— Только после тебя.
Я кивнула, стараясь прислушиваться к любым посторонним звукам, но их не было. Я смело шагнула вперед, и тогда… Перед глазами пошла рябь, разбегающаяся перламутровыми кругами. Меня вытолкнуло из арки и откинуло назад, словно моё тело спружинило о горизонтально натянутый батут. Ещё миг — и я уже лежала, опрокинутая спиной на ступеньки. Каждый вдох давался с болью. Во рту стоял металлический привкус крови. Что-то было сломано, но что я никак не могла понять. В фальшивом небе летали звездочки, или эти звездочки от удара летают у меня над головой?

С небес по обе стороны от моих рук полились водопады знакомой чёрной жижи. Едва способная двигаться, я повернула голову на бок, и увидела рядом с собой лужу, из которой уже поднимался шевелящийся сгусток. От ужаса, холодного, неотвратимого, невозможно было даже открыть рот, чтобы закричать. Ощущая, как что-то уже обвивает мои ноги, тело несколько раз конвульсивно дернулось. Глаза увлажнились, и я их закрыла, ища внутри себя часть той силы, о которой столько говорилось.

«Если ты слышишь, пожалуйста, помоги…» — лихорадочно вопила я про себя и едва выдавила вслух. — Пожалуйста, помоги мне…

Склизкая масса поглотила кисть руки, и замерла. Та, что была на ногах тоже. Совсем рядом отчетливо прогремел выстрел, а за ним еще два. О, Боже мой, выстрелы? Мне не кажется? Раздалось несколько неприятных шлепков, но ноги и руки больше никто не держал. В ушах звенело.

«Вот… хорошо… если бы только я могла встать…» — успела подумать я.

Словно повинуясь моим словам, выгибаясь совершенно неестественно дугой, тело приподнялось. В нем происходили стремительные изменения. Хрустнули кости. Сломанный конструктор собирался обратно.

Голова была запрокинута назад, а затылок почти касался ступеней. Я ничего не могла видеть, и была всё ещё оглушена. Мгновенье спустя меня потянуло вперёд, и я оказалась сидящей на лестнице. Страха больше не осталось. Остальные эмоции сложились в совершенно сумасшедшую комбинацию из азарта и жажды сражения.

В нескольких шагах от меня стоял Ван Райан с пистолетом наперевес. Мои глаза непроизвольно округлились. Такое оружие хорошо смотрелось бы в фантастическом боевике. Огромный серебристый ствол длиной, наверное, сантиметров тридцать, с гравировкой по всей длине. Страшно подумать, сколько такая штука весит. Откуда он, скажите мне, его вытащил? Но… но почему полукровка один?

Взгляд тут же устремился к арке. И хоть я видела лишь силуэты, всё стало ясно. Каждый, кто шагнул из этой комнаты, там и остался. Они не могли прорваться назад.

Чавкнув остатками жижи, я встала и отерла пострадавшую руку о край безрукавки. Комната тем временем снова заполнялась чёрными сгустками, вылезающими отовсюду. Я прошла мимо Ван Райана, не смотря ему в лицо, и остановилась прямо у него за спиной. Теперь я точно знала, что надо делать. Не знаю почему, не знаю откуда, но знала. А потом развела руки в стороны, почувствовала холод на ладонях и вес своего оружия, и в следующий миг вытащила из воздуха саи.

— Надеюсь, тебе не противно сражаться рядом со мной? Я немного испачкалась, — зачем-то говорю я, едва не смеясь.

— Это далеко не самое страшное в тебе, — усмехнулся он. Теперь мы приняли боевое положение «спина к спине». Черная субстанция опять окружала, простирая к нам свои конечности. Снова раздался выстрел. Значит, что-то подобралось слишком близко.

— Что это еще за пушка у тебя такая? — ну страсть как интересно.

— Подарок от двух старых знакомых. Предназначен для уничтожения демонических сущностей. Заряжается… — Драйден выстрелил в ещё одну сущность, — …серебряными пулями с начинкой из освященной ртути. — И как некстати, шестизарядный…

Я всаживала трезубцы в мельтешащих рядом бесформенных тварей. Они вспыхивали чёрным пламенем и исчезали.

— А что это за хрень? — спросила я у Ван Райана, морща нос.

— Существа, созданные демонами и подчиняющиеся своим хозяевам…

— Не смеши мои колготки! Ты хочешь сказать, что они прямо как…

— Да, — подтвердил он.

— Ну, по-моему, Драй у меня получился во много раз симпатичнее!

— Что ж, приму это как комплимент, — со спокойной снисходительностью отозвался «оригинал». — Но эти создания лишь пушечное мясо, не обладающее и десятой долей могущества своего господина.

— В таком случае, дело сильно пахнет горючей смесью жидких углеводородов … — констатировала я.

— Чем? — не сообразил шеф в пылу битвы.

— Керосином, блин!

Пространство вокруг сотряслось от нечеловеческого смеха. И это было оно, то самое существо, что назвало меня «певчей птичкой». Со стороны арки донеслось несколько мощных взрывов, но, очевидно, безрезультатных. Поток склизких тварей схлынул. Они растеклись в стороны, образовывая стену по периметру бывшего холла и оставляя после себя в центре зала две невероятно высокие, облаченные в длинные накидки с капюшонами, фигуры. Хотя рост этих существ превышал человеческий в полтора раза, мне вдруг стало дико смешно, будто я заранее курнула травки. Демон внутри определенно что-то со мной сделал.

— Как там говорится — черт, слова забыла — всем выйти из сумрака? «Ночной дозор», да?

Реплика не возымела никакой реакции. Лишь Ван Райан непонимающе посмотрел на меня через плечо. Шутку не оценили, я испытала нечто вроде обиды и решила, что нужно продолжить представление.

— Я борец за бухло и справедливость… То есть за добро и справедливость, — выступая вперёд, делаю хитрую распальцовку (прямо с саями) и начинаю крутить руками в попытке повторить жестикуляцию героини одного японского анимэ, — Сейлор Кристина, и я несу возмездие во имя Луны! Сейчас я вам всем покажу Серенитину мать!

— Надо было попросить Мака, чтобы он перекрыл тебе доступ к Интернету, а то понахваталась не пойми чего, — глубокомысленно изрек Ван Райан позади меня.

— Довольно, — хриплым басом рыкнул один из «капюшонов», тот же, что и прежде.

— Ничего, пусть посмотрит на пленников. Это отобьет у нее охоту шутить, — второй «капюшон» говорил серебристым женским голосом, который в других обстоятельствах показался бы прекрасным.

Боковые стены из темных тварей заколыхались. Из них медленно выдвигались вперёд элипсообразные прозрачные ёмкости: два из одной стены, два — из стены напротив.

В трех капсулах были дети из особняка, все в пижамах. Должно быть, их так и вытащили из кроватей, потому что Чак, Бри и Нил продолжали крепко спать. А в четвертой капсуле… Высокая девушка в повседневной одежде с длинными темно-русыми волосами. Вот только, для меня ее волосы никогда не были просто темно-русыми.

— Иисусе… Нет! Дже-э-э-н! — сейчас я не видела перед собой ничего, кроме её лица, и бросилась бы к ней, если бы Ван Райан меня не удержал, схватив поперек тела. Незваные гости позволили себе посмеяться надо мной.

— А теперь сложите ваше оружие, оба, — вкрадчиво произнес женский голос, и следующая фраза звучала почти кокетливо. — Оно вам всё равно ничем не поможет, даже пистолет для демонов. Вы же не хотите, чтобы кто-нибудь пострадал?

Она знала, на что давила. Мне ничего не оставалось, как опустить саи на пол и оттолкнуть их подальше, опередив Ван Райана.

— Какие же вы молодцы! — опять тот же мерзкий голос.

Я сжала кулаки до такой степени, что побелели костяшки пальцев. Во мне поднималась прежде незнакомая волна беспощадного гнева. Руки тряслись.

— Хочешь что-то сказать, малышка Крис? — демонесса передразнила и исказила то прозвище, которым меня всегда называла Джен.

— Хочу, — у меня сузились глаза, а сама я ощутила себя, будто сжавшаяся пружина. — Поиграйте в аду на кожаной флейте!

Голос был многократно усилен. Нет, это уже даже был не мой голос.

— Фи, как неоригина… — и женщина в накидке умолкла на полуслове. Стены распались, создания демонов переполошились. Всех этих существ, одного за другим, охватило неизвестно откуда взявшееся черное пламя. Они сгорали в агонии, издавая звуки, от которых в венах стыла кровь.

Мне словно ударили по затылку. Я едва устояла на ногах. Языки синего пламени вокруг меня, повсюду, извивались причудливыми узорами.

— Но… это невозможно! — услышала я реплику шокированной Донны. Кажется, они все-таки прорвались, но уже поздно.

— Синее пламя — признак демона высшего порядка, — вот и тихий скрипучий голос мистера Хамфри Филдса. В глазах темнело. Ноги и руки отказывались слушаться. Сознание ускользало.

— Отдохни, наш драгоценный трофей, — разглагольствовал какой-то новый тонкий голосок рядом. — Окончательное пробуждение — штука утомительная и неприятная…

— Скорей бы уж, — зевок и еще один незнакомый рокочущий голос. — Что меня утомляет, так это душа этого сосуда. Тем паче, что она искусственная.

Больше я уже ничего не слышала. Меня поглотила тьма забытья, и я не знала, стоит ли надеяться из неё выбраться.
 



Rin Serizawa

Отредактировано: 31.01.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться