Монстры плачут не только во снах

История 12.5

— Зачем тогда поступил так с Вэрикой?

— Ты правда хочешь узнать ответ? Почему бы тебе не спросить её? Никогда и никто из монстров не проявлял сострадания к кому-то, Вэрика впервые поступила так, когда спасла тебя и вместо того, чтобы привести ко мне, позволила уйти. Она испытывает сострадание даже к людям, которых я заставлял её есть. Без присмотра она умрёт с голоду. Но ты можешь побороть слабость и есть, даже если человеческая доля в тебе противится. В конце концов, ты как-то выжил в одиночестве.

Почувствовав отвращение, я вспоминаю нашу встречу.

— Зачем ты приказал ей спасти меня?..

— Хотел исследовать, — как само-собой разумеющееся отвечает Дэан. — Ты единственный монстр, у которого ни чёрные и не алые волосы. Но мне доложили о тебе слишком поздно, как раз когда тебя поймали. Говорят, ты и не сопротивлялся... Я по всему городу искал неполноценных монстров, чтобы изучить их. Ты не стал одним из подопытных лишь благодаря Вэрике.

— Ты постоянно говоришь так, но я почти не помню нашу встречу.

— Она тоже забыла обо всём, попав в новый мир. Но ты хотя бы должен был понять: существо, приведшее нас сюда, то же, что и преследовало нас во снах...

Звон колокольчика посреди улицы кажется подозрительным не только мне. Дэан отскакивает в сторону до того, как снег от ударной волны поднимается в воздух. Отскочив от белой завесы и едва избежав удара лезвием, сверкнувшем в снегу, я сосредоточенно вглядываюсь в три тёмных силуэта. Снег падает, накрывая их чёрные накидки и делая больше похожими на Призраков, которыми те притворяются. Не обратив особого внимания на нападавших, я наблюдаю за силуэтом между ними. С помощью огромного меча странной формы, Тень одним ударом подняла в воздух снег и образовала волну. Меня удивляет не только это, больше то, что мы прежде уже виделись. И самое неприятное то, что это было в храме.

— Вот, наконец, мы и встретились, — натянутая улыбка распознается по бледному спрятанному под капюшоном лицу.

Взмах меча и белая пыль снова приподнимается, образуя туман. Девушка, чьи белые волосы выглядывают из-под капюшона и на кончике которого же болтается сломанный колокольчик, медленно делает шаг в мою сторону. Двое других заступают дорогу Дэану.

«Эта девушка очень страшна. Она восемь раз возвращалась без отряда, с ног до головы облитая кровью. Аура кровожадного монстра словно обнимает её, отпугивая и призывая опасаться... Она самая опасная Тень», — всплывают в памяти встревоженные слова Саны.

Оглядевшись, девушка склоняет голову к плечу. Из-за тени капюшона видна лишь нижняя половина её лица, но даже так от неё исходит немалое ощущение опасности.

— А где же твои милые последователи? Не чувствую их присутствия.

Шелестящий, слегка угрожающий голос внезапно наполняется тоской, как если девушка и правда сожалеет об отсутствии этих двоих.

— Они остались в храме Рокушина.

Тихие шаги раздаются среди оседающих на дорогу снежинок. Девушка медленно приближается, расчерчивая кончиком лезвия снег.

— Он больше не под властью чужих корон, побеспокоился бы ты за них.

— Я сам решу, как поступить.

— Как знаешь, — в ответе Тени я слышу знакомую надменность. — Однажды ты спас Итишина... лишь поэтому я оставлю тебя в покое, но впредь не беспокой и не сбивай его с нужного пути. А если попытаешься к нему приблизиться... — замолчав, она так и не озвучивает угрозу, вместо этого говоря: — Через три дня мы покинем Белый город, до тех же пор не попадайся Теням на глаза. Итишин... больше не хочет тебя видеть.

Медленнее чем прежде беловолосая взмахивает клинком и от него исходит чёрная подавляющая темнота. Там, где снег находится вблизи от неё, остаётся лишь камень пустой дороги. С полным взмахом исчезают не только Тени, но и Дэан, впрочем, он теперь тоже один из них.

Хоть и не похоже на то...

— Итишин... почему это имя отзывается внутри меня?

Снежинки продолжают своё невозмутимое падение, стараясь поскорее скрыть пустое пятно своими пушистыми холодными тельцами. Словно хотят залечить раны, образованные пустотой. От такой картины что-то сжимается внутри.

Развернувшись, я не спеша возвращаюсь обратно к храму и поднимаюсь по ступенькам. Темнота, видневшаяся с дорожки, мягко рассеивается. От белых полупрозрачных стен исходит мерцание, переливающееся на плитах пола. Преследуемый эхом шагов, я углубляюсь в просторы храма, поражаясь его спокойствию и красоте. И одновременно мучаясь от мыслей, не желающих дать мне отдохнуть.

Остановившись в конце главной залы, у небольшого постамента с чем-то напоминающим пустой фонтан, я запрокидываю голову к мерцающему в полумраке своду.

Так тихо и спокойно... Вот бы внутри меня было так же...

Закрыв глаз, отрешаясь от мира и храма, пытаюсь представить падающий снег, слегка светящийся и не менее красивый. И, поднимая веко, знаю, что увижу чёрное небо и заснеженный край.

— Жить... без силы... правда невозможно?.. — полный горечи и сожалений голос смешивается с шуршанием позади. — От неё ведь... одни лишь страдания.

— Кое-кто сказал мне, что всё зависит от того, как её использовать. Для него сила — оружие, способное защитить дорогих ему существ.

— Мм-м, и что, он смог защитить их?.. — без особого интереса уточняет голос, уже зная ответ. — А те, кого знаю я, твердят, что сила — это власть. То же оружие, используемое для защиты, но оружие не может ничего защитить. Оно может лишь убивать. Защитить себя, значит убить своего врага. Таков истинный смысл оружия. Я так долго искал... способ жить без причинения вреда окружающим... мир... истинный мир. Всё это сон, иллюзия, мечта... Мы рождаемся, чтобы причинять боль друг другу. В нашей природе изначально заложено зло и зависимость от чужих смертей. Странно... почему-то уже и не помню, зачем же я искал такой мир... его ведь... не существует...