Море Облаков

Размер шрифта: - +

Часть 1 Глава 9

 

 

На следующий день все спали до обеда, особенно я. А после обеда мы начали собирать необходимые для путешествия вещи. Я просто поражаюсь наивности взрослых. Они полагают, что десять пар трусов и носков полезнее зеркала, компаса и ножа. Они совершенно не думают, что самолет может упасть в море вблизи необитаемого острова, что там могут быть дикие животные, и совсем не быть магазинов самообслуживания. И эти люди еще называют меня маленьким и наивным!

 

Одним словом, каждый из нас подготовлялся к путешествию так, как считал правильным. Мама собрала мне сумку с одеждой, зубной щеткой, простой едой –перекусить через пару часов, расческой, чтобы я расчесывал по утрам свои «космы», маникюрные ножницы и другие подобные, совершенно бесполезные вещи.

 

Я же собрал рюкзак с тем, что действительно может понадобиться: нож, компас, зеркало, бинокль, аудиокниги (Таиственный остров Жуля Верна и Робинзон Крузо Даниэля Дефо), универсальная зарядка для аккумуляторов, работающая от огня, фонарик с динамо-машиной, вечная алюминиевая кружка, маленькая фляжка, моток тонкой, но прочной веревки, непромокаемые химические спички, примитивные медикаменты, ну и человека-паука с шарнирными пальцами на руках и ногах, чтобы было с кем поговорить и обсудить положение дел, – рюкзак получился увесистый.

 

Собирая вещи и рыская по ящикам, я наткнулся на расшифрованный код от сейфа, о котором я уже немного даже подзабыл за всей этой суетой. 83569. Восемьдесят три пятьсот шестьдесят девять. Никак не могу запомнить… Восемь – это три и пять, а шесть и девять – это наоборот. Вот как нужно!

 

Со сборами и философскими размышлениями о роли путешествий в жизни человека мы провозились до самого вечера. Петр Данилыч, который тоже паковал чемоданы, очень жалел, что ему не удалось станцевать на площади, танец-то он подготовил. Ну это мы с ним еще станцуем.

 

Вечером я стоял у оградки своего палисадника с баночкой самодельного, вишнево-клубнично-сметанного йогурта и со всей сладостью рассматривал прячущееся за горизонт солнце. Этот нежный алый круг поглотил все мое внимание, перед моими глазами и внутри всего меня было только мягкое красное сияние. И вдруг, словно барельеф на монете, из красного круга проступило чье-то таинственно улыбающееся лицо. Это было лицо загадочного соседа, не то Федора, не то Владимира, он проходил мимо и попал на луч моего зрения. Довольно милое и складное лицо его имело такое безобидное и доброе выражение, что холодок прошел у меня по спине. «Точно маньяк», – подумалось мне, и кроваво красное солнце, на фоне которого промелькнул его силуэт, только усилило эффект. Эта красная, огненная монета с его профилем в багряных лучах отпечаталась на моей сетчатке и еще долго не давала спокойно закрыть глаза.

 

Чего он смотрит? Может быть, у них в доме камеры, и он видел, как я хотел залезть к ним? Вот проныра. Что-то странное, может быть, даже зловещее разглядел я в его доброй улыбке… и была, была все-таки в ней какая-то тайна, да и в нем самом тоже. Спал я в ту ночь неважно.

 

На следующий день вроде бы все было уже сделано, подготовлено и собрано, поэтому день почти до самого отъезда был какой-то пустой. Я ходил из комнаты в комнату, ел на кухне, все что было там съедобного, бродил во дворе, перелезал к Петру Данилычу, которому повезло, и он еще не совсем все собрал, и я ему немножко помог. Но это была медвежья услуга – когда мы все подготовили, ему тоже стало нечего делать, и мы стали маяться вдвоем. Разумеется, мы зашли к Ивану Макарычу, оказалось, что он тоже мается с утра, но справляется с этим гордо и самостоятельно. И мы разошлись под предлогом того, что Петру Данилычу захотелось вздремнуть, а я сам не знаю что…

 

Придя в комнату, я сел за стол, где был рассыпан конструктор, и долго смотрел на эту полудрагоценную россыпь, двигая губами, бровями, сопя и даже, к своему бесстыдству, изредка отправляя в нос палец – не знаю, о чем я думал. Но стоило только мне взять в руки две детальки, чтобы соединить их вместе и потом прилепить на кабриолетную гондолу моего новаторского дирижабля, как в мозгу у меня пронеслось: восемь – это три и пять, а наоборот – это шесть и девять. Левое мое ухо работало как радар, даже почти как глаз – я видел,  слышал и чувствовал, что происходит за окном! Низенький зеленый внедорожник медленно плыл в нем, как декорация леса в детсадовском кукольном спектакле, когда скачет говорливая, похожая на бегемота лошадь. Я повернул голову и убедился – зеленый универсальный зад скрылся за рамой на моих глазах. Телепортировавшись к окну, я посмотрел еще раз на пылившую по улице машину – не показалось ли мне – рассмотрел через заднее стекло две головы и оценил ситуацию:  соседи поехали в город, скорее всего, поразвлечься, дом пуст, ребенок у тети Тони.

 

Медлить было не в моих правилах. Я сунул пистолет за пояс, раскрыл окно, перемахнул одну ногу – и вошла мама.

 

– Куда собрался, ковбой?

 

–Но-о! – сказал я и пришпорил подоконник. – На западный полюс, сегодня еще успею, – и перемахнув вторую ногу, соскочил на землю.



Павел Сомов

Отредактировано: 04.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: