Море впечатлений

Размер шрифта: - +

Глава 15. Бабушка и Бруно

Бабушка поставила в центр стола беседки компот и пироги с черникой.

— Что-то Рита к нам нечасто заглядывать стала, — сказала она.

Я отложила в сторону глянцевый журнал, купленный утром. Делать было нечего, а все книги, которые я брала с собой, уже прочитала. Поэтому я решила полистать цветные картинки.

— Ой, бабушка, не произноси её имя в лишний раз, — попросила я и налила в стакан прохладный компот с ягодами.

— А что такое, внученька? — изумилась бабушка и села за стол, напротив. — Вы же с ней подружки, вроде. Сколько помню, каждое лето вместе, да вместе! Прям не разлей вода!

— Вот именно, что вроде. Никакая она мне теперь не подруга, поссорились мы с ней, причём очень сильно. И общаться я с ней теперь не хочу совсем.

Я взяла пирожок и откусила его. Красноватый сироп потёк по румяному тесту.

— Это что же, из-за мальчика, что ли? — тут же поинтересовалась бабушка. — Из-за того молодца горного?

Я чуть не подавилась, услышав подобный вопрос.

— А с чего ты так решила? — спросила я.

— Ну, как с чего? Я же тоже когда-то молодой была, девчонкой. Чаще всего подруги ссорятся как раз из-за мальчиков, которых поделить не могут.

— Так Артак ей совсем не нужен! — начала я. — Она с ним только потому, что он очень красивый. А для меня он стал настоящим другом. Верным и надёжным.

— Ох, как всё у вас серьёзно, — произнесла бабушка. — Но расскажи мне всё по порядку.

Я тяжело выдохнула, сделала глоток компота и начала рассказывать ей всю историю, с самого начала. Как познакомилась с Артаком в первый день приезда; как потом оказалось, что качок является парнем Риты; как мы с ним ссорились; как оказались на Одиноком острове. В общем, я рассказывала всё, что было, вплоть до последнего дня.

Забыв обо всём, я рассказала, что Артак был в моей комнате, но потом подумала, что в этом нет ничего страшного. Ведь он как пришёл, так и ушёл через время.

Бабушка иногда улыбалась, иногда кивала, качала головой, а в некоторых местах неодобрительно охала и ахала.

— И всё, — закончила, наконец, я. — Получилась вот такая необычная история, что нас познакомил странный браслет, который Артак совсем не хотел покупать, но, в итоге продавец его уговорил и тот сдался.

— Какая непростая история, — подытожила бабушка.

Она встала из-за стола и ушла в дом.

Я не поняла сразу, что это значит. Что бабушка сильно огорчена? Пошла за лекарствами?

Я уже жалеть стала, что рассказала обо всём ей, но вдруг, она появилась на крыльце и направилась в беседку. В руках она несла большущую книгу тёмно-коричневого цвета и только когда бабушка приблизилась, я поняла, что это старинный фотоальбом, с пожелтевшими, запылёнными страницами.

— Напомнила мне твоя история свою, — сказала она, положив альбом на стол. — Молодой я тогда была, чуть старше тебя.

Бабушка села на стул и стала листать альбом, медленно просматривая страницу за страницей.

— В деревне я тогда жила, — продолжила она. — Война в это время была… Делать нечего, все мысли только о том, как бы выжить, ведь фашисты в двух сёлах от нас стояли. Ни о каких развлечениях даже и речи быть не могло. Так, пройдём вечерком вдоль поля, и всё. Вдали падающие бомбы свистят, взрываются, а мы поговорим под стрёкот кузнечиков, да и спать пойдём. А в тот день идём мы, с моей лучшей подругой Зиной, и слышим в стоге сена какое-то шуршание. Подумали сначала, что лиса забралась. Лес-то недалеко находился, мало ли, какое зверьё могло забрести. Но подошли, стог разгребли, а там паренёк. Старше нас. Лет двадцать ему на вид было, для нас он настоящий молодой человек, а мы девочки совсем. Статный, русый, с серыми глазами… Поляк.

— Поляк? — вымолвила я, заинтересованно слушая историю. — Но откуда?

— А поляки, внученька, нашими союзниками были в той войне. Пол мира нам помогало, чем могло. Так вот этот паренёк был лётчиком и его самолёт фашисты подбили, когда он на них атаку совершал. Двое их было. Один не выжил, а этот поляк выбрался из горящего самолёта и отполз, а потом спрятался в стоге. Ну, мы и не знали что делать. Парень симпатичный, но страшно — начнёшь помогать, а тут и фрицы объявятся. Несдобровать всем тогда. Да и мы, молоденькие — как мы его дотащим, даже вдвоём? Голодные, холодные, обессиленные от этой войны треклятой. Пошли к моей маме, рассказали, та и решила, что нужно выходить его. Мне тогда мама сказала, что каким бы ни был человек, нехорошо его в беде оставлять. Ну и мы, втроём, я, мама и Зина еле притащили поляка в наш дом той же ночью. Влюбилась Зинка в него страшно, с первого взгляда. Глаза так и горели, когда она на него смотрела. А для меня этот паренёк никем был. Пшек какой-то, лях. Так, простой симпатичный парень, не более. Выяснилось вскоре, что зовут его Бруно, ну а потом уже и вся деревня прознала, что у нас сбитый лётчик, стала помогать, кто, чем может. И Зина часто приходила проведывать его. Говорила с ним много, но он не понимал ничего. Это я его потом стала словам некоторым учить, чтобы знал, что говорить, когда пить хочет, когда есть. Язык хоть и похожий, только всё равно другой. Но по большей части мы общались с ним жестами. Я постоянно дома была, так как он с нами жил, проводила время с ним. И тогда хоть война и шла, но уже было немного веселее. Из деревни никто не выдавал его, и мы жили в мире да спокойствии, только всё равно боязно было. Вдруг эти фашисты придут и увидят. Они, видимо, как-то узнали, что один пилот выжил и пару раз с обходами да расспросами по деревне шастали. Но, к счастью, всё обошлось. Так и жили… Помню, часто произносил он моё имя, только чтобы я повернулась и поглядела на него. А он улыбнётся и молчит, сказать же не может ничего, языка не знает. Месяцы шли. Он уже первые какие-то фразы стал произносить. Рисовал мне картинки палочкой на земле тех слов, которые хотел узнать и тех фраз, которые хотел сказать. Так я его и учила. Еле-еле на ноги его поставила, тяжело ему сперва было. Ходить трудно, а я поддерживаю его, да рядом всегда, чтобы не упал. Хоть и помогала вся деревня выхаживать, а всё одно именно я с ним все дни и ночи рядом проводила. А потом поняла в какой-то момент, что легко мне с ним. Нравится и сердце бьётся, когда вижу его, быстрее. А как только Зина приходила, сразу настроение падало. Смотрела на них и, внутри всё сжималось. Она ведь его не полюбила по-настоящему. Только за красивую внешность. А я долгое время рядом с ним была и, сердце ёкнуло только тогда, когда поняла, какой он человек на самом деле. Главное ведь не всегда что-то сказать словами, хватает взгляда, эмоций…



Миран Шильке

Отредактировано: 01.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться