Моя сладкая заноза

Глава 2. Грязные ботинки

 

– Куда? В грязной обуви по чистому полу, не видишь – помыто! – встретила недовольным криком вошедших мужчин пожилая женщина.

– Дорогая, уважаемая прани* Далиоли, не гневайся, – тот, что постарше, упал на колени и штанами начал затирать грязные следы.

– Ну что ты делаешь!? Не разводи грязь, сама затру, зачем пришли?

– Рожает!

– Кто рожает? Ах да, твоя жена Суария. Ну, поздравляю, плодитесь и размножайтесь, на радость, императору! Всё, идите, мне некогда!

– Прани Далиоли, не выгоняйте, без вас ей не разродиться! Она кричит, ей больно, часов шесть проорала, а теперь только тихо стонет! – говоривший попытался подняться с колен. – Сынок, помоги!

Женщина, ругая безмозглого мужика, на чём свет стоит, бегала по комнате, собирая саквояж.

Высокий широкоплечий подросток, что безучастно стоял рядом и ковырял пальцем в носу, перевёл взгляд на батюшку.

– А? Помочь?! – большая рука опустилась вниз и за шкирку подтянула мужчину вверх, поставив на ноги.

– Да где ваши мозги были, почему сразу не побежали за мной, как только она начала кричать?

– Так есть же у нас повитуха, дворовая девка Альмирка, она в городе ума-разума набиралась. Что, мы зря деньги платили за её обучение? Мы знатного рода, нам по статусу положен лекарь!

– И что ваша девка может?

– Так это… руны «без боли» приложила, зелье «разродись» дала хозяйке выпить.

– Ну, хорошо, с первой руной я знакома, иногда сама использую, но о «разродись» в первый раз слышу. Ох, олухи! – в мужика и замершего соляным столбом парня полетело полотенце. – Я ответственность за ребёнка и его мать на себя брать не буду! Приложу все силы для их спасения, но без гарантии. А теперь вышли, мне нужно руны подготовить!

Мужчина со слезами на глазах поклонился прани, отвесил подзатыльник сыну и, вытолкав его за дверь, вышел сам.

– Внученька, – позвала Далиоли, надевая платок. – Сама понимаешь, этот репей сейчас от меня не отстанет. На поезд я тебя не успею проводить, не знаю, на сколько меня задержат ребёнок и роженица, но будем надеяться, что ничего серьёзного не произошло и мужик всё себе надумал. Попробуем в этом году использовать заразную руну. Сляжешь в постель, всем будем говорить, что сильно заболела. А если в дом придут проверять, то придётся зелье выпить, чтобы по рукам и лицу пятна пошли.

Девушку передёрнуло от омерзения. Она как-то помогала бабушке варить эту мутно-зелёную жижу, запах был невозможно вонючий. Юношеская фантазия отказывалась выдавать картинки той сцены, где она пьёт эту отраву.

– Не морщись! Или лучше сидеть и ждать, когда тебя, как безмолвную животину, поведут к свадебному алтарю?

В дверь раздался громкий стук, Анастасия Селестия шмыгнула обратно в свою комнату.

– Прани… – повысив голос, зашептал мужик в щёлочку, не решаясь зайти. – Давайте быстрее, самоходка уже заведена, ждёт нас.

– Да уйди ты, репейник! Скоро буду! – подождав, когда мужик исчезнет за воротами, продолжила: – Двери никому не открывай! Не имеют права вламываться, охота начинается только в полночь. Смело всех стучащих посылай к старосте деревни. Закон на этот счёт строг! Одна неделя, ни больше ни меньше.

– Не переживай, бабуля, надеюсь, что ты успеешь вернуться до полуночи, а там что-нибудь придумаем, – Анастасия обняла Далиоли и нежно поцеловала ту в щёку. – Люблю тебя, не беспокойся, главное спаси малыша и маму.

Та кивнула и вышла из дома.

Девушка, сидя на маленьком диване, крутила билет и приглашение в руках. Ей было страшно, но ещё страшнее было за любимую бабушку. Что, если обман раскроется, а девица и не в академии, и не замужем? Как минимум штраф, а как максимум заключение.

Такого счастья она своей самой ближайшей родственнице не желала.

Ещё минуту подумав, приняла решение идти до вокзала самостоятельно. Её сейчас вряд ли кто узнает в старушечьем платье, поношенном платке и с загаром на лице.

«В крайнем случае, если не успею дойти до вокзала, вернусь домой. Так! Нужно оставить записку с извинениями и заверениями, что, как приеду и заселюсь в общежитие, то сразу отправлю весточку»

В последний раз посмотрев на любимый дом, она закрыла калитку у ворот и быстрым шагом направилась в противоположную сторону той, в которую уехала самоходная машина.

На девичьем плече покачивалась небольшая зачарованная сумка с вещами.

До вокзала оставалось идти не более двадцати минут. Девушка нарочно выбрала самый длинный путь, в обход деревни, чтобы ни с кем не столкнуться и тихо сесть на поезд.

Но тихо не получилось. Не успела она свернуть налево вдоль небольшого заброшенного заборчика, как увидела на старой дороге самоходку. Два высоких мужика стояли возле своей затихшей колымаги и, роясь в сумке, разговаривали.



Кира Рамис

Отредактировано: 30.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться