Моя тайна по ту сторону реки

Font size: - +

Часть 2

Дни потянулись темные, тоскливые, заполненные тяжелым холодным зимним небом.

Однажды среди ночи тишину квартиры разорвал резкий звук звонка в дверь. Громкий дребезжащий он мгновенно разбудил не только меня, но и все мои страхи, даже те, о которых я, как мне казалось, успела забыть. От ужаса я не могла вздохнуть, вся квартира превратилась в какое-то адское варево, страхи плотно заполняли каждый угол помещения и накатывали на меня волнами, скручивая спазмами все мышцы в теле при каждом приступе. Меня подбросило на постели от внезапных спазмов, я не могла ни изменить неестественное положение тела, ни вдохнуть. А кто-то за дверью продолжал звонить.

Я не собиралась открывать, даже близко к двери подходить не собиралась, пытаясь сохранить хоть каплю рационального мышления. Скорее всего, это подвыпивший сосед попутал двери и сейчас уйдет. Мне удалось кое-как отдышаться, мышцы отпускали, и я уже чувствовала, что спазмы утихают, и я могу чувствовать простынь и твердый матрас спиной снова.

В дверь перестали звонить. Я убрала волосы с влажного лба и выдохнула, чувствуя слабость по всему телу. И тут услышала скрежет в замке входной двери. Кто-то пытался открыть замок. С очередной волной адреналина я подскочила с дивана, пружины скрипнули, наверняка тот, что ковырялся в замке услышал, но не остановился. Дверь поддалась и последовали тяжелые шаги в коридоре. Свет не включали. Как будто знали, куда идти. Я рванула за занавеску между шкафом и окном. Села на пол и обхватила ноги руками. Только не опять! Снова это пережить я не смогу! Пусть исчезнут! Только не опять! Пусть лучше сразу убьют, не хочу больше боли…

Шаги уже были в комнате. Хлопковая ночная рубашка совсем не ощущалась на теле, было холодно до костей и даже глубже. Человек остановился у дивана. В тишине из-за занавески я не могла его видеть и не знала, что он делает. Но тут он двинулся медленно ко мне. Я почувствовала, что подо мной расползается лужа, должно быть, от страха: я взрослый человек, который даже в детстве ни разу не намочил кровать, теперь позорно писалась от животного страха! Зажмурила глаза и закрыла их руками.

Не открывая глаз, почувствовала, что мужчина присел предо мной и отодвинул занавеску. Последовал тяжелый выдох.

- Малыш, это я, - он говорил почти шепотом. Спокойный и уверенный глубокий голос. Но мои собственные ночные монстры заглушали его. Я ничего слышала, могла только повторять и повторять «не надо, не надо, не надо» чтобы заглушить все остальные звуки. Внутри в груди и в висках громко бился пульс, заглушая все вокруг.

Моего плеча коснулись горячая ладонь. Я дернулась, но меня придержали, поймав обе руки.

Просто крепко держали. Молча. Я открыла глаза и увидела Кирилла. И тут как-то разом навалилось: я заскулила, по животному, скулила как будто меня по живому резали. Меня и правда резали все эти месяцы, а я даже кричать тогда не могла, как будто прежде чем начать измываться над моим телом мне вкололи наркоз, но ровно ту дозу, что не позволяла произнести ни единого звука, но совсем не притупляла чувствительность, и я чувствовала каждый порез и каждый разрыв тканей в своем теле, но не могла прокричать о боли. А сейчас эта боль прорвалась наконец наружу, и я не могла ничего с этим поделать.

А передо мной было лицо с крупными резкими чертами лица, тяжелым подбородком и светлыми волосами. Он тревожно вглядывался в мое лицо, пытался удержать меня. В зимней куртке его фигура, нависающая надо мной, казалось гигантской горой, вот-вот грозившей задавить меня. От него пахло как-то по-другому, не так как я привыкла. Даже в темноте было видно, что он несколько дней не брился.

Кирилл резко выдернул меня из-за занавески и крепко прижал к себе. Он все гладил меня по голове и говорил «я здесь, моя девочка, моя девочка, я пришел». Я вцепилась в него мертвой хваткой, даже, кажется, прокусила кожу у основания шеи. Его кровь размазалась у меня по щеке. А он все гладил меня по голове и прижимал к груди.

- Ты замерзла, ты же ледышка вся.

По трубе уже стучали соседи, видимо разбуженные моим криком.

Кирилл стал поднимать меня и задел рукой мокрый подол рубашки. Молча сдерну с кресла плед и завернул меня в него, сам опустился в кресло не отпуская меня.

- Я тебя напугал? – я кивнула, - Прости, прости, Саш.

В комнате было темно, Кирилл говорил тихо, прижимая обеими руками к себе. Я отодвинулась, чтобы увидеть его лицо. Свет от уличных фонарей почти не проникал сквозь плотные шторы, но я видела тревожный пронзительный взгляд, полный сожаления, тоски и чего-то еще острого рвущего душу… Его рука легла мне на затылок, мягко поглаживая, и он опять притянул меня ближе, на это раз пытаясь поцеловать, но я дернулась назад.

- Мне надо … в душ.

Кирилл молчал, его рука так и замерла у меня на затылке.

- Пойдем, - наконец сказал он медленно, поднимаясь с кресла вместе со мной на руках.

В ванной он опустил меня на холодный кафель и спросил по-прежнему тихо:

- Хочу тебя увидеть. Я включу сейчас свет, хорошо?

Мне было все равно. Какая разница, какую он меня увидит. После всего, что случилось со мной за этот год, я уже никогда не буду красивой. А он же все-таки пришел! Так какая разница что я стою перед ним с тонкими торчащими волосами в мокрой хлопковой рубашке.

Щелкнул выключатель, и свет мгновенно залил небольшую ванную комнату. Кирилл попытался немного отстранится от меня, чтобы рассмотреть. Я щурилась и тоже пыталась увидеть его.

Он другой. Он как-то стал крупнее, он небритый и уставший, и еще какой-то шрам на подбородке, и стрижка совсем не та что была…

В любом случае шрамы мужчину украшают. Не меня.

Он гладил меня по щекам, по рукам, а я, рассмотрев его, опустила глаза в пол и держалась за раковину.

- Я скучал. Каждый раз, когда ты звонила, и я слышал твой голос, мне хотелось все бросить, взорвать все к чертям и примчатся к тебе, тем более я знал, что ты рядом. Ты – красавица. Моя девочка. - И целовал почему-то в лоб. Раньше он никогда не целовал меня в лоб.



Ева Иф

Edited: 17.12.2018

Add to Library


Complain