Моя живительная вода

Глава 2.1

Из-за приоткрытой в сад стеклянной двери послышалась возня, затем на стекла обрушился искрящийся на солнце дождь. Гвен как раз в это время заканчивала нарезать овощи для салата. Суп с картофелем и пореем булькал на магической плите-неподгорайке. Порезанный для Литы арбуз и нектарины уже были художественно разложены на прозрачном блюдце. Внезапный «дождь» отвлек Гвен от готовки и она поспешила к широкой двери. Ну конечно же! Младшему надоели рыцари и теперь, тайком выскользнув в сад, он предпринял попытку отобрать у старшего шланг.

– Ну-ка расцепились, а то сейчас же по углам расставлю и на сладкое вы ничего не получите! – крикнула Гвен, отодвинув одну створку двери и выйдя на порог.

Мальчишки словно по команде разжали руки и выскользнувший шланг принялся извиваться коварный змеей, разбрызгивая воду в хаотичном порядке. Гвен тоже изрядно досталось, прежде чем она добралась до вентиля.

– Живо домой, сушиться и переодеваться в сухое!

«А ведь только постирала!» – в голове промелькнула отчаянная мысль при взгляде на изгвазданную одежду мальчишек. Этих двоих нужно было переодевать по три раза в день. Если повезет, то по два раза.

Она пошла следом за детьми в их комнату, чтобы выдать чистую одежду и, если потребуется, помочь Скэнти переодеться. Гвен окинула грустным взором кавардак, царивший в комнате мальчишек. Сюда она планировала нагрянуть с уборкой после обеда. А пока что и думать нечего.

– Мам, он обзывается!

– Мам, он язык показывает!

– Без сладкого оставлю!

Мальчишки обиженно засопели.

Она вручила Байрону волшебную раскраску со страшными подземными монстрами и попросила аккуратно раскрасить две картинки. После того, как монстры обретали цвет, они оживали на пару секунд и корчили злобные рожи, что приводило Байрона в неимоверный восторг. А Скэнти она взяла за руку и увела на кухню. Пускай сидит на подоконнике и поет ей песни. Главное – разделить этих маленьких хулиганов, чтобы исключить возможность очередной драки.

Под громкий голос Скэнти, старательно выводившего «Песню крошечных ежат» она быстро дорезала салат и выключила суп. Рагу уже было готово. Впрочем, как и пирожки.

Раздавшийся наверху грохот возвестил о том, что Байрону быстро наскучила волшебная раскраска и он захотел других развлечений. Внутри Гвен все похолодело. Воображение живо нарисовало покалеченного ребенка, смотрящего с укором. Мол, что ж ты не уследила?

Гвендолин ворвалась в комнату, ожидая увидеть покалеченного сына, но Байрон был цел и невредим. Он сидел в прежней позе за столом у окна и возил кисточкой по бумаге. На полу валялся стеллаж с книгами. Точнее, уже без книг. Сами книги рассыпались по комнате в хаотичном порядке.

– Мамочка, я просто хотел достать ту большую книжку, а чтобы поставить стул, нужно было спускаться за ним. Мой-то стульчик хромает, вот я и решил залезть на полку без стульчика, – невозмутимо объяснил Байрок, обернувшись к маме.

Гвен не успела ничего сказать, потому что на кухне раздался звон разбитой посуды. Сердце снова ухнуло в лодыжки. Она рванула вниз по лестнице. Так и есть! Скэнти, в ее отсутствие, слез с подоконника и добрался до любимой маминой супницы. Хорошо, что суп не успела налить! Иначе сейчас кого-то пришлось бы лечить от ожогов! В панике Гвен совсем забыла, что дракончику Скэнти ничуть не страшен огонь и высокая температура в целом, и ожогов у него не бывает. Так же как и на оборотне Байроне все заживало за пару минут.

Расстроенная Гвен усадила младшего обратно на подоконник и попросила спеть песню «Про дружных крокодильчиков» и под песнопение убрала осколки и подмела пол.

«Придется наливать суп в другу супницу! Жаль! Эта была такая красивая», – думала Гвендолин, сервируя стол. Принесенная Джокри газета лежала на столешнице, свернутая в трубочку и взгляд Гвен все чаще останавливался на газете. А мысль отправить послание отставному рыцарю становилась все навязчивее.

«Как раз тех истерлингов, которые прислали родители, хватит на три месяца оплаты!.. Это если не брать в расчет выходные… Может быть?..»

Ее мысль прервала входная дверь, которая возвестила о приходе девочек. Впрочем, ссорились они громче, чем «говорила» дверь.

– Сколько раз тебе повторять: не цепляйся ко мне! Даже в школе делай вид, что мы не знакомы! А ты нарочно ко мне липнешь, потому что у тебя нет друзей, зануда! – возмущалась Лита.

– Ой-ой, задавака! – дразнилась Гидди. – Уж и не заговори с ней!

– Я скажу своему другу, а он маг, он превратит тебя в жабу! И наконец-то твоя сущность будет соответствовать твоей внешности!

Кругленькое личико зашедшей в кухню Гидди выражало озадаченность. Интуитивно она понимала, что в ее адрес была выпущена шпилька, но вот как ответить на нее?

– Сама дура! – девочка решила не заморачиваться.

– Мам, этот бочонок на ножках обзывается! – Лита состроила обиженную мину, которая ничуть не испортила ее прекрасного личика, словно выточенного из мрамора руками самого искусного скульптора.