Моя живительная вода

Глава 11.2

Раздался треск кустов. Судя по звукам к ним ломился медведь, но через пару секунд перед изумленными детьми предстала мама.

– Где вы пропадаете? – возмутилась она, увидев детей. – Лита как всегда ничего не знает! А вы здесь играете. Хоть бы предупредили! – Она перевела взгляд на открытый схрон, из проема которого раздавались нечленораздельные крики то Малкольма, то Килбрайта и, улыбнувшись, продолжила: – А! С вами мистер Хартли. Тогда ладно. Я больше не ругаюсь.

Гвен как ни в чем не бывало пошла вниз по ступеням, сжимая в кулачке какую-то бумажку.

– Дорогой, все как ты просил, я принесла тебе старый план дома и сада. Еле нашла. Правда я у тебя молодец?

– Иди ко всем демонам! – прохрипел Гилберт, отступая под натиском Малкольма, завладевшего «оружием» противника и благополучно против него же использованным. – Дура, ты не видишь, что я занят?

– Но Берти! – едва не рыдала Гвен.

– Я хотел по-хорошему, – прохрипел могильным голосом Килбрайт, отпрыгнув к ступеням, – но вы не оставили мне выбора.

– Гвен, Гвен, не слушайте его, выпейте вот это! – Малкольм едва ли не силой заставил миссис Маклафлин седлать глоток из пузырька.

Впрочем, она вообще никак на это не отреагировала, поглощенная зрелищем того, как трансформируется облик ее ненаглядного Гилберта.

Золотистые волосы мужчины словно испарились, уши заострились, на месте обычных клыков выросли четыре резца, длинных и острых как иголки. Кожа приобрела синюшный, почти трупный оттенок. Перед ними стоял самый настоящий вампир, каким его описывали легенды. А так же предания и некоторые сказки. Правда в некоторых сказках у вампиров обязательно присутствовали похожие на щетину от зубной щетки усики, но на то они и сказки, чтобы привирать.

– Ты дал ей «Рассеиватель магии»? Очень мило. Ага, значит ты просчитал кое-что. Но не все! Вода будет моей!

– Стоп! – сказала Гвен, непонимающе хлопая глазами. – Э… Берти?! Великие демиурги! Что происходит? – она покачнулась, но стоявший рядом няня поддержал ее и не дал упасть. Связанные с Килбрайтом воспоминания постепенно возвращались к Гвен. – Что вы здесь делаете? Что вы забыли у старинного, неработающего фонтана?

Малкольм обернулся, посмотрел на чаши фонтана и просиял лицом:

– Да, он не работает, но там есть еще немного воды в чашах.

– Это мое! – тут же оскалился вампир.

– Нет, мое! Отринь, порождение тьмы и ночи! – крикнул в ответ няня.

– Что за чепуху вы мелите?! – воскликнула Гвен. У нее начинала болеть голова и в добавок она совершенно ничего не понимала.

Вампир оскалился и тут же нажаловался:

– Он не тот за кого себя выдает. На самом деле твой няня спятивший богач, решивший поработать няней. Заодно омолодиться. Но это еще ничего. Иные говорят в кризис пол меняют.

– И потолок, – не удержался от едкого замечания Малкольм. – А он специально втерся к вам в доверие, Гвен, чтобы единолично завладеть водой из фонтана. Представился детективом и предложил свои услуги Лите. Та конечно же повелась на обман и пригласила в дом вампира. А вампиру вы не нужны. Ему нужна только вода. Просто пришла пора развеяться, а ему еще хочется пожить. Лет сто.

– Я не поняла, причем здесь фонтан и вода?!

– Гвен, ваши предки не просто так были долгожителями, они иногда пили воду, бьющую из источника, от которого подпитывается фонтан, – объяснил Малкольм. – Я читал в документах – ваших и городских. Искал в архивах. Драконы не просто так спалили Оуквуд. Их подослал какой-то вампир, а ваши предки спрятались здесь. Так они и выжили. Знаете, как появился этот источник? Ваш предок спас водного царя и тот в благодарность вывел на поверхность ключ в саду ваших предков, только обживающих эти территории. Вода была не простой, а живительной. Она исцеляла и прибавляла годы жизни. Не знаю, как про нее прознали вампиры, но с тех пор они охотятся за этой водой. Прошел слух, что источник иссяк, но остались такие упертые экземпляры, вроде этого, – он кивнул на ощерившего клыки Гилберта, – почему-то особенно охочие до живой воды. Другие существа тоже мечтали завладеть источником и поэтому ваш предок завещал своим потомкам не жениться и не выходить замуж за представителей других видов, кроме своего.

Миссис Маклафлин тяжело дышала, пытаясь осмыслить новую информацию.

– Значит… значит, – выдохнула она наконец, – твои чувства ко мне были фальшивыми?!

Гилберт провел рукой по лицу и буркнул:

– О женщины! Кто про что, а эти все про чувства!

– Ты предал меня! – с трудом выговорила Гвен. На душе стало пусто и гадливо, словно яблоко с жирным червяком надкусила.

– Вот только не надо громких слов! – вампир воздел красноватые глаза к потолку.

Гвен хотелось рыдать, но она старательно сдерживала слезы. Она не рыдала даже когда ее бросил четвертый муж-дракон, а уже теперь…